Рори приподнял бровь и обратился к Эллен:
– Это для вас, как я понимаю?
– Нет. Я думаю, что это для Дилли.
– Для какой Дилли? – Он широко зевнул.
– Ты знаешь ее. – Шпора внимательно посмотрел на кузена. – У нее еще такая славная чалая лошадка.
Мрачное лицо Рори просияло.
– Дилли из Оддлоуда? Дочка Фили?
– Ты ей тоже очень понравился, так она и сказала, – рассмеялся Шпора.
– Правда? – Вид у Рори стал довольно глупый.
– Она рассчитывает на твои уроки – когда приедет на летние каникулы.
– Конечно! В любое время! И лошадку свою пусть приводит, хоть сейчас!
– Приезжай сегодня, если хочешь, – предложил Шпора.
– Не могу. – На лице Рори отразилось сожаление. – Сегодня я управляюсь один. Шерри повезла кое-кого из молодняка на выставку.
Он взглянул на Энн, которая совсем выбилась из сил.
– Пожалуй, мне пора. Барьеры на площадке за сараем, найдете?
– Конечно, спасибо.
Пока они крепили деревянные брусья на багажнике джипа, Эллен уговаривала себя не ревновать Шпору к Дилли, ради которой он так хлопочет, и не злиться на то, что при этом он использует ее машину и время,
Они снова ехали через долину, обратно в Оддлоуд.
– Черт, братец уже надрался, – сказал Шпора.
– Как, разве он был пьян? – удивилась Эллен. Она ничего не заметила.
– Похоже, еще с прошлого вечера. – Шпора закурил и открыл окно.
Для беспробудного пьяницы Рори был слишком молод.
– Мы тут начинаем спиваться рано, – засмеялся Шпора, прочитав мысли Эллен. – А то обстоятельство, что я рядом, никак не спасает беднягу.
Девушка сосредоточилась на узкой извилистой дороге – джип спускался с холма, его крыша поскрипывала под тяжестью груза.
– Надеюсь, он был слишком пьян, чтобы разглядеть вас и влюбиться.
– Я страшна, как смертный грех.
– Вы соблазнительны, как этот самый грех. Эллен чуть не пропустила поворот на мост через Одд.
– К тому же вашего кузена явно интересует Дилли. По-моему, они неплохая пара, – заметила она.
– Я не допущу этого, пока он не бросит пить.
– Вам-то какое дело? Вы что, ее папочка?
– В этом городишке все возможно. – Он вышвырнул окурок в окно. – Давайте наберем клубники.
– Я думала, мы едем за декоративными растениями, – рассеянно сказала Эллен, задумавшись о том, кто же на самом деле является отцом Дилли.
– Я никогда не занимаюсь декоративными растениями на пустой желудок. При питомнике специальный сад. Мы можем сами набрать там клубники к ланчу.
Желудок напомнил Эллен, что она ничего не ела весь день.
– Когда я был маленьким, питомник принадлежал монахам, а новые владельцы – цыгане. Матушка их терпеть не может. Они с Глэдис убеждены, что питомник – только прикрытие, а на самом деле эта парочка разводит коноплю.
– Пикси и Секстон? – вспомнила Эллен.
– Вы слышали о них?
– Фили дружит с Пикси, – кивнула собеседница.
Она не раз слышала это имя от подруги. И по словам Фили, Секстон, муж Пикси, действительно выращивал в теплицах столько нелегальной продукции, что снабжал ею избранных клиентов по всей Британской империи.
Когда они подъехали к питомнику с коммерческим садом, где покупатели сами собирали урожай, их приветствовали лай собак и крики детей.
Те и другие окружили машину плотным кольцом, когда Эллен припарковалась у большого зеленого дома.
– Вы туристы? – кричали дети.
– Гав, гав, гав! – Собаки пытались добраться до Сноркел, прыгали и лапами упирались в оконное стекло.
– Нет.
– Значит, вы не из Лондона?
– Нет.
– А можно, ваша собачка поиграет с нашими?
– Конечно.
– Боже мой. – Шпора глядел, как колли присоединилась к собачьей своре, и все скрылись за домом. – Вам не кажется, что это была ошибка?
– Собака должна уметь постоять за себя, – ответила Эллен, в душе понимая, что Шпора абсолютно прав.
В стеклянном домике рассеянная женщина с синими волосами, изучавшая проспекты Открытого университета, вручила им корзинки для клубники.
– Самые лучшие ягоды справа от входа, – задумчиво пояснила она. – Удачи!
Видимо, это и есть Пикси, приятельница Фили, решила Эллен.
Минут десять спустя Шпора засмеялся и протянул ей на ладони ароматное красное сердечко:
– Ешьте!
– Я не могу. Это нечестно, – ответила она.
– Можете. Ешьте. Эллен не устояла.
И вот уже оба они одну ягоду стали класть в корзину, а другую – в рот. Каждый хотел обогнать другого, поскорей наполнить свою корзинку, но в тоже время не мог противиться искушению, и самые крупные, сочные ягоды попадали в рот.
– Я всегда считала, что в таких местах должны взвешивать не только корзины, но и посетителей – до и после сбора ягод, – сказала Эллен, охотясь среди зеленых листьев за своей сладкой добычей.
– Чтобы узнать, сколько весит нечистая совесть?
Когда они вышли из сада, Пикси на скамейке уже не было. На ее месте сидела старшая из ее дочерей, рисовала каракули на проспектах Открытого университета и болтала по мобильному телефону. Она с интересом смотрела на Шпору, пока тот снимал со стола подносы с рассадой. Улыбнувшись девушке своей мефистофельской улыбкой, покупатель прошел к прилавку.
Не прекращая болтать по телефону, девица взвесила корзинки с клубникой.
– Да, он по-прежнему с ней, хотя черт его знает, что он в ней находит. А уж голосок у нее такой нежный – словно кошке наступили на хвост. Тридцать пять фунтов шестьдесят центов. – Она подняла глаза на покупателей.
– Сколько-сколько? – Эллен поспешно засунула обратно двадцатку, которую нащупала в шортах.
– Тридцать пять фунтов шестьдесят центов. Благодарю. – Девица взяла пятьдесят фунтов, протянутые Шпорой, и улыбнулась ему, не скрывая своего восхищения. – Дилли говорит, что Эли Гейтс изо всех сил пытается разлучить эту парочку. Ее чокнутая мамаша типа ведьмы или колдуньи. Она всегда знает, где что происходит. Да, согласна, она задавака. Но Дилли держится просто молодцом. Четырнадцать сорок. – Она протянула Шпоре сдачу и подмигнула.
Когда они были уже возле выхода, до них донеслось:
– Слушай, к нам сейчас такой клевый чувак заходил! Жаль только, что с женой. Ты бы его видела! Нет, что ты, не местный.
– Это весьма лестно для меня, – сказал Шпора, когда они вышли на улицу.
– То, что вас назвали клевым чуваком?
– Нет.
– Значит, то, что вы не похожи на местного?
– Нет. То, что вас приняли за мою жену.
– Ха-ха.
– Мы, правда, похожи на мужа и жену – сказал Шпора, невозмутимо глядя на нее. – Вместе выбираем растения для сада.
– С таким же успехом нас можно принять за брата и сестру, – парировала Эллен. – