нужно наведаться к остальным родам неандертальцев, разбросанных от нас на расстоянии от двух до четырех дней пути. Помня о недавних событиях, в этот большой поход со мной отправились десять мужчин и пятеро женщин и девушек. Они послужат живой рекламой нашего образа жизни, да и за тот же отрезок времени одна неандерталка сумеет рассказать слушательницам на порядок больше, чем все мужчины, вместе взятые…
Эрика тоже увязалась с нами, аргументируя свое участие тем, что она единственная уже освоила местное наречие. Спорить с этим было невозможно, у девчонки однозначно были способности к языкам.
Маршрут пролегал через владения рода Куниц, Черных и Серых Белок, и заканчивался стоянкой рода Медведей далеко на северо — западе, больше чем в ста километрах от Лантирска.
Этот поход завершился частичным успехом — три небольших рода, всего около семидесяти человек, приняли мое предложение, и проводники повели к городу новые караваны переселенцев.
А вот с родом Медведей пока не удалось договориться, местные неандертальцы сначала хотели все увидеть воочию, сеанс огненного гипноза их хоть и поколебал, но не убедил окончательно. Возможно, причина была в том, что этот большой и сильный род состоял преимущественно из молодых мужчин, не нашедших себе пару. Женщин было немного, и все усилия дипломатического корпуса с Эрикой во главе, прекрасно справившихся со своей задачей на предыдущих трёх стоянках, ни к чему не привели.
В Лантирск с нами отправилась только одна семейная пара, молодой охотник по имени Пратт и его женщина, Лесса. Подозреваю, что именно желание увести молодую жену подальше и подтолкнуло его уйти первым.
Здесь мы оставили все образцы наших изделий, обменяв их на десяток хороших каменных топоров. Пратт говорил, что за такими камнями они ходили на запад, к большой реке, и нашли их в месте, где вода бурлит между скал.
В этом мире Днепровские пороги, не скрытые под гладью водохранилищ, сохранились, и служат неплохим ориентиром. Я постепенно привязывал местность к той карте, что помнил из будущего, выходило что род Медведей обитал примерно на месте будущего Павлограда. Севернее никаких стоянок неандертальцев не было, или Пратт и его сородичи о них просто не знали. Черных людей здесь никогда не видели, только слышали рассказы о них на осенних встречах местных родов.
Если это так, то сейчас на всей этой огромной территории, ограниченной с северо — запада Днепром, кроманьонцев не было. Что происходит восточнее, я не знал, но надеялся, что Дон и Северский Донец тоже какое-то время будут естественными преградами на пути их миграции, и основной поток чернокожих сейчас идёт в Европу через сухопутный перешеек Босфора, ещё не успевшего стать проливом.
С этими переселенцами мне предстоит столкнуться в будущем, и огнем и мечом отбросить их назад, в Турцию. Мы сможем позволить ассимиляцию другого вида, но не больше пяти процентов от численности неандертальцев на тот момент. Приток новых генов увеличит наш запас прочности, и, через несколько поколений постепенно растворится в общей массе, оставив полезные признаки. Главное сейчас собрать побольше людей, и создать все условия для быстрого роста моего народа.
Задерживаться долго у Медведей мы не стали, и, чтобы не провоцировать конфликты из-за женщин, на следующий день отправились назад, к Лантирску. По пути я отмечал многие полезные растения, которые пригодятся в дальнейшем, несколько кустов ирги и черники мы отрыли, и теперь несли с собой, в наполненных влажной землёй мешках — южнее они не встречались. Теперь, когда листья распустились, можно было распознать малину, ежевику, черную и красную смородину. Эти растения росли повсеместно, их хватало и в окрестностях нашего городка. Осталось дождаться осени, и выбрать кусты с самыми крупными ягодами, закладывая основы селекции.
Эрика нашла большинство лекарственных растений, которые расли и в Крыму, за исключением степного мака, я же смог определить только подорожник, тимьян и мяту. Как же я теперь жалел, что, готовясь к исходу, не собрал несколько сухих коробочек с семенами! Ведь никакого другого обезболивающего у меня не было…
Ещё одной находкой стала съедобная лобода, родственное обычному бурьяну растение, с более яркими и сочными листьями. До созревания семян ещё долго, и молодые ростки перенесли в корзину вместе с комом земли, на которой они росли. Вместе со щавлем, черемшой и диким чесноком она станет первой сельскохозяйственной культурой, которую мы освоим.
Вообще, проблема селекции и новых, прежде всего высококалорийных культур, с ростом численности населения будет становиться все острее.
На сегодняшний день рыба составляла большую часть рациона, но Аркаим, хоть и был гораздо полноводнее и богаче уловами, чем в будущем, скоро не сможет прокормить Лантирск. Только через несколько лет, и то, если развитие не замедлится, мы сможем совершить каботажное плавание к берегам Турции, и попытаться отыскать дикую пшеницу.
Сейчас единственный выход я видел в ускоренном развитии животноводства, и первыми на очереди стояли дикие свиньи. Зимой охотники сильно проредили местное поголовье, но на их место пришли новые стада, и сейчас как раз должны появиться поросята. Эти животные всеядные, и прокормить их не сложно. На корм идёт все — трава, ряска, молодые ветви, листья и кора деревьев, любые плоды и ягоды, жёлуди, грибы, даже ядовитые для людей, мелкая живность вроде лягушек, ящериц и ужей.
Затея довольно опасная, взрослые животные яростно защищают потомство, их придётся убить. Да и отловить потом несколько десятков шустрых поросят будет непросто. Но — вполне реально, и через одно-два поколения они будут полностью домашними. Главная трудность — удержать животных на месте, а для этого нужны крепкие ограждения. И часть людей придется закрепить за этим стадом, заготавливать ему корм, таскать воду, заниматься отбором самых крупных и спокойных животных на развод.
Ещё одного кандидата в домашние животные мы встретили на полпути домой. Сначала я подумал, что вижу знакомых мне равнинных бизонов, что были обычными в Крыму и Приазовье. Но нет, эти быки были поменьше, с более длинными рогами и не такой густой шерстью. В будущем они остались только в зоопарках и нескольких заповедниках, таких как Беловежская Пуща. В сотне метров от меня, по другой стороне поляны проходило небольшое, около двадцати голов, стадо зубров. Вот этих гигантов пока нам не удержать никакими силами, любые загоны и ограждения из дерева они сломают. Понаблюдав за величественными животными, мы продолжили путь, и через день нагнали большой отряд рода Черных Белок, направлявшийся в Лантирск. С ним мы и вернулись, затратив на все три недели.
Группа самых опытных охотников ушла
