ещё один приступ тошноты. Девушка, что вела меня, лишь обеспокоенно посмотрела в мою сторону и на этом всё.
Меня усадили за стол в каком-то маленьком домике и дали в руки стакан чего-то горячего. Он трясся, я не мог его нормально держать, а потому поставил. Надо же, мне впервые дают что-то отличающееся от воды и бурды в тарелке. Это того не стоило.
Сделал осторожный глоток. Это чем-то напоминало чай. Но именно что напоминало. Никогда не ощущал такого вкуса. Весьма специфичный и терпкий. Сам напиток был молочного цвета с вкраплениями зелёного, что делало его не очень аппетитным на вид. Но вроде не отрава, так что потихоньку пил, осматривая помещение.
Похоже, это местная столовая. На это намекает прилавок с едой. Логично, я же остался целым. Зачем меня размещать в какой-нибудь палате? В здании было пусто. Бьюсь об заклад, все сейчас воскрешают моих не самых удачливых сокурсниц. А сижу тут никому не нужный.
Хотя сейчас мне хотелось просто пойти и выговориться Кимене. Я считаю что она с приветом и может легко мне прописать что-нибудь не то. Но она всё-таки психолог. Можно было бы рассказать кому-нибудь из моих немногих знакомых. Но я не представлял, откуда начинать разговор о том, что меня использовали как искусственный член и выкинули. О, в этот раз без тошноты. Да и чувствую себя получше. Похоже, мне дали местного успокоительного.
— Ты не хочешь сдать глину? — послышался голос справа, отвлёкший меня от раздумий. Это была неказистая девчонка. Я был настолько никакой, что даже никуда не вглядывался, будто смотрел насквозь.
— Какую ещё глину?
— Ну, которая на тебе. Весьма ценный алхимический ингредиент. Поможет в некоторых зельях. — немного зашаркала она ножкой, да так, что даже я заметил. — Не волнуйся, казначейство всё выплатит!
Деньги это хорошо. Моя полевая форма прожила ровно два дня, а новую выдадут навряд ли. Меня самого поражало, насколько спокойно я рассуждал. Но это было очень кстати.
— Да, хочу. Ты её что ли будешь собирать?
Ничего не ответив, она просто произнесла шёпотом пару слов и весь ужас, которым я был облеплен, начал собираться перед ней в круглую ожившую серую кляксу. Меня немного передёрнуло.
— Огромное спасибо! Потом возьмёшь в казначействе награду, она будет довольно высокой, но помни, трать всё осознанно! Экономь на еде, если требуется!
Похоже, я никогда не поем нормально. Потому что в чём то девушка права. Но ещё ведь надо будет оценить сумму и что можно купить. Я отставил стакан в сторону, разместился на столе, как на парте и спокойно закрыл глаза.
Глава 14. Воскрешение
Комната без окон была заполнена многочисленным светом множества голографических экранов. На них в реальном времени поступали отчёты от целительниц полевого госпиталя. В единственном кресле, без эмоций, сидела Кимена. Её зелёные глаза постоянно двигались по многочисленным строкам, а руки определяли дальнейшую судьбу девушек, скрывающихся за сухими цифрами.
— Ну, Кима, сколько в этом году выбывает? — спросила вошедшая в комнату Элайза, которая выглядела несколько уставшей. Растрёпанные волосы придавали ей ещё больше неряшливости, намекая на то, что у неё просто нет времени их поправить.
— Девять гарантированно, видишь эти биоритмы мозговой активности? После воскрешения им прямая дорога на великолепные санатории Ниб Туркана. Психика не выдержала смерти. А ведь по остальным показателям вполне перспективные были бы волшебницы… — покачала головой девушка.
— Вот не надо снова начинать. В нашей работе психическая устойчивость это всё. Нам важна слабачка, которая спокойно воскреснет и выложит всё, что узнала внутри аномалии. А не сверхсильная дура, чья смерть обернётся буйством при попытке вернуть ей жизнь — отрезала Элайза, присоединившись к просмотру графиков.
— Знаю. А потом из этой дуры там сделают стеклянную пушку, накачав маной до критической отметки. И будут ждать команды от главнокомандующей секторальной обороны, чтобы бросить девчонку в кристалл. — убитым голосом произнесла Кимена.
— Я понимаю, тебе сто сорок лет, самое время бунтовать против системы. — приобняла Элайза Кимену за плечи, облокотившись — Но мы что, этих девок, что от семьи отказались, должны всю их вечную жизнь кормить? Ты не забыла, что мы из-за маны бессмертны? Каждый год одно и тоже, а ты всё привыкнуть не можешь. — раздражённо проговорила ей на ушко Элайза. — Лучше скажи, что по нашему мальчику? Да, нашему, не смотри на меня так. Ты уже соучастница, пойдёшь с нами на казнь, стоит этому выплыть.
Кимена немного задрожала. Как только она тогда получила данные этой «Евгении» из рук Улеанны и взглянула на них, она сразу поняла, что эти показатели невозможны для девушки. Директриса просто запугала всё понявшую сотрудницу. Одного упоминания родной планеты её незаконного мужа было достаточно чтобы всю законопослушность Кимены сдуло. И вновь у парня показатели, кричащие о том, что что-то здесь не так
— Синдром выжившего, ПТСР, ничего особенного, разок выпьет укреплённый успокаивающий отвар и всё будет нормально. По психике всё, я бы выяснила больше, умри он. А вот тело поинтереснее. Оно выдержало концентрированную ману болотной аномалии, и усвоило её часть. Кожный покров смягчился и уподобился женскому. При этом в тоже время укрепился. Вы понимаете, что вы делаете? — задала обеспокоенная девушка вопрос.
— Я – нет. А вот Уля явно что-то планирует. Она мне не говорит, но я же её знаю. И что бы это ни было, я её поддерживаю. Пойду будить этого героя. Я-то думала ничего сегодня не делать, пока второкурсницы не притащат трупы. А он взял и дал мне работу!
