Читаем без скачивания Дитя тьмы - Глен Кук

Может быть, его навещала другая дама? Может быть, это была камеристка королевы Мейгхен, которая уже давно, не скрывая своих желаний, бросала на него призывные взгляды?

Но Мейгхен была пышнотелой вессонкой с грудями размером с подушку.

Чудо повторялось из ночи в ночь, но каждый раз посетительница являлась все раньше и оставалась дольше.

В тот день когда Хаакен прислал донесение о капитуляции последних мятежников в Форбеке, Гжердрам спросил Браги:

– Что вы делаете по ночам?

Виновато глядя на юношу, маршал Кавелина ответил:

– Думаю, думаю, думаю. Не сплю. Как ты считаешь, можно ли справиться с колдовством без помощи магии?

Гжердрам отошел, пожав плечами.

Однако на каждый вопрос в конце концов приходит ответ часто радостный, а иногда и ужасающий.

Браги наконец узнал, кто его возлюбленная, но это сопровождалось страшными событиями.

Первый крик с трудом проник сквозь ураган его страсти. Однако второй вопль ворвался в сознание, вцепившись в горло ледяной рукой демона.

Крики доносились со стороны покоев королевы.

Схватив меч, он нагишом выскочил в коридор.

Часовые у покоев королевы безжизненными телами валялись на полу. С галереи на нижний этаж капала кровь.

Рагнарсон ударом ноги распахнул дверь, сорвав замок, и ворвался в помещение. Он вбежал в королевскую опочивальню как раз вовремя, чтобы успеть схватить человека, пытающегося протиснуться в окно. Браги ударил ночного гостя в висок, и тот упал без сознания.

Затем он обернулся к постели королевы. Мейгхен. А над ней, прижав кулачки ко рту, – обнаженная королева. Из горла Мейгхен торчала рукоятка кинжала.

Несмотря на ужасную ситуацию, он обвел взглядом тело, которое до этого знал лишь на ощупь. Королева залилась краской.

– Наденьте что-нибудь, – приказал Браги. Сам он, наскоро обвязавшись одеялом, склонился к Мейгхен. Никакой надежды. В спальню вошел Гжердрам в сопровождении трех гвардейцев.

– Закройте двери, – распорядился Рагнарсон. – Никого не впускать и не выпускать. А вы двое следите за этим типом. Гжердрам, скажи, пусть запрут городские ворота. Никто не смеет покинуть город без моего разрешения.

Видимо, получилось так, что Мейгхен спала в постели королевы и убийца хотел поначалу задушить ее. Но девушка оказала сопротивление, закричала, и преступник, запаниковав, использовал кинжал. Обернувшись, он увидел, что Гжердрам все еще в спальне.

– А я-то думал, что приказал тебе… – начал он, но тут же продолжил:

– Постой! Не говори никому, кто погиб. Пусть думают, что это – ее величество. Посмотрим, кто попытается извлечь выгоду. Но в то же время не стесняйтесь упоминать о том, что мы схватили убийцу.

Кивнув с мрачным видом, Гжердрам убыл.

– Вам же, – сказал Рагнарсон гвардейцам, – придется провести некоторое время в изоляции. Я не хочу, чтобы вы с кем-нибудь общались. Понимаете? Отлично. А пока охраняйте дверь. Никого не пускать! Ни одной живой души. – Обернувшись к королеве, он тихо произнес:

– Отправляйтесь обратно ко мне. Вас никто не должен видеть.

– Что вы хотите этим сказать?

– Вы все прекрасно понимаете. Наверняка имеется потайной ход, которым вы пользуетесь. В противном случае часовые у ваших дверей давно бы поведали всем забавную историю. Так что будьте хорошей девочкой и сматывайтесь поживее.

Убийца пришел в себя. Это был совсем молодой вессон с едва наметившейся бородкой. Запаниковавший юнец, готовый выложить все, что знает.

Но знал он очень мало. Ему не было известно, кто его завербовал, хотя туманное описание внешности своего собеседника парень дать смог.

Браги пообещал пленнику, что если тот поможет заманить в ловушку своего нанимателя, то наказание ограничится ссылкой.

Молодой человек точно знал лишь одно – его услуги потребовались нордмену.

– Если они узнают, что ты схвачен, то попытаются тебя убить, – сказал Рагнарсон.

– Приманка?

– Именно.

– Но…

– Альтернативой является твое свидание с палачом.

Вместе с убийцей в камере находились четыре человека. Двое из них были настоящими узниками, еще один был шпионом, подсаженным, чтобы следить за ними, и четвертым оказался Рольф Прешка.

Слухи об убийстве королевы мчались по городу быстрее, чем убегающий от гончей заяц, угрожая уничтожить все с таким трудом завоеванное. Головы льнули к головам, рождая заговоры…

Практически никто не соглашался видеть на троне кронпринца Гайя-Ланге, которого ради безопасности даже пришлось спрятать у деда в Сакуэску.

