Уехал бы в Америку, а потом что? Нет, все же нужно было увидеться с родителями до отъезда.
Мы еще немного разговариваем ни о чем, пока в палату не заходит мама.
— Ох, Максимка! — вплескивает она руками с пакетами. — Неужели ты?
— Я, мам! — отвечаю с улыбкой и забираю у нее пакеты.
— Там ужин отцу, открывай, пока горячий. Да и ты присоединяйся, по-любому же голодный после перелета.
Только сейчас понимаю, что дико проголодался. Я с этими переживаниями даже кофе не пил с утра.
— Как же я соскучился по твоей еде! — тяну я, попробовав кусочек отбивной. — Это божественно
Мама смеется, а отец с ухмылкой смотрит на меня.
— Давно бы нашел себе ту, которая готовила бы домашнюю еду, а ты, пожалуй, по ресторанам все бегаешь?
Вижу, как заинтересованно смотрят родители на меня, ожидая моего ответа, но я просто пожимаю плечами:
— Мне не до этого, сами понимаете. У меня контракт с американской компанией.
— Ох, сын, не о том ты думаешь! Семью тебе пора, — выдает отец, а я тут же мрачнею. Аппетит тут же пропадает, и я откладываю ложку.
— Ты же знаешь, что никакой семьи у меня быть не может! — практически рычу я, понимая, как больно ранят эти воспоминания.
Мама замечает мое состояние и мягко касается руки.
— Сынок, но врачи же сказали, что вероятность иметь своих детей существует!
— Да, это ты так утешаешь меня, но я-то знаю! Паротит не дает шансов, — бурчу я, отворачиваясь к окну. В свое время я немало бунтовал, психовал, но в конце концов смирился с этим.
— Нет, ты не прав. Я не утешаю, так сказал врач, шанс маленький, но есть.
— Давайте закроем эту тему! Не будет у меня детей, а у вас внуков, и точка. Я смирился с этим, и вам советую. Во избежание лишних расстройств.
— Ладно! Давайте есть, — всплескивает руками мама. — А то все о грустном!
Она заводит непринужденную беседу, но мои мысли крутятся только вокруг одного: шанс есть. Маленький, но есть…
Отца врачи выписывают аж через месяц после госпитализации, настаивая на том, что ему нужны покой и частые обследования.
В конце концов он не выдерживает и просто уходит под расписку. Чем немало злит маму и меня. Но, увидев, что он вполне здоров, мы смиряемся с этим. Все же у отца всегда был такой характер. Чему удивляться?
Проходит еще месяц дома. Я практически не думаю о работе, Америке, отъезде… А вот мысли о Василисе не дают покоя ни днем, ни ночью.
Я часто вижу сны, где она держит на руках подросшего сына и говорит ему: «Никита, беги к папе».
Малыш со звонким смехом вырывается из рук девушки и несется ко мне.
Просыпаюсь я всегда с дико стучащим сердцем и тоской, которую не снимает ничего.
Мама замечает мое состояние и все же решается спросить:
— Максим, ты все время такой грустный, будто находишься не здесь. Скажи, чем занято твое сердце? Может, я смогу помочь?
— Нет, мам. Тут ничем не поможешь…
— О, узнаю этот взгляд. Ты влюбился… — догадывается она.
— Нет, не влюбился. Полюбил, мам. По-настоящему.
— Ох, так это же прекрасно! Если честно, я думала, что ты так помешан на карьере, что никогда никого не полюбишь сильнее, чем свою работу.
— Да, прекрасно… — кисло соглашаюсь я.
— А почему нет? Она не отвечает взаимностью?
— Она… Она отвечает, но не мне.
— Макс, ты посмотри на себя, разве у тебя могут быть соперники? Покажи ей себя настоящего, уверена, она оценит!
— Уже показал, — бурчу я, вспоминая, сколько дров успел наломать своей вспыльчивостью.
— И что она?
— А она беременна от другого! Все, мам, не береди душу.
— Да…
Мама смущенно отводит взгляд и идет на кухню за чайником. У нее всегда было одно средство от любой хандры — вкусная еда и чай!
Спустя еще месяц я все же собираюсь назад. Срок отъезда в штаты непозволительно задержался, и я прощаюсь с родителями, в спешке отправляясь домой.
Там собираю вещи и еду в аэропорт. По дороге вспоминаю, что забыл проверить документы по переформированию, и заезжаю на работу.
Секретарь очень рада меня видеть. Она долго не может перестать расспрашивать меня обо всем на свете, а потом так же долго ищет нужные документы.
Я бы заподозрил что-то неладное, если бы так сильно не торопился на самолет.
— Все, Вероника, я поехал! Удачи вам тут! — прощаюсь я, но женщина хватает меня за руку.
— Погодите, я еще не все вам сказала! — выкрикивает она.
— Что еще? Только быстрее, я тороплюсь на самолёт.
— А вы знаете, что в финансовый отдел взяли нового руководителя?
— Знаю. Это все? — нервно переспрашиваю я, понимая, что что-то не так.
— А ваш постоянный клиент устроился в фирму конкурентов!
— Да мне уже фиолетово на это! — еще больше нервничаю я.
— А еще… — Глаза Вероники бегают, словно она не знает, что еще сказать, а я прищуриваюсь.
— Так, признавайтесь, вы хотите меня задержать?!
— Нет, не я! — мотает она головой.
— А кто же? — выдыхаю я.
Нет у меня времени на эти игры!
— Это я! — слышу за спиной знакомый голос и оборачиваюсь, видя улыбающегося Джейка.
Эта довольная рожа так и просит кулака,
