— Увезите меня, — задыхаясь от быстрого бега, тараторила девушка. — Они. Гонятся. За мной. Гонятся.
— Саш, что с ней? — Из машины вылезла сестра.
Напряженный слух уловил приближающийся топот. Бежали минимум двое, неслись, ломая кусты и не разбирая дороги. Устраивать разборки с неизвестными при сестре не хотелось. Слишком много вопросов может возникнуть. Надо срочно уезжать.
— В машину. Обе.
Но быстро уехать не получилось. Незнакомка вцепилась в меня мертвой хваткой, не переставая молить о помощи. Глаза пустые, от паники ничего не соображает. Хотя Юля была не лучше — тоже смотрит непонимающе и в машину не торопится. Похоже, в темноте не разглядела пятен крови и испытывала только легкое любопытство.
— Да помогу, помогу! В машину садись! Скорее!
С усилием разжав пальцы, пихнул незнакомку на заднее сиденье. Та слегка ударилась головой, но даже не заметила этого. Уже захлопывая дверь, я понял, что опоздал. Приближающиеся шаги стихли. Доверяя инстинктам, я неторопливо обернулся. Так и есть, метрах в десяти перед машиной на дороге стояли трое.
— Юль, сядь в машину и двери запри.
Что-то в моем тоне заставило сестру молча выполнить сказанное.
Страха не было. После сегодняшней тренировки в катакомбах я прекрасно понимал, что три уголовника опасности не представляют. Голова работала четко, и варианты развития событий мелькали как в кино, чуть ли не картинками. Уезжать поздно. Я не настолько хорош за рулем, чтобы успеть за две секунды разогнать машину. Если бы двигатель не заглох при резком торможении, можно было бы рискнуть, а так — дохлый номер.
— Даже завести не успею, — закончил я мысль вслух.
Плохо. Все-таки нервничаю, раз начал сам с собой разговаривать. Некогда в себе копаться, думай быстрей!
Тем временем парни начали приближаться. Миром дело не решить, слишком деловито они обхватывают машину полукольцом. Средний недаром руку в кармане держит. Готов поспорить, что у него там не сигареты. Троица была из породы уличных шакалов. Особенно выделялся первый: нагло выставленная челюсть, кепка и расхлябанная походочка. Не хватает только распальцовки. Девчонке повезло, что смогла вырваться и убежать. Мысль о подсадной утке я отмел сразу, слишком натурально испугана. И запах крови — настоящий. Это не игра.
В предчувствии драки зачесалась кожа. Перевоплощение пришлось давить, скрипя зубами. Тело лучше меня разбиралось, как эффективней убивать и защищаться, изо всех сил стремясь принять форму ящера. К сожалению, это не тот случай. Обратиться на глазах у сестры — не самая лучшая идея. Понимаю, что рано или поздно семья узнает мой секрет, только я буду стараться оттянуть этот момент изо всех сил. Как представлю разговор с домашними — хоть из дому убегай.
Несколько секунд боролся с собой, пока наконец инстинкты не сдались. Словно компенсируя недостаток боевой мощи, от сердца побежала волна жара. Меня качнуло с такой силой, что пришлось ухватиться за распахнутую дверь. Наверное, сходные чувства люди испытывают во сне. Потому что только так человек может летать, бегать по воде и подтягиваться всю ночь напролет. Всплеск адреналина смыл последние сомнения — драки не избежать.
— Братаны! Гляньте-ка, пацанчик ща сознание потеряет. — Компания противно заржала. — Чуть в обморок не упал от страха. Не ссы, клоун, мы тя не тронем. Машину с девочками оставь и гуляй себе.
От этих слов стало еще хуже, и в груди негромко зарокотало. До парней было далеко, и моего рычания они не услышали, а вот от сестры ощутимо пахнуло удивлением. Потом разберусь. Сейчас хотелось ломать и крушить все, что попадется под руку. Рвущееся в бой тело само помогло справиться с неуверенностью. Из последних сил постарался сдержаться.
— Шшли бы… вы… отсюда. — Зверь давал о себе знать.
Ярость заставляла говорить рублеными фразами, а речь все больше напоминала шипение.
— Не, ну если настаиваешь, мы и тобой попользуемся. Типа, три на три. Типа, удачно совпало, — осклабился главный.
Все! Я больше не мог сдерживаться. Водительская дверь хлопнула, отсекая девчонок от предстоящей бойни. Пальцы нащупали в кармане брелок и нажали на кнопку. Хорошая привычка — ключи вынимаю почти на автопилоте. Центральный замок сработал и запер двери. Этого хватит, чтобы до девчонок не добрались. К машине они подойдут, только если я сдохну. А я умирать не собираюсь.
— Слышь, фраер! Думаешь, мы не достанем это нежное мясо из твоей консервы. Ну ты…
Дослушивать я не стал. В два скользящих шага оказываюсь перед наглецом и наношу короткий удар открытой ладонью. Движения скованные, боюсь переборщить с непривычки. Но ему хватает. Грудная клетка с негромким хрустом поддается — и бандита отбрасывает назад, разворачивая в воздухе. Все же перестарался. Ударившись об асфальт, тело неподвижно замирает. Живой ли?
Неважно. Оправдываться буду потом. Сейчас есть проблемы поважнее. Боковым зрение замечаю резкое движение. Левый прыжком идет на сближение, а второй исчезает из поля зрения. За спину заходит! Чувствуется сноровка — двигаются грамотно, как стая. И удары нападающий наносит умело — снизу вверх, закрывая лезвие телом. Сначала — отвлекающий в голову и тут же клинком в живот. Развернувшись, чудом успеваю остановить нож в сантиметрах от тела.
«Шустрая тварь, чуть не пырнул. — Мысль исчезает, не успев оформиться. И возникает другая, хищная и жестокая: — Никаких сантиментов! Око за око!»
Если бы не скорость — уже лежал бы с ножом в боку. Случись такое неделю назад, и все — готовьте домовину. Запоздалый страх иглой вонзается в сердце. И эта вспышка заканчивается для моего противника плачевно. Пока рука скользит к открытому горлу, вторая сжимает запястье. Изо всех сил, до характерного хруста. Испуганной птицей под ладонью дергается кадык. Опять переборщил — как-то он нехорошо булькнул.
«Никаких сантиментов», — твержу как заклинание.
Осознание собственной силы будит что-то темное и сладкое глубоко внутри. Звериная ярость взметнулась в сознании как пламя. Перепуганные глаза и одуряющий аромат чужого страха срывают покров с инстинктов. Низкое рычание вырывается из груди. Ладонь, не останавливаясь, скользит дальше, я нежно обхватываю парня за шею и дергаю на себя. Молниеносный удар в переносицу — и брызги крови во все стороны. Удовлетворенно оттолкнув потерявшего сознание, медленно разворачиваюсь. Ужас в глазах последнего уголовника будоражит. Будит глубинный, доисторический голод. Во мне пробуждается жажда запретного металлического привкуса, хруста костей на зубах.
— Поиграем? — Губы сами расплываются в нехорошей улыбке.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