Рагнарсон предполагал, что те, кто нанял убийцу, станут действовать быстро. И он не был разочарован. Перед самым рассветом три человека тайком вошли в камеру, где находились Рольф и юноша-убийца. Один из трех был тюремным смотрителем. Его сопровождали нордмен и солдат.

Когда ключ заскрипел в скважине замка, Рольф с трудом удержал приступ кашля. Он не верил, что сможет справиться с пришельцами. Они были здоровы и вооружены, а Браги желал получить их живьем.

Но Браги находился рядом. Чуть ли не силой заставив королеву поделиться знаниями, он провел гвардейцев потайными ходами из ее покоев к помещению тюремного смотрителя. Он имел возможность видеть, как вошли нордмен с солдатом и как золото перешло из рук в руки. Теперь, услышав в отдалении звон ключей, он повел гвардейцев через потайную дверь.

Из темноты камеры доносился стук мечей. Браги дал команду двум гвардейцам следовать за ним, оставив третьего охранять наружную дверь темницы.

Ворвавшись в камеру, он прогремел:

– Сдавайтесь!

Прижатые в угол Прешка и его подопечный из последних сил отбивались от наседающих противников. Преступники и шпион уже валялись мертвыми.

Нордмен продолжал яростно наступать на Рольфа. Смотритель сразу же поднял руки, а солдат, похоже, не знал, как поступить. Но затем и он бросил оружие. Браги выкинул его и смотрителя за дверь.

Он, Рольф и парнишка сумели скрутить нордмена, хотя тот даже попытался покончить с собой.

– К лестнице! – прорычал Браги.

Из комнаты смотрителя доносились звуки схватки. Убийцы, видимо, оставили свой арьергард за внешними дверями темницы.

Вернулись гвардейцы, приведя с собой еще одного солдата. Браги обратил внимание, что оба пленника принадлежали к недавно сформированным ротам.

Солдат и смотрителя он запер в камере вместе с трупами. Нордмену и молодому человеку завязали глаза и потайными ходами препроводили в его апартаменты.

– А, сэр Хендрен из Соколичей, – произнесла королева с напускной ласковостью, пока Браги снимал повязку с глаз пленного. – Итак, вы хотели, чтобы я умерла. А я-то полагала вас своим верным рыцарем. – Отвесив сэру Хендрену увесистую пощечину, она закончила:

– Никогда не видела столько трусов, готовых нанести удар в спину. Кавелин просто заражен ими.

Пленный побледнел. Он видел перед собой неминуемую смерть, но тем не менее стоял прямо и хранил молчание.

– Да, я жива. Но вам долго не протянуть. Конечно, если вы не скажете, кто приказал вам нанять этого мальчика. Сэр Хендрен не проронил ни слова.

– Что же, придется прибегнуть к более крутым мерам, – произнес Браги, посадил пленника на стул и принялся связывать ему ноги.

– Что вы хотите?.. – начала было королева.

– Кастрировать его, кастрировать.

– Но…

– Если хотите, можете выйти.

– Я только собиралась сказать, что он – человек лорда Линд-вед ела.

– Вы уверены?

– Так же как в том, что Инред был человеком Крифов.

– Это так? – спросил он у сэра Хендрена.

Тот в ответ обжег Рагнарсона взглядом ненависти.

– Вернусь через несколько минут, – сказал Браги и, вручая королеве кинжал, добавил:

– Воспользуйтесь им без колебаний.

Путь его лежал в апартаменты Линдведела. Там он нашел косвенные подтверждения утверждениям королевы.

Линдведел, которого обычно лишь крайние государственные потребности могли заставить рано встать, был одет и проводил совещание.

После обычного обмена любезностями Линдведел спросил:

– Чем могу вам помочь, маршал?

Браги пришлось наворотить кучу лжи, достойной самого Насмешника в его лучшие времена, чтобы убедить заговорщиков пройти в его покои. Он дал понять, что там спрятаны секретные документы, которые он якобы сумел раздобыть во время своей службы королеве. Кроме того, он предложил изменникам обсудить там условия перехода его армии на защиту их Священного Дела.

Королева, как он понял, ожидала их появления и спряталась вместе с юношей-убийцей. Сэру Хендрену засунули в рот кляп, задвинули вместе с креслом в угол и прикрыли простыней, чтобы он смотрелся ненужным предметом мебели.

– Итак, приступим, – сказал Браги, остановившись у дверей. Он был очень доволен предусмотрительностью королевы.

Министры входили по одному, с удивлением поглядывая на маршала.

И в этот момент королева выступила из укрытия. Браги фыркнул, увидев, как разливается бледность по лицам царедворцев.