— Все ваши рассуждения опасны! Мы совершили ошибку, дав вам свободу и возможность открыть свое дело, — опять закаркал Грид, — вы ничего не смыслите в наших порядках! И, уважаемое собрание, я требую полной изоляции попаданки.
Мне совсем не нравилось происходящее и как многие из альф на меня поглядывают. Но Терас сказал ему верить, и я верила.
— Погодите, альфа Грид. Как вы правильно заметили, я плохо разбираюсь в ваших традициях. Разве избраннице не нашёптывает свою волю Мать природа? — ехидно спросила я.
Достали что-то.
— Ну а теперь слово вам, уважаемый альфа, начальник ведомства правопорядка, — прервал филин мою речь и, показав жестом нам со стервятником сесть и помолчать, призвал к ответу Тераса.
— У меня нет вопросов к мадам попаданке, а вот к альфе Гриду есть, — волк подошёл к столу обвинителя и навис над стервятником. — Скажите, альфа, с какой целью вы встречались с совершившей взрывы монахиней Дудушей в среду на прошлой неделе и вчера в шесть утра в сером районе каменных троллей?
Стервятник вскочил.
— На что вы намекаете, альфа? Я не скрываю, что был знаком с монахиней Дудушей. Я знаю её много лет и много лет поддерживаю. В те разы, о которых вы упоминаете, я передавал пожертвования ордену…
— Ну так вот. У меня есть основания предполагать, что это вы оказали на неё влияние, а не мадам.
Но у вас нет доказательств!
— Как и у вас. Но зато у меня есть доказательства того, что мадам Дарина — посланница Матери природы. Поэтому я склонен считать, что то, что она говорит — есть воля создательницы. Позвольте пригласить первого свидетеля?
— Просим вас, альфа, — немного ошарашено позволил судья.
Двери открылись, и в зал вошёл капитан Альтзаир. Мы с ним не общались, но я знала, что половинчатый за мной наблюдал. Думала, что он охраняет инвестиции, а ему, оказывается, есть что сказать. Надо же…
— Я отказываюсь от трёхсот элимов, которые мне должна выплатить попаданка, и хочу преклонить перед ней как перед посланницей Матери природы колено, — заявил капитан и плюхнулся на пол перед скамьей подсудимых, а потом оглянулся на присяжных и сказал для них: — Она вылечила половинчатого и сделала его полноценным оборотнем, считаю отныне каждое её слово законом.
Зал выдохнул и зашумел, а Терас, перекрикивая их, пригласил следующего свидетеля — Бутистана.
Волчонок вышел в центр не робея, держался прямо и говорил без запинки.
— Мадам меня лечила весь месяц. Сегодня ночью я был в Лунной долине во второй раз, и вот…
Мелкий спокойно разделся и на глазах собрания альф обернулся хорошеньким сереньким волчонком, а потом вернулся в человеческую ипостась, оделся и подошёл ко мне. Я потрепала его по модной стрижке и чмокнула в висок, глотая слёзы радости.
— Бутя, спасибо, родной! Ты ради меня преодолел страх и решился на повторный ритуал? Ты такой храбрый!
— Для тебя я и не такое сделаю…
Ох, сердце застучало от счастья! И за Бутю, и за то, что у меня есть такой преданный маленький друг.
— Это правда, мадам Дарина? — судья даже привстал со своего места.
— Да, я вижу магические каналы и умею латать разрывы в магической сетке, — сообщила я гордо, справившись с эмоциями.
Не стала больше скрывать свой дар. У Бути всё получилось — значит, и у других получится.
Ох и что тут началось! Про обвинения альфы разом забыли, но вспомнили о том, какая я завидная невеста и что такой великий дар — бесхозный. Хотели опять выдать замуж, поскольку денег у меня нет, а без них мне совсем никак нельзя, но Терас вновь открыл двери, и в зал хлынула волна моих знакомых. Всех тех, с кем я когда-либо сотрудничала. Искусники, строители, Скрул, Мелинь, бобры-мебельщики, сапожник, Веревика, Жаринь
— все пришли ко мне на помощь и принесли деньги на восстановление бизнеса.
Это было так замечательно! Я почувствовала себя такой важной и значимой в тот момент, что даже в глазах потемнело.
