Читаем без скачивания Колокол Люцифера - Николай Алексеевич Сергеев

Мюнхене и Дюссельдорфе, показал, что значительное количество опрошенных, которым было больше 40 лет, с симпатией относились к нацизму и нацистскому режиму.

В некоторых сельских районах ФРГ число сторонников нацизма в первой половине 1950-х доходило до 52 процентов (1953 год) и до конца 1960-х не опускалось ниже 26 процентов (1968 год).

Миллионы немцев скрывали свои симпатии к нацистам, по вполне очевидным причинам — с 1945 по 1949 годы Германия находилась под прямой оккупацией союзников, а с 1949 по 1989 год — под полным контролем либо СССР (Германская Демократическая Республика), либо западных союзников — США, Великобритании и Франции (Федеративная Республика Германия).

Открыто заявлять о своих национал-социалистических убеждениях в ГДР было смерти подобно. За такое свободомыслие можно было отправиться в тюрьму на долгий срок.

В ФРГ ситуация была не столь ужасной, но тем не менее немцы старались не проявлять свои нацистские убеждения открыто. В Западной Германии целью «Кампании по перевоспитанию» было излечить немцев, вытеснив из их сознания нацистскую идеологию. В кинотеатрах немцам показывали документальные фильмы о лагерях смерти. Тех, кто отказывался посещать обязательные киносеансы лишали продовольственных карточек, а таких было немало. Много бывших граждан Рейха искренне считали демонстрируемые оккупационными администрациями фильмы ложью, искусной постановкой, с привлечением голливудских режиссёров, соответствующими масштабными декорациями и массовкой.

Наиболее убеждённые фанаты Гитлера были готовы голодать, лишь бы не видеть документальные свидетельства преступлений нацистов.

Каждый в Германии понимал, что если в анкете указать, что являешься сторонником Гитлера и его партии, то не получишь работу, не устроишь своего ребёнка в школу, на государственное пособие по безработице также можно не рассчитывать.

Неправильно заполнивший анкету, составленную «Контрольным Советом по Германии», рисковал предстать перед судом и если суд признаёт, что он сотрудничал с гитлеровским режимом, виновен в чём-то, то он отправится в лагерь. Для содержания в заключении нацистов и их пособников использовались те же самые сохранившиеся нацистские концлагеря.

Полагаю, что результаты опроса не отражали действительного отношения граждан ФРГ к своему прошлому. Сторонников нацизма в послевоенной Западной Германии было намного больше.

Проводившие опросы работники социологической службы не были удивлены результатами, т. к. прекрасно знали, что нацизм невозможно просто взять и уничтожить. Они были такими же немцами и понимали — нацистская идеология надолго обосновалась в сознании соотечественников. Они были уверены в том, что излечить немецкую нацию от этой ужасной ментальной болезни может только время.

Чем моложе были опрашиваемые респонденты, тем меньше среди них оказывалось открытых сторонников нацизма. Это также было закономерно. Новое поколение не было отравлено нацистской пропагандой и взрослело в спокойное мирное время, воспитывалось на общечеловеческих ценностях.

Можно с уверенностью утверждать, что настоящая денацификация Германии произошла лишь к началу 1970-х, когда сменилось поколение, в политику и профсоюзы, бизнес и государственное управление, журналистику и литературу, кинематограф и театр, адвокатуру и суды, в науку и на производство пришли молодые немцы, рождённые после 1940 года, не отравленные ядом гёббельсовской пропаганды.

После того как их страна в ходе Второй мировой войны была разрушена до основания, старики ещё очень долго верили, что Гитлер и Гёббельс были правы, немецкой нации угрожала серьёзная опасность и нацисты лишь хотели предотвратить надвигающуюся катастрофу. Третий Рейх, по их мнению, не устоял перед ордами варваров, направляемых евреями, русскими большевиками и западными капиталистами-плутократами, по причине слишком мягкого отношения к ним со стороны немцев.

В сознании старшего поколения, впитавшего за 12 лет полную порцию идеологического яда, немецкая нация была слишком нравственной, духовной и образованной, которой свойственно сострадание и человечность, чтобы можно было эффективно противостоять варварам с востока, чья жестокость не была ограничена ничем, ни культурой, ни природным благородством, свойственным северным европейским народам.

