– Здравствуйте, молодой человек, – сказал доктор. – Вы, я вижу, вернулись к работе? Как самочувствие? Нет ли каких последствий?
– Спасибо, я в порядке, – сказал Дэниел.
– Прекрасно. Если возникнут проблемы, обращайтесь к нам с Кристиной. Ты идешь, Кристина? – спросил доктор Декстер.
– Идите. Мне нужно поговорить с Дэниелом.
– Тогда я прощаюсь с вами, – сказал Декстер. Он приподнял шляпу и ушел.
– Я не буду вас долго задерживать, – резко сказал Дэниел. – Я только хотел отдать вам книги.
– Как, вы уже все прочитали? Может быть, еще что-нибудь принести?
Кристина так мило улыбнулась ему, что все слова о невозможности существования между ними близких отношений, о чем Дэниел собирался сказать, начисто вылетели у него из головы. Он тоже разулыбался.
– Да, я не буду возражать, если вы еще что-нибудь выберете для меня. Я так благодарен, Кристина…
Кристина на минуту задумалась.
– Знаете, что мы сделаем. Я занесу вам книги прямо в школу.
– Я всегда свободен в обед. Может быть, мы даже… обсудим их…
– Я была бы рада. Я постараюсь найти время, хотя никогда не могу сказать, когда буду свободна. А сейчас я должна бежать. Если я опаздываю, дома очень волнуются.
Дэниел посмотрел ей вслед, пока она не скрылась за углом, а затем пошел домой. Он действовал против своей воли и был удивлен, что Кристина придет в школу. Это было бы слишком хорошо. Он считал, что должен играть в ее жизни совсем незначительную роль. Но зачем тогда она предложила увидеться? Он знал, что это безумие, но он все равно будет каждый день надеяться и ждать ее прихода.
По дороге домой, сидя в углу грязного кеба, Кристина думала о том, что теперь ее вольные дни закончились. Вернулась леди Кларисса, жизнь в доме Уориндеров потекла своим прежним руслом, и теперь Кристине совсем непросто было ускользнуть куда-нибудь. Ее постоянно спрашивали, где она была, что делала, и все это было вполне объяснимо, но тем не менее расстраивало Кристину. Нужно было нанести несколько визитов, принять гостей, организовать пару обедов – ежедневная рутина, которая была Кристине хорошо известна и которую она находила абсолютно пустой и бессмысленной. Чтобы куда-нибудь выйти, нужно было обязательно что-то придумывать, изворачиваться и даже лгать.
Но девушка очень хотела встретиться с Дэниелом, помочь ему, отдать ему хоть малую часть того, что у нее было. Кристина была уверена, что Гарет поддержал бы ее в этом стремлении. Желание помогать Дэниелу было постоянным, и Кристина никогда не переставала задавать себе вопрос, почему именно этот парень так привлек ее внимание.
Спустя несколько дней, когда часы на церкви пробили полдень, Дэниел вместе с детьми вышел в школьный двор. Илспет собрала вокруг себя самых маленьких учеников. Некоторые принесли в школу свой обед. Илспет тоже часто приносила кусочки пирога или покупала булочки, чтобы разделить это между теми ребятами, у которых ничего не было и которые жадно взирали на счастливчиков. В другом конце школьного сада собралась группа парней постарше, которые тузили друг друга, спорили и смеялись.
Этим утром не пришел в школу Дикки. Дэниел знал, что объявился его отчим, и это могло означать неприятности. Дэниел решил, что должен найти время и сходить к ним, чтобы выяснить, в чем дело. Когда он дошел до железных ворот, сердце его вдруг оборвалось. По ту сторону ограды стояла, неуверенно озираясь, Кристина. Одним прыжком он преодолел разделявшее их расстояние.
– Значит, вы пришли, – с радостью в голосе сказал Дэниел.
– Да, только я не могу задерживаться долго. Вообще-то я собираюсь идти на концерт вместе с кузиной Кларой и если я опоздаю, то она обязательно побежит к маме, чтобы объявить, что я не пришла.
Кристина доброжелательно улыбалась, глаза ее блестели, как будто во всем этом она видела только забавное приключение.
– За церковью есть маленький садик, куда я обычно хожу. Мы могли бы пойти туда, – предложил Дэниел.
– Хорошо. Только на десять минут, – сказала Кристина.
Дэниел взял Кристину под руку. – Пойдемте сюда.
В садике было очень мило. Посыпанная гравием извилистая дорожка. Несколько древних каменных плит, из под которых то там, то здесь пробивалась трава. Кое-где торчали головки редких цветков; яркое апрельское солнышко придавало им нежное сверкание, и когда не дул ветер, было тепло и пахло свежей землей и сладостью растущей зелени.
В конечном счете они пробыли здесь около получаса. И в это их первое свидание Кристина и Дэниел говорили только о Чарльзе Диккенсе и его «Оливере Твисте», который стал для Дэниела чем-то вроде открытия.
– Как такой человек, как Диккенс, знает так много о жизни бедняков? – удивлялся Дэниел.
– Он не всегда был богатым. Говорят, он жил в большой нужде, а когда обанкротился его отец, работал на фабрике. Он никогда не забывал о своей трудной жизни. Папа говорил, что он просил полицейских разрешить ему ходить с ними в Ист Энд, чтобы он в своих книгах мог достоверно описать трущобы и жизнь их обитателей.
– Я бы хотел когда-нибудь с ним встретиться, – сказал Дэниел.
– Может быть, однажды и встретитесь. Я знаю, что папа видел его на одном из обедов, на который он был приглашен.
Кристина принесла Дэниелу еще один роман Диккенса – «Дэвид Копперфилд», а также книги других авторов.
Кристина и Дэниел впервые говорили на равных. Они перебивали друг друга, сбивались в словах, узнавая друг о друге все больше и больше нового. Время пролетело незаметно. Часы в садике пробили полвторого, и Кристина испуганно сказала:
– Боже, Дэниел, я должна уже бежать. Я опаздываю…
– На следующей неделе я зайду к вам в клинику, – сказал Хантер.
– Да, приходите, – задыхаясь, сказала Кристина. – Тогда вы сможете сказать, понравились ли вам новые книги.
Илспет, уводившая детей в здание школы, увидела, как Дэниел машет кому-то у ворот. Увидела черную бегущую фигурку в развевающийся юбке и короткой жакетке. Сердце Илспет сжалось от чувства ревности. Ей никогда бы не пришло в голову, что это могла быть Кристина Уориндер. Пропасть между ними была слишком велика. Илспет попыталась взять себя в руки. Однажды она завоюет сердце Дэниела, а сейчас не станет опускаться до низкой ревности и вульгарного любопытства. В конце концов, Дэниел мог разговаривать со своей сестрой или одной из театральных подруг. Илспет с трудом улыбнулась подошедшему к ней Дэниелу. У него в руках была стопка книг, а из кармана торчал пакет с нетронутым обедом.
– Откуда такое богатство? – спросила Илспет.
– Мне только что принесли эти книги.
– Дэниел, мне кажется, что вы слишком много читаете, – менторским тоном сказала Илспет.
