Радость от вида раздувшегося лица Малфоя была недолгой. В больничном крыле Помфри, пожав плечами, объяснила, что яд скорпиоса требует специального антидота, который не входит в стандартный набор больничных зелий и имеется в наличии только у профессора Снейпа.
Снейп и Малфой… снова. Гарри сейчас в очередной раз придется наблюдать за тем, как Снейп смотрит на Малфоя, улыбается ему,… как топчет любовь Гарри, о которой теперь знает,… потому что он ведь не мог не понять.
* * *
Третий курс Хаффалпаффа и Гриффиндора оказались самой изощренной пыткой за сегодняшний день. Я в очередной раз подумал, что лучше бы было остаться в плену, и не пришлось бы мучаться с моим обещанием самому себе. Нет Поттера - нет проблемы…
За этот урок Хаффлпафф потерял пятьдесят баллов за несвоевременные и не относящиеся к теме вопросы, Гриффиндор - тридцать, за рассеянность и разговоры на уроке, а я - кучу нервных клеток, которые, как известно, не восстанавливаются.
Я мечтал остаться в одиночестве, избавиться, наконец, от этих взглядов - удивленных, изучающих и открыто враждебных. Я слышал, как Поттера возводили на пьедестал, как пытались догадаться о его мотивах, как некоторые, особо запуганные первокурсники сожалели, что я остался жив. А сам я, слыша имя Поттера, каждый раз невольно вспоминал то свое пробуждение. Горячее тело рядом. Его запах. Черные растрепанные волосы, когда он лег спать.
И о чем я думал, когда давал себе это идиотское обещание?
Поттер - мой ученик. Несовершеннолетний. Брат моего сына. И есть еще миллиард причин, по которым мы не можем быть вместе…
А на другой чаше весов - всего один вечер.
Хотя я даже не знаю, что это было. Любовь или просто подростковая мимолетная влюбленность? Ну да, в старого, злобного Мастера Зелий.… А может, всего лишь юношеская гиперсексуальность. Признаться, я пытался убедить себя в последнем.
А еще Люпин изрядно трепал мне нервы. За эти два с половиной дня он четырежды спрашивал меня о том, когда я собираюсь идти за травами, сопровождая каждый мой ответ извинениями за забывчивость, и не меньше десятка раз поинтересовался, не может ли он наведаться в Косой переулок вместо меня.
Пятнадцать минут отдыха перед уроком у седьмого курса были прерваны вежливым стуком в дверь. Открывая, я уже приготовился предложить Люпину одно простенькое, но очень полезное зелье, улучшающее память, когда передо мной оказалась группа шестикурсников, выглядящих так, словно каждый из них схлопотал по меньшей мере пару Жалящих проклятий. Ага, Гриффиндор и Слизерин. Очередная потасовка?
Драко прячет лицо в мантии, только глаза зло блестят. Гойл, Паркинсон… Браун, Финниган, кстати, этот пострадал больше всех. Невольно нахожу взглядом Поттера, который старается держаться подальше от Финнигана. Меня пронзает неприятное чувство. Неужели ревность? С какой стати? Поттер имеет право быть с кем его душе угодно.
- В чем дело? - холодно поинтересовался я.
- Профессор, Уизли натравил на нас скорпиоса, - пожаловалась Паркинсон.
- Неправда, - немного неуверенно возмутился издалека Поттер. Я поджал губы.
- Это не мое дело.
- У Помфри нет противоядия, - пробормотал из-за мантии Драко. Ясно. У меня, конечно, антидота немного, но на шесть человек хватит. Разве что Финнигана придется немного… обделить.
Постаравшись подавить в себе мелкомстительный порыв, я пропустил шестикурсников в класс, делая такое лицо, что было понятно: стая скорпиосов в моем классе вызвала бы во мне больше радостных чувств.
С большим сожалением я понял, что никого обделять антидотом не придется: к моему удивлению, его оказалось столько, что хватило бы на двадцать человек.
Получив желаемое, студенты торопливо разбежались. Я задержал Драко.
Я, конечно, заметил, как он избегал моего взгляда за завтраком. Вероятно, чувствовал свою вину. Он заметно похудел, под глазами обозначились темные мешки. Вряд ли он так изменился за неделю. Почему же я раньше не замечал этого?
Однако остаться наедине с Драко не получилось. Поттер мялся у парты, пытаясь испепелить Драко взглядом. Я сердито посмотрел на него.
- Вам что-то нужно, Поттер? - он с вызовом уставился на меня. Я почувствовал, что он явно нарывается на неприятности. Потому что если он сейчас при Драко скажет что-нибудь лишнее…
- Профессор, понимаете, меня ужалили в спину, вы не могли бы помочь?
Я окинул его презрительным взглядом. Шестнадцать лет, а мозгов меньше, чем у первокурсника.
- Судя по урокам зельеварения, Поттер, я думал, что у тебя руки из задницы растут, - язвительно пробурчал Драко, не давая мне ответить.
- Ты думал, Малфой? Какое достижение! - глаза Поттера зло заблестели. - Кстати, не советую тебе сейчас смотреться в зеркало, а то обнаружишь сходство твоего лица с упомянутой тобою задницей.
- Помнится, раньше ты и двух слов связать не мог, Поттер, - разозленный Драко высунул нос из воротника мантии, - ты наизусть эту фразу выучил или по бумажке читал?
Я хлопнул ладонью по столу, прекращая ссору.
- Здесь вам не больничное крыло, Поттер, - мне жаль: если так продолжится и дальше, то ничего мне не светит, даже если я исполню свое обещание. - Что-то еще?
Он отвел взгляд.
- Зелье. То, которое вы мне обещали.
Отвращающее? Видимо, да.
- Хорошо, Поттер. Подождите меня в лаборатории, - я снял с дверей запирающее заклинание. Поттер прошествовал туда, хлопнув дверью. Что, черт возьми, с ним творится?
* * *
Гарри сердито оглядел высокие шкафы с зельями, такие же, как в кабинете Снейпа. Единственное, что отличало лабораторию, - целая куча разнообразных котлов.
Гарри поискал глазами, куда можно было бы сесть. На стуле лежала стопка домашних работ, и Гарри без сомнений уселся на столе.
Интересно, какой черт потянул его за язык? Он ведь точно знал, что Снейп откажет ему. Идиот…
До Гарри доносились обрывки слов из-за двери. Ничего информативного эти обрывки в себе не несли, но Гарри все равно хотелось биться головой о стену. Во-первых, чтобы наказать себя за глупость, а во-вторых, чтобы выбить из головы мысли о том, чем они там могут заниматься…
Дверь приоткрылась, и в комнату бесшумно вошел Снейп.
- Поттер, вас никто не учил, что сидеть на столе неприлично? - негромко поинтересовался он, отходя к шкафу с зельями. Гарри неохотно встал на ноги, наблюдая, как Снейп достает маленький пузырек.
- Снимайте мантию, - бросил вдруг Снейп, и Гарри показалось, что он ослышался. В голове промчались несколько сцен, когда он мог бы услышать такие слова, и Гарри постарался подавить реакцию тела.
- Простите, что?
- Снимайте мантию и покажите ваш укус. И в следующий раз думайте прежде, чем что-то сказать, - Снейп повернулся к нему лицом, и Гарри заметил легкий румянец на бледном лице. Когда он стягивал мантию, руки у него дрожали. Снейп внимательно рассматривал его, что, определенно, не прибавляло радости.
