Читаем без скачивания Дитя тьмы - Глен Кук

– Детка, детка, с тобой все в порядке?

В последующих событиях было мало героического. Он отчаянно поругался со Мглой.

– Знаете, Дрейк, – пробормотала она, – мне страшно жаль, что я не могу бросить все это дело.

Зима пришла рано и сразу вступила в свои права. Такого Каптал припомнить не мог. В обычное время это вызвало бы уныние. Но сейчас никто не ждал запоздалых караванов, чтобы провести их через Савернейк. За все лето через перевал прошли лишь единичные путешественники.

Каптал такую погоду мог только приветствовать. До весны о Рагнарсоне можно не тревожиться.

Мгла, напротив, зиму проклинала. Она опасалась, что весной перед ними предстанет объединенный Кавелин.

Каптал при помощи крылатых созданий постоянно наблюдал за нижними землями. Рагнарсона, похоже, просто преследовали удачи, каждая из которых была выгодна Капталу. Все больше и больше нордменов вставали под его знамена. Хозяин Савернейка считал, что аристократы поступают так, учитывая его могущество и благодаря тому, что он оказался единственным противником, которого Рагнарсон не смог одолеть.

Каптал, конечно, понимал, что эти новые союзники бросят его, как только рухнут силы сторонников королевы. Но эту проблему он решит позже, сейчас же следовало сосредоточить все внимание на старых врагах.

По мере того как его разведчики докладывали о новых и новых потерянных городах и провинциях, его надежды возрастали. В каждой из оставшихся свободных провинций несколько нейтральных нордменов вставали на сторону мятежников, в то время как лояльные бароны утрачивали позиции.

Эдикты, льющиеся потоком из Форгреберга, полностью изменили характер борьбы. Шла смертельная схватка между Короной и знатью, в зависимости из исхода которой каждая из сторон могла утратить свои привилегии или, напротив, обрести новые. Кроме того, война стала классовой. Угнетенные сословия, подкупленные подачками Короны, бились за то, чтобы вырвать привилегии из рук высших классов.

Каптал вступил в контакт с бароном Тейком Берличем, который вновь начал мятеж после того, как, уже один раз, попав в плен в бою у Савернейка, был помилован Фианой.

Барон посоветовал собрать сильную армию и попробовать взять реванш. В свое время он был командующим армии Крифа, и логично было использовать этого человека, чтобы поставить Рагнарсона на колени. Но барон был настолько консервативен во взглядах и действиях, что приводил в изумление даже своих сотоварищей-баронов. При содействии Берлина Каптал через посредников, не подозревавших о подлинной цели своей миссии, связался с находившимся в Брейденбахе сэром Андвбуром Кимберлином из Караджи. Кимберлин открыто выражал неудовольствие по поводу реформ, проводимых королевой. Каптал пригласил рыцаря помочь ему в создании нового общества, намекая, что, хотя он и контролирует Каролан, ему скоро предстоит отойти в мир иной и нужна понимающая душа, способная продолжать начатое после того, как его не станет. По мере того как зима печально шествовала по миру, пессимизм покидал Каптала. Коалиция мятежников, имея хорошую базу в растущем недовольстве знати, сумела обосноваться и в Форгреберге.

И вот столичный бастион мятежа рухнул.

– Грязные, алчные, тупые свиньи! – целыми днями ворчал старик. – Все было в наших руках. Но они попытались нас обставить…

Даже Каролан в это время опасалась попадаться ему на глаза.

Каптал решил, что ему ничего не остается, кроме как пригласить войска с Востока, которые должны стать становым хребтом армии мятежников. Ну и конечно, использовать немного магии.

Однако известие о неожиданной смене политики Высокого Крэга (правящая верхушка давно не одобряла участия наемников в крупных войнах) вновь ввергла Каптала в уныние. Корона получила подкрепление в виде трех полков, состоящих из ветеранов. Уныние старика оказалось заразительным. Мгла отстранилась от дел, постоянно пребывая в печали. Но несмотря на это, она все же отправилась в Шинсан, чтобы перебросить в Майсак свежий легион, как только сойдут снега.

Каптал, углубленный в себя, проморгал смену ее настроения. Бурла, Шоптау и Каролан хорошо понимали печаль Мглы. Человек, которого она потеряла, вновь появился вместе со своим братом. В Кавелине. И вновь он работал на враждебную ей сторону.

Три человека, сгорбившись под нависающей глыбой льда, внимательно наблюдали за расположенной к западу от них крепостью. Они прерывали это занятие лишь для того, чтобы послать проклятие пронизывающему до костей морозу.

– Все получится, – произнес один из них, одноглазый. – Они нас не учуяли.