Большинство немцев видели крах Германии не в собственной агрессии и злобе, нагнетаемой пропагандой, а в том, что просто им не повезло, они не успели уничтожить окружавшие их враждебные народы. Военную катастрофу они сочли прямым доказательством правоты нацистов, ибо чистых душой немцев победил остальной жестокий мир, где царствовало абсолютное зло.

Гёббельсу удалось убедить германский народ в том, что последняя мировая война была войной за германское государство, за существование немецкой нации, а не за Гитлера, нацистскую партию или SS. Миллионы немцев убедили себя в том, что если партия была обречена на гибель, то такая же участь ждала и всю нацию, иного выхода история им не предоставила.

Прогнозы на будущее послевоенной Германии в 1946 — 1950 годах у подавляющего большинства немцев были очень мрачные. Мало кто верил в свободное от оккупантов государство, в полное восстановление экономики. Была уверенность в том, что война безвозвратно отбросила страну на сто лет назад и отставание от остального мира будет длиться долгие десятилетия, если вообще этот упадок немецкой нации не навсегда. «Германия кончилась, её нет и больше никогда уже не будет» — таков был диагноз больной разрушенной стране, который с тяжёлым сердцем обсуждали в очередях за водой и хлебом, на разборке городских руин, сельских сходах и приходских собраниях.

Самая большая ложь о последствиях Второй мировой войны для Германии, повторяемую десятилетиями после поражения Третьего Рейха, которую сейчас уже открыто признают почти все немецкие историки, заключается в покаянии немецкого народа за совершённые вермахтом и SS преступления, в осознании нацистской лжи миллионами немцев сразу же после окончания войны.

Другая ложь заключается в утверждении о якобы успешной денацификации германского государства и общества. Бывшие нацисты ещё долго учили детей в школах, руководили промышленными предприятиями, работали государственными чиновниками, служили в армии.

Действительно, сразу после окончания войны силами оккупационных администраций началось очищение германских и австрийских государственных структур и общественных институтов от влияния нацистской идеологии. В 1946 году оккупационный Контрольный совет, состоящий из представителей Советского Союза, Великобритании, Франции и США, принял несколько законов, определивших круг лиц, попадающих под денацификацию, и утвердил создание специальных судебных органов.

Под денацификацию попали члены SS, партийные функционеры, государственные служащие, сотрудники полиции и государственной безопасности. Преступники были классифицированы и разделены на 4 группы — главные преступники, просто преступники, второстепенные преступники и активисты (попутчики).

От ответственности освобождались лица, формально состоявшие на государственной или военной службе, но занимали открыто пассивную позицию или активно сопротивлялись нацистскому режиму.

В 1946 году советская администрация передала дела о военных преступлениях немецким судам. В американской оккупационной зоне решились на передачу части дел в немецкие суды только в 1948 году, после возникновения серьёзных разногласий с местными администрациями и явными недвусмысленными проявлениями недовольства населения.

В 1945—1949 годах было осуждено более около 10 тысяч нацистов. Это привело к враждебному отношению немецкого общества к не только к оккупационным властям, но и к англичанам, французам и американцам вообще. Западная Германия к началу 1950 года была на грани народного бунта.

В 1949 году американцам пришлось полностью устраниться от расследования преступлений и судебного рассмотрения этих дел. Преступления нацистов стали рассматривать исключительно немецкие суды и только в рамках немецкого законодательства, с обязательным участием присяжных.

К началу 1950 года массовое недовольство немецкого населения наказанием нацистских преступников было уже настолько явным, что подавляющее большинство находящихся в заключении нацистов, в том числе осуждённых Нюрнбергскими трибуналами, в 1946 году, были отпущены на свободу. Отпустили даже тех, кого несколько лет назад приговорили к пожизненному заключению. Западногерманские суды освобождали от ответственности даже тех военных преступников, которые уже ранее были заочно осуждены в других странах, тем самым спасая их от заслуженного наказания.

Помня о том, к чему привело наказание и унижение немецкого народа после Первой мировой войны, Запад не захотел совершить туже самую ошибку в отношении нацистских преступников, проживавших в ФРГ. В Западной Германии союзниками стала проводиться политика «простить и забыть».

Многие нацисты после 1950 года стали в ФРГ без ограничений приниматься на государственную и военную службу, в полицию и органы госбезопасности. Тысячи нацистов, спасаясь от гнева сограждан, пострадавших при гитлеровском режиме, уехали в другие страны, в том числе за океан — в США, Канаду,