на нем, потому что куда-то идти было банально лень.
— Не получится, — Лорен тряхнул головой, словно сбрасывая остатки напавшего на него морока.
— Почему? — я удивился не понимая, куда он клонит.
— Потому что я был уверен в том, что у монет только одни координаты и это подтвердил Старбоэль, который при должном хотении может создать корявенький телепорт на одного-двух человек. Но мы явно не там, где должны были быть. Вариант того, что Верховный маг все-таки сумел снять магическую привязку к Ложе не учитывается, тогда бы монета вообще не сработала, так уж устроено то место. Да и маловероятно, что даже Верховный маг может что-то противопоставить воле Доргона. И из этого следует, нас чисто теоретически можно забросить неизвестно куда, но при этом необходимо соблюсти одно из двух условий: либо монеты подменили, либо перенастроили. Но они всегда были при мне. — Лорен смотрел на меня, как строгий учитель на первоклашку, объясняя, чем отличается сложение от вычитания. —
— Ты мог вчера куда-нибудь отправиться после таверны? — я прищурил глаза, глядя на вскинувшего брови все еще вроде бы Магистра Ложи убийц.
— Я не помню… — Лорен покачал головой и потер виски, словно это сможет восстановить его память.
— Искренне жаль, потому что этот факт многое бы прояснил, — я притронулся к стене рукой, ощущая прохладу камня. Каких-либо сквозняков я не почувствовал, значит, никакого прохода, который вывел бы нас отсюда, поблизости не было.
— Ты хочешь сказать, что я обратился к кому-то, кто всучил мне монеты с данными координатами? — Лорен поморщился. — Но зачем мне это? Хотя не отвечай, я не понимаю, зачем мне было все то, что я вчера творил. Но идти к кому-то за телепортом? Я еще пока не до такой степени спятил.
— Сейчас мы можем гадать, сколько душа пожелает, где ты был, зачем и почему Доргон направил твои стопы именно туда. Только вот проблема в том, что душа не очень желает гадать, потому что даже из краткого пересказа твоих развлечений в таверне я понял только одно: весь город стоит на ушах, потому что Лорен Райс, собственной персоной, не таясь, разгуливает по Лиадре и его никто при этом не ловит. Этого достаточно, чтобы пересмотреть план на ближайшее будущее, которого, кстати, у нас и не было.
Мы немного постояли в тишине, обдумывая каждый свое. Но, если то, о чем думал Лорен оставалось загадкой, то вот в мою голову настойчиво билась мысль о том, что надо уже отбросить лень и начать куда-то двигаться. Я уже привык к этому странному внутреннему голосу, чаще всего, не обращая на него внимания, но в данном случае отмахнуться от этого настойчивого зуда как от назойливой мухи не получалось.
— О чем думаешь? — чтобы хоть как-то заглушить это настойчивое желание, я решительно вернул своего дружинника в реальный мир.
— Пытался вспомнить хоть что-нибудь, но в памяти какая-та черная дыра. Такого никогда не было ранее, что бы со мной не происходило. Но я не думаю, что это как-то связано с моим возвращением, — поднял он руку, предупреждая мой вопрос. — Потому что я не замечаю за собой никаких изменений. — Я в ответ на эту тираду философски пожал плечами. Не слишком приятная картинка вырисовывается, но пока он сам не придет к тому, что ему нужна помощь специалиста, так сказать, ничего дельного от него все равно никто добиться не сумеет. Главное, чтобы это не привело к необратимым последствиям для всех нас, и в данном случае перспектива вырисовывается не слишком радужная.
— Думаю, нам все же стоит поискать выход. Учитывая тот факт, что не слишком понятно, кто и что сотворил с телепортами и вернуться в убежище нам будет довольно проблематично, особенно стоя на одном месте в непонятном коридоре, — я так же, как недавно это делал Лорен, осмотрел коридор, но понять где вход, а где выход не представлялось возможным.
— Согласен. Мы здесь слишком открыты, особенно в статичном положении. Еще бы знать, как приглушить свет, потому что даже двигаясь мы останемся на виду, с готовностью поддержал мою инициативу Лорен.
— Моему современному мозгу это неизвестно. Я такую древность, хоть и завязанную на магических артефактах, не видел никогда. Куда идем? Веред или назад? Хотя в данном случает вход и выход выглядят до омерзения одинаково, поэтому, думаю, мы пойдем туда, — и я указал рукой в одну сторону, особо не задумываясь, почему именно туда я готов сейчас идти. Лорен просто кивнул, не став спорить, только достал свой кинжал и первым шагнул в сторону еще большей неизвестности.
Передвигались мы в полной тишине. Я, наверное, впервые в своей жизни шел почти так же бесшумно, как и Лорен. Видимо инстинкт самосохранения все же обучаем, потому что как-то по-другому объяснить это чудо природы мне было не дано.
Шли мы не слишком долго, ровно до того момента, пока не уткнулись в тупиковую стену. Факелы все еще горели, что немного напрягало: зачем освещать тупик? Но потом мы, не сговариваясь, пришли к единому мнению, что где-то здесь спрятан потайной выход ну или вход, смотря с какой стороны на это посмотреть. Мы так же молча начали обшаривать стены, в поисках какого-нибудь потайного механизма, который открыл бы дверь. От этого увлекательного занятия нас отвлек голос, раздавшийся из-за этой самой тупиковой стены, и был он очень четкий и громкий, словно мы стояли в паре шагов от говорившего и никакой стены между нами не было. Эта странность заставила нас замереть в одной позе и не совершать больше никаких резких движений, которые могли бы сгенерировать малейший шум. Долгое время никаких голосов больше не было слышно, поэтому мы решили принять более удобное положение, хотя бы на время, чтобы точно убедиться, что за стеной никого нет, и только потом приступить к прерванной работе.
— Пэр Антеран, — ну вот и дождались, либо никто из комнаты, находящейся за стеной, не выходил, все время стоя там, либо снова нагрянул. Я полностью превратился в слух, пытаясь максимально расслышать те крохи информации, которые мы сейчас сможем получить, занимаясь банальным подслушиванием. — Как так получилось, что в город, в котором количество магов превышает все разумные пределы, смог проникнуть незамеченным Лорен Райс вместе со своей бандой преступников, которых разыскивает весь Дариар за убийство, между прочим, единственного наследника герцога Сомерсета? —
