Дай мне шанс тоже.
- Мы должны убираться отсюда, - сказала Николь.
До того, как мужчины на земле очнутся и до того, как сирены, которые уже были слышны, приблизятся еще больше.
Возвращение домой - ошибка. В Новом Орлеане для нее слишком опасно.
Но, казалось, в последнее время ее постоянно кто-то преследовал.
Потому, что я отмечена смертью?
Ее время истекало.
- Пошли, - сказал Падший, и взял девушку за руку. Она услышала отзвуки гнева в его голосе и засомневалась. Он знает.Теперь Кинан знает о тьме в ней. Он понял, что она уже не та, за которой он наблюдал. Пока Ангел был далеко, ее худшая сторона вышла наружу.
- Скорее, Николь, пошли!- И тогда они побежали вниз по улице, затем через переулки. Бурбон Стрит приблизилась и исчезла. Толпа вокруг нее размылась. Голоса, смех. Тела слились в одно. Быстрее. Они бежали все быстрее, забегали в бары, выбегали наружу, несясь через город.
Потом...
Тишина.
Они остановились возле магазина вуду. Помещение было закрыто на ночь. Окна и двери забраны толстыми решетками. На улице пусто - все были на вечеринке в нескольких кварталах отсюда. Николь согнулась, тяжело дыша. В безопасности. Пока.
- Ты убивала. - В голос Падшего вернулся гнев. Время расплаты.
Девушка вытерла руки о бедра, глубоко вздохнула и, собравшись с духом, отрывисто кивнула.
- После того, что этот вамп сделал с тобой в переулке... - Он покачал головой и посмотрел на нее с явным замешательством в глазах. – Ты убила кого-то еще?
Больше, чем «кого-то еще». Николь прочистила горло:
- Ты знаешь о Рожденных. - Она боролась так долго и так сильно, как только могла. Но он сломил ее. - Они забирают твою волю. - Вампир была связана с Гримом с того момента, как сделала первый вздох. Она услышала его насмехающийся шепот у себя в голове, и чем больше дней проходило, тем слабее она становилась, а шепот превращался в крик.
Девушка отошла от Ангела. Тепло ночи заключило ее в свои объятия, запах реки дразнил обоняние.
- Я не хотела убивать, - решительно бросила она. - Ты действительно думаешь, что я могла когда-либо желать этого?
Она убила вампира, который напал на нее, но это было самообороной. У нее не было выбора. А остальные...
Сколько еще ты собираешься продолжать оправдываться?
Николь сглотнула:
- Он принудил меня напасть. Люди, за которыми он посылал меня, убивали вампиров. - Ну да, как будто это было чем-то ужасным. Большинство вампов, которых она встречала, жили, чтобы мучить и убивать. Грим позаботился, чтобы все его Созданные были похожи на него.
- Ты никогда не убивала... до той ночи. - Теперь в голосе Кинана звучала грусть, что заставило ее сердце сжаться от боли. - Я знал... когда впервые увидел тебя в Мексике, я заметил, что ты изменилась.
Клыки. Когти. Соблазнение. Кровь. Да, у нее появилось несколько новых особенностей. Не в лучшую сторону.
- Я должна была измениться, чтобы выжить. - Она не будет извиняться за все то, что сделала. Убийства - да, она сожалеет о них и поклялась, что больше не заберет чужой жизни, но другое... Обольщение, выпивание крови – я должна была выжить.
Падший стрельнул на нее глазами.
Что он увидел?
Монстра? Или женщину?
- Жалеешь, что не прикоснулся ко мне и не дал умереть в ту ночь? - вопрос сорвался с ее губ, и, черт возьми, она не хотела этого говорить. Девушка думала об этом в течение многих дней, но не хотела говорить.
Глаза Ангела сузились до щелок голубого льда.
Она развернулась и пошла, нет, побежала вниз по улице. Николь не желала слышать ответ. Не желала знать, что мужчина, который защищал ее эти последние несколько дней, на самом деле хотел, чтобы она была мертва.
И так достаточно людей мечтало об этом.
Жесткая рука схватила ее и прижала спиной к мускулистой груди:
- Никогда больше не говори такого.
Падший развернул ее. Его глаза уже не походили на лед. Сейчас они были черные, а не синие, и горели.
- Кинан, я...
Его рот впился в ее. Не мягко. Не нежно. Больше не тот нерешительный любовник. Жестко. Грубо. Поцелуй был неистовым от желания.
Страх в сердце заставил и ее быть неистовой. Девушка схватила Падшего за руки и притянула ближе. Они отступили назад, и ее спина уперлась в дверь какого-то здания.
Николь открыла рот шире и всосала его язык, беря все, что могла получить. Вкус мужчины, заполнивший ее рот, заставил девушку выгнуться навстречу.
Ангел все еще хотел ее. Он узнал, кем она стала и не отвернулся. Мужчина касался ее, его руки жадно и собственнически поглаживали, ласкали. Ее ангел не сбежал.
Как и она. Не сейчас.
Даже через одежду, его твердый член ощутимо упирался в ее лоно. Крупный и мощный.
Она хотела его внутри себя. Николь не волновало, где они находились. В этот момент ее не заботило ничто, кроме него.
Нуждаюсь в нем. Хочу его.
Его тело. Его кровь. О, вкус его крови был подобен раю.
Ангел просунул руку ей под рубашку. Отодвинув лифчик, большим пальцем он принялся поглаживать ее сосок.
Да.
- В здании никого нет.
Он был прав, она не слышала никаких звуков изнутри и...
Кинан отступил, но не отпустил ее руки:
- Я хочу тебя.
Николь была словно в огне из-за него.
Ангел пинком открыл дверь и втащил девушку внутрь. Помещение было абсолютно пустым. Без мебели, только стены, уединение и...
Он толкнул ее к ближайшей стене и крепко поцеловал.
Затем подхватил под ягодицы и, приподняв, прижал к твердой выпуклости своего возбуждения.
Николь крепко вцепилась в него. Она выбросила из головы все волнения и страхи и просто обнимала своего ангела.
Его пальцы легли на пояс ее джинсов, дернули застежку, расстегнули молнию.
Ее неопытный Падший за две секунды спустил джинсы до лодыжек, туда же отправились и ее трусики, а его пальцы проникли ей между ног. Нажимая, потирая, поглаживая.
Николь приподнялась на цыпочки и прижалась к нему всем телом. Да.Ей нравилось то, как он ласкал ее. Кинан уже знал ее тело. Знал, что ей нравилось. Как к ней нужно прикасаться.
Мужчина упал перед ней на колени.
- Кинан...
Он развел ее бедра, и она отбросила джинсы прочь. Его дыхание коснулось ее лона, и она вздрогнула.
Затем он проник руками между ее ног, и его длинные, сильные пальцы скользнули во влагалище.
При первом же его прикосновении девушка задрожала, ее тело было настолько чувствительным, что она едва не кончила.
