Султан Селим I Неумолимый мало находился с гаремными фаворитками. Его бесконечные походы и постоянные сражения передали сыну мощную, импозантную державу. Сулейман, как новый правитель Оттоманской империи, имел присущие такому повелителю свойства: сильный характер, самоуверенность, яркую индивидуальность, мощные порывы, горячий восторг. Это был тоже боевой, воинственный вождь, который сам лично руководил походами. Так же, как и отцу, ему просто не хватало времени для гаремных любовных ласк, а «Святой Закон» не позволял брать женщин в походы.
Недаром весь гарем взбудоражило небывалое событие: падишах заинтересовался жизнерадостной Хюррем. Шепот, догадки, зависть, интриги. Потому это был подвиг, хотя его обусловило мнение близких к султану лиц о чрезвычайной пленнице, которая так пела, играла, танцевала, вышивала, как никакая другая. Не сам слух взволновал Сулеймана, а встреча с грациозной чужестранкой с черными бровями, с молниями в терновых глазах, с волосами золотой бронзы, с нежными очертаниями маленьких привлекательных губ. Именно такая глядит она на нас — в диадеме, украшенная жемчугом — с портрета на стене старой султанской палаты в Стамбуле. Физиономисты определили бы по высокому лбу, по взгляду и по выражению лица волю, сильную индивидуальность, надменность и холодную расчетливость.
Новая фаворитка в гареме стала реальной угрозой для матери Мустафы, первенца Сулеймана, «Весенней Мальвы» (Гуль-Бегар по-турецки), как назвали эта черкешенку за ее необычную красоту. После валиде-султанши она занимала второе место в иерархии гарема. И Весенняя Мальва направила все свои иглы на солнечную Хюррем.
Но для Насти Лисовской Сулейман был не только мощным монархом, «золотая дорога» которого была выложена жемчугом и самоцветами. Молодой, статный, красивый, а более того — благородный, он был тем рыцарем из сказки, которого ищут в мечтах молодые девушки. Препятствия только укрепляли ее рвение, а опасности развивали смекалку. Здесь соединились отвага и тяга к необычному, смелый вызов обстоятельствам и стремление реализовать себя через любые препятствия. Никакой закон, никакие указания, никакой пример извне не мог ей помочь, она должна была сама решать, как и когда действовать. Она жила в обстановке, где каждую минуту можно получить все и все потерять. Одинокая в своих сомнениях она проявила удивительную смелость. Именно в окружении врагов открываются способности сильных натур. Это было героическое приключение украинской поповны, ее горячие поиски романтической славы, истинного смысла жизни, сквозь тьму предрассудков и мистификаций, сквозь блеск мерцающей страсти, это был рискованный бой за счастье, величие или риск смерти, бесчестия, позора.
Не только «золотая дорога», но и сердце Сулеймана лежало у ног украинки.
Блестящий в войнах, непревзойденный знаток военного дела, воспитанный в походах — он наслаждался науками, литературой, искусством. Сонный гарем был заселен бездушными созданиями, обученными манекенами, куклами — пустоцвет которых отличался только цветом кожи, глаз, волос, которые были для него пустыней скуки.
А девушка из Красной Руси принесла ему свободолюбивый, живой, изменчивый и глубокий мир ее чувств, который обогащал его жизнь так, как настоящая любовь открывает прекрасные аспекты человеческой натуры. Она ломала ежедневную рутину, оберегала от скуки, несла красоту, счастье и свежесть чувств, обновление мира. Поэтому он предпочел ее любовь, чем чью-то дружбу, ее расположение ценил выше дружбы мужчин.
Кроме молодости, здоровья и красоты привезла пленница с Украины свой свободолюбивый дух. Им она наиболее отличалась от всех красавиц, которые были собственностью султана. Понятие свободы, человеческого достоинства, чувство прекрасного, ощущение счастья, а вместе с тем сознание собственной значимости. «Я руке, что била, не прощу», эту строку можно отнести к Лисовской. Как христианка, она признавала глубоко укоренившийся взгляд о равенстве женщин и мужчин. Так было принято у ее народа, на ее родине на протяжении всей истории. Только в объятиях любимого она соглашалась быть рабыней. Такой не была ни одна из невольниц Сулеймана. Он не хотел и никого, кроме нее. Ее духовное богатство, искрящийся юмор, острый ум, украинскую песню, изысканную нежность, страстную чувственность. Всегда тихая, воодушевленная, воскрыленная — она приносила ему радость своим присутствием, своими мечтами, желаниями, волнениями. Благодаря ей он узнавал, что источник истинных ценностей кроется не во внешних вещах, а в сердцах. За все это он заплатил ей любовью, которой не получили ни Троянская Елена, ни Клеопатра, ни Аспаназия, ни Лукреция или другая славная любовница… «Золотая дорога» привела Настю Лисовскую на престол первого императора Турции.
За Воротами Счастья
Ослепительное южное солнце окутывало золотисто-голубой мглой бывший Акрополис Византии, который Мухаммед Завоеватель превратил в «Большой Дворец» — султанский рай на земле. Треххолмовое побережье плотно опоясывали молчаливые валы, защищая от синих вод Мармара, Золотого Рога, Босфора и возможных вулканических катаклизмов. Жизнью расплачивался каждый смельчак, который осмеливался заглянуть в эти таинственные, запрещенные места.
Только для падишаха и избранных слуг предназначены эти роскошные двухэтажные дома, палаты, особняки, рундуки, павильоны с широкими куполами и молитвенные храмы с высокими башнями. Красочно разрисованные и золоченые кровли; высокие, в рост человека, окна с великолепными витражами напоминали вазы, полные цветов; китайские черепицы, арабески, блестящие инкрустации, мозаики, фрески, резьба по дереву, позолота, усыпанный звездами свод, перламутровые стены, затейливый паркет, дорогие ковры, изысканная обстановка апартаментов. С этим сказочным орнаментом, богатством и красотой архитектуры сочетались лестницы и черно-белые террасы, серпантин мраморных аллей бесценных колонн. Эти проходы вели к райским клумбам, полным благоуханием роз, жасмина, гвоздики, к тюльпановым и гиацинтовым рощам, экзотическим садам с редкими деревьями и плодами. Птицы с ярким опереньем пели над ними, им сопутствовала сладкая музыка чистых, свежих, жемчужных водопадов, серебряных бассейнов, а каждый фонтан напоминал источник вечной жизни. В эту игривую симфонию роскоши и великолепия проникали только темные тени высоких стен, башен и кипарисов. Знаменитый мост «Ворота счастья» замыкал этот недоступный мир монарха и его окружения от подданных, которые в глубоком уважении к королевской особе признавали эту величественную обособленность, боясь проникнуть в тайны жизни султанских палат, особенно в более загадочный гарем.
