Читаем без скачивания Месть богини - Юлия Фирсанова

— Выходите, господин шпион, чего уж там. А то, право, как-то неловко. Я тут сижу, а вы, бедный, томитесь там за стенкой, переминаетесь с ноги на ногу. Небось устали уже шпионить без перерыва на обед.

Никто не откликнулся, но по едва улавливаемому излучению чужой силы Элия теперь точно знала, что человек еще там. Учитывая стойкую привязанность знати всех Уровней к помещениям со множеством потайных переходов и комнат, принцесса подозревала, что дворец наместника не был исключением. Догадываясь, кто за ней наблюдает, принцесса позвала вторично, уже более требовательно:

— Как вас там, Вильн, кажется. Выходите же, не стесняйтесь, ей-ей, я не кусаюсь!

Гобелен поперхнулся.

— Ну что же вы? Нехорошо заставлять девушку ждать, — укоризненно сказала Элия, нетерпеливо покачивая ножкой.

Что-то зашуршало, стена с частью гобелена немного отъехала в сторону, и появился невзрачный человечек.

— Э-э-э… здравствуйте! — протянул он.

— Здравствуйте, господин, присаживайтесь, — поприветствовала его Элия и кивнула на диванчик. — Шпионите по поручению наместника или для души?

— Для души, — буркнул Вильн, продолжая стоять и сам не понимая, что его дернуло продолжать слежку.

Начал-то он ее из опасения за благополучие друга, лорда Жерома, наместник ведь искал комнату сказителей не в лучшем расположении духа. А вот почему он остался наблюдать за сказителями, Вильн, хоть убей, не мог себе объяснить. Может быть, слишком загадочными для простых бродяг показались ему эти мужчина и женщина, было в них что-то, щекочущее чутье шпиона. Дергающее за усы его неистощимое любопытство. Эти двое — Джей и Элия — вовсе не выглядели бродягами-сказителями с большой дороги, перебивающимися с хлеба на воду. Слишком уж самоуверенные, слишком гордо держащие голову и безоглядно острые на язык. Вильн гадал, уж не обедневшие ли дворяне пустились в путь, или и вовсе богатая парочка — лорд да леди — отправилась странствовать, ища острых развлечений, новых забав в прискучившей пресноте жизни.

— Ну и как, понравилось? — насмешливо спросила Элия, давая возможность Вильну самому предположить, что именно ему должно было прийтись по сердцу.

Шпион хмуро безмолвствовал, так и не присев.

— Молчите? Я вас чем-то обидела? — снова вежливо поинтересовалась девушка.

— Что вы от меня хотите? — угрюмо спросил Вильн, не зная, куда деться от смущения.

Его еще никто не ловил за работой. И шпион никак не мог предположить, что когда-нибудь это произойдет именно так: его застукали, но не начали оскорблять или бить. Так, может, ловкая девица собралась его каким-то образом шантажировать?

— Ничего, господин, ровным счетом ничего. И по логике событий, согласитесь, можно предположить обратное: не я шпионила за вами, а вы следили за мной.

— Значит, я могу быть свободен? — не пожелал вступать в пикировку человечек.

— Можете, господин, можете, — холодно улыбнулась принцесса. — Только учтите: я всегда чувствую, когда за мной следят. В следующий раз могу и не разобрать: по злому умыслу или от души. Испугаюсь. А перепуганная женщина чего только не натворит. Понимаете? Лорд Жером сказал, что вы его друг. Мне не хотелось бы, чтобы между нами возникли какие-нибудь недоразумения.

— Такие же, как с наместником? — не выдержав, поинтересовался любопытный Вильн. Шпиону весьма грел душу тот факт, что нашелся хоть кто-то, навешавший его вздорной светлости горячих.

— О, недоразумения могут быть разными. Зачем же повторяться?.. — мечтательно протянула принцесса.

— Я понял, сударыня, — коротко кивнул мужчина и решил, что, несмотря ни на что, ему очень нравится эта загадочная девушка. И, если будет нужно, он поможет ей, не дожидаясь просьбы Жерома.

— Вот и хорошо. Я была уверена, что мы найдем общий язык, — кивнула богиня.

Вильн коротко поклонился и направился к выходу.

«Если она — простая сказительница, то я — ночной горшок! — раздраженно, но с сильной примесью восхищения подумал шпион. — А вот наместнику это знать вовсе не обязательно. Тем более господам из Альвиона. Потрясающая женщина!»

— Ну вот, стоило тебя на секунду оставить одну, как ты уже успела подцепить мужчину, — загородив собой дверь, заявил Джей, придирчиво оглядывая Вильна. — И что ты в нем нашла? Никого посимпатичнее в округе не было, что ли?