— Вы не можете помочь мадам Дарине, на ней ведь печати, — напомнил председатель Доминус.
— А мы и не помогаем. Лично я спасаю свой будущий доход и инвестирую в «мастерскую красоты», — возразил ему, сказав за всех Скрул, и денежки полились в не пойми откуда взявшуюся рядом со мной большую металлическую шкатулку.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Я глазам и ушам не верила! А ещё у меня так билось сердце, и в горле застрял комок, что я не могла вымолвить слова благодарности. Просто стояла и глупо улыбалась.
Какие же они всё-таки все хорошие, мои друзья! Возможно, теперь у меня и получится восстановить салон… Хоть бы хватило средств…
— Минуточку внимания, прошу прощения за опоздание, — разрезал гомон новый голос
— в зал вошёл дельфин, директор исследовательского института Океанус. Ого! А он что тут делает? — Я только что прибыл из Скола по чрезвычайно важному делу и узнал, что могу найти мадам Дарину здесь.
Дельфин огляделся и, заметив меня на скамье подсудимых, нахмурился.
— Да-да, уважаемый профессор. Заседание подходит к концу, и буквально через час вы сможете решить с мадам попаданкой все свои дела, — очень уважительно ответил дельфину филин.
— Не знаю, что тут у вас происходит, но, думаю, уважаемые альфы, вам тоже важно будет узнать, какое у меня к мадам Дарине дело.
— Внимательно вас слушаем, профессор.
— Мадам, — дельфин встал предо мной, повернувшись спиной к присяжным, — нам удалось зарядить и включить ваш артефакт под названием «мобильный телефон», и мы готовы заплатить вам десять тысяч элимов за консультацию.
— Это правда?! — воскликнула я и прижала руки к груди.
Какое счастье! Там ведь есть фотографии, и музыка, и вообще много чего. Мне не терпелось заполучить своё сокровище в руки хоть на минуточку.
— Нам нужно, чтобы вы объяснили нам правила игр. Моим сотрудникам не удалось расшифровать символы, на которых написаны инструкции к ним…
— Без проблем, профессор! — с радостью согласилась я.
Аллилуйя! Спасибо тебе, Мать природа! Теперь-то уж я точно все восстановлю, а может, даже сразу два салона открою!
Глава 38
— Ну, это все меняет, — был вынужден признать председатель Доминус, — обсуждать больше нечего. Объявляйте решение суда, альфа Армин, и голосование по нему.
— Суд решил: мадам Дарина полностью оправдана!.. — без паузы заявил филин.
Он даже не отправился чайку попить, типа объявляется перерыв, суд удаляется на совещание… Люблю Элмез за скорость, с которой местные жители вершат абсолютно все дела.
— А в свете последней информации о том, что попаданка наделена уникальным даром исцелять половинчатых, постановляю признать её посланницей создательницы и выполнить волю великой Матери природы, совершив ритуал прощения людей. Он состоится через четыре дня на берегах озера Забвения в час, когда водопад принесёт нам новые лодки с бездушными. Прошу голосовать.
Альфы потянулись к письменным принадлежностям и быстренько изъявили на листочках свою волю. Помощник судьи, собрав бумажки в вазу, передал их шефу, а тот, высыпав результаты голосования на стол, развернул каждую, прочёл и встал.
— Большинством голосов принято. Суд окончен.
Обалдеть!
— Погодите, альфа Армин! — окликнула я филина. Ну просто невозможно успеть за их скоростями! Я чуть не упустила важный момент. — А можно теперь с меня снять печати? Хотя бы ту, что запрещает желающим мне помогать.
— Не думаю, мадам Дарина, что это будет мудрым решением с вашей стороны. С запретом на оказание безвозмездной помощи уйдёт и защита.
— Понятно, благодарю за разъяснения. — Ну и ладно, прорвёмся. Но уйти просто так я всё равно бы не смогла. Душа требовала отблагодарить всех, кто, найдя способ обойти запрет, пришёл сегодня мне на выручку. — Дорогие друзья! — обратилась я к ним. — Приглашаю вас в таверну к Жариню. Я хочу немедленно дать вам всем клятвы о сотрудничестве и объяснить, как планирую дальше вести совместный взаимовыгодный бизнес.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Мадам Дарина, одну минуточку, — профессор тронул меня за локоть.