– Заклинания, заклинания, – проворчал второй. – Если бы здесь не было этой шинсанской суки, я в них точно поверил бы.

– Лучше думай о золоте, Брэд, – вмешался третий. – Его здесь больше, чем… Больше, чем во сне видел.

– А в золото я верю даже меньше, чем в заклинания Гаруна. Может быть, это всего лишь способ избавиться от нас. Мы слишком много знаем.

– Не исключено, – поддержал его Дерран. – Я такую возможность предвидел.

– Если возникнут неприятности, то не раньше чем в момент платежа, – сказал Керт.

– Хм-м.

– Уже достаточно темно, – вмешался Брэд.

– Выждем еще несколько минут. Пусть они соберутся спать, – сказал Дерран. – Некоторые из этих созданий видят в темноте, как кошки.

Он в сотый раз погладил висящую на поясе сумку, в которой находился план внутренних помещений Майсака. План удалось получить бин Юсифу, хорошенько допросив крылатого человека, захваченного несколько месяцев тому назад.

– Ты уверен, что они не выставили часовых? – спросил Брэд.

– Уверен. Какого дьявола им стеречь это? – ответил Дерран, обводя рукой невидимые в темноте снега. – Возможно, что у ворот кто-нибудь и стоит. Но это нормально. – Посмотрев в темное небо и вглядевшись в редкие огоньки за крепостными стенами, он, скрывая возбуждение, добавил:

– Пожалуй, ты прав, Брэд. Пора двигаться.

Им потребовалось полчаса, чтобы преодолеть небольшое расстояние до замка, и еще несколько минут, чтобы забросить крюк и перебраться через стену. Еще через минуту они, прирезав пару существ с мордами филинов, открыли ворота, подготовив тем самым путь к отступлению. Если все пойдет как надо, они будут уже далеко, прежде чем их визит будет обнаружен и поднимется тревога.

Майсак был пропитан самыми разными, не всегда приятными ароматами и запахом дыма, но, даже находясь во внутреннем дворе, никаких других примет обитания людей они не заметили.

– Вообще-то народу здесь до дьявола, – заметил Керт. – Интересно, как они всех ухитряются прокормить?

– Скорее всего переправляют жратву из Шинсана, – ответил Дерран. – А вот и дверь на латунных петлях. Ее нам вроде бы и надо.

– Описанию соответствует.

– Отлично. Брэд, займись дверью, а Керт нас прикроет. Когда дверь распахнулась, он мгновенно упал на пол, но предосторожность эта оказалась напрасной. Коридор был пуст.

– Лады, – сказал Дерран. – Пошли дальше. Караульная там. Третья дверь.

В помещении оказалось с полдюжины смешных маленьких существ. Все они спали.

– Смахивают на кроликов, – заметил Брэд после того, как с человечками было покончено.

– Здесь вообще можно ждать всякой жути, – заметил Дерран и продолжил:

– Керт, ищи панель. Линяем отсюда.

Вскоре они в полной темноте уже взбирались по винтовой лестнице, покрытой слоем пыли.

Лестница заканчивалась площадкой, упирающейся в стену. В стене оказался глазок, через который они увидели пустынный, слабо освещенный коридор.

– Брэд, ты нас прикрываешь, – распорядился Дерран, пытаясь нащупать механизм, открывающий вход в коридор.

Маленькая панель со скрипом отошла в сторону. Они прислушались. Брэд начал лихорадочно собирать арбалет.

– Вперед! – скомандовал Дерран, хлопнув по плечу Керта.

Тот, зажав кинжалы в руке, выскочил из укрытия и бесшумно промчался к дверям одной из комнат, выходящих в коридор. Увидев, что дверь закрыта, он дал сигнал, и к нему присоединился Дерран, указав на ведущую из коридора обычную лестницу. Керт подбежал к ступеням и, убедившись, что там никого нет, вновь просигналил. Дерран лег на живот и заглянул под дверь своим единственным глазом. Из пачки планов внутренних помещений Майсака он извлек схему библиотеки и пометил расположение находящихся там людей.

Оставалось ответить еще на один вопрос: заперта ли дверь? Если заперта, то на замок или на засов? Пленник Гаруна утверждал, что в Майсаке ни одна дверь – кроме потайных – не запирается.

Дерран, прислонившись спиной к двери, взялся за ручку левой рукой, держа в правой наготове меч. Керт, подняв кинжал, кивнул.

Удар! Дверь распахнулась. Дерран влетел в комнату и, следуя движению двери, оказался в стороне, открыв путь оружию Керта. Еще мгновение, и рукоятка кинжала с силой врезалась между глаз шинсанской шлюхи.