— Внутренние достоинства могут быть скрыты за самой неприметной оболочкой, — поучительно сообщила принцесса, подошла к шпиону, приподняла пальцем его подбородок, поцеловала в губы и нежно спросила: — Правда, дорогой?

Вильн закашлялся. В это время на пороге появился запыхавшийся Эверетт с лютней наперевес.

— А вот и я! — радостно сообщил он.

Воспользовавшись тем, что внимание принца на секунду рассеялось, шпион с вытаращенными глазами поспешно выскользнул за дверь. Его никогда еще не целовали такие красивые девушки! Пусть даже в шутку!

— Раз уж нам запретили покидать резиденцию наместника, я попросила Эверетта исполнить нам что-нибудь из своих сочинений, — пояснила Элия.

— Здорово! Отличная идея! — одобрительно воскликнул Джей и плюхнулся на диванчик.

Элия присела рядом с братом, ободряюще улыбнулась менестрелю и попросила его начинать.

Эверетт опустился на краешек кресла, провел тонкими пальцами по струнам лютни, подкрутил колки, взял несколько аккордов, удовлетворенно кивнул, задумчиво поискал что-то (наверное, вдохновение) на потолке, и зазвучала волшебная мелодия, с которой гармонично слился нежный юношеский тенор, плетущий узор песни любви и дороги…

Когда последние дивные звуки растаяли в тишине, Элия благоговейно прошептала:

— Это восхитительно, Эверетт. Вы по-настоящему талантливы, друг мой. Пожалуйста, сыграйте еще.

Юноша смущенно улыбнулся, однако было видно, что похвала сказительницы ему очень приятна, и запел снова.

«А мальчик-то — гений. Он поистине великий менестрель. Как жаль, что такой талант ублажает одного-единственного самодура. Его место на Дороге Миров», — мысленно обратилась принцесса к брату.

«На все воля Творца, — задумчиво отозвался принц. — Возможно, юноша еще выйдет на нее»…

И прибавил уже для себя: «Если не сгинет по нашей милости до срока…»

Глава 18

Досуг благородных лордов

Тем временем на втором этаже дворца наместника Вальдорна в лучших покоях для гостей, отведенных нежеланным визитерам из Альвиона, коих надлежало принимать со всевозможными почестями (наместник, разумеется, с большим удовольствием предложил бы альвионцам свои казематы), обстановка была не столь умиротворяющей. В просторной гостиной, отделанной по последнему слову моды Альша дорогим ароматным деревом гержин с матово-багряным отливом так, что она походила на изысканную шкатулку для благовоний, скандалили, предварительно выгнав всех слуг, трое. Правда, стража, стоявшая за дверями, все равно слышала каждое слово, но сообщать об этом раздраженным господам вовсе не собиралась, дорожа своим местом и головой на плечах.

— Я убью проклятого лекаря! — злобным волчонком рычал принц Кальм, методично долбя кулаком по подлокотнику изящного кресла и пиная ногой ни в чем не повинный ковер с густым ворсом. Карие глаза принца сверкали пустой яростью зверя, угодившего в западню.

Вернувшийся из уборной (единственной в апартаментах, несмотря на целых четыре ванные комнаты) принц Алентис в кои-то веки горячо поддержал младшего брата:

— Обязательно! Но для начала запихнем ему в глотку бутылку того мерзкого пойла.

— Подождите, ваши высочества! Не горячитесь, — спокойно вставил советник Отис, потирая болезненную ссадину на челюсти, окруженную медленно бледнеющим синяком — подарок жрецов, доставшийся мужчине при попытке утихомирить ломящихся в храм Судьбы принцев — и подумал: «Вот разбушевались, брехливые щенки! Хлебом не корми, дай потявкать!»

— Этот п…к хотел нас отравить! А ты говоришь, не горячитесь?! — возмутился Кальм, тряхнув копной темно-русых волос.

— Ваше высочество, я уверен, что лекарь вовсе не хотел нас травить. Как-никак мы посланцы великого Альвиона, оказавшие Альшу честь своим визитом. Надо быть безумцем, чтобы вознамериться причинить вред тем, за кем стоит мощь Мира Узла, — с постной миной заявил советник, потом встал с кресла, торопливо пробормотал: — Извините, я сейчас, — и исчез в направлении нужника. Вернувшись через пару минут, он продолжил: — Все дело в разнице обмена веществ. Наша реакция на отдельные лекарственные средства может быть совершенно иной, чем у обитателей этой провинции. Расстройство желудка, скорее всего, какой-то побочный эффект того укрепляющего лекарства, пусть весьма мерзкого на вкус, но без сомнения полезного хотя бы своим очистительным эффектом!

— Все равно его надо убить, — упрямо и с вызовом заявил Кальм. — Мне плевать, что он не рассчитал эффекта этого… — Не закончив фразы, младший принц пулей исчез в клозете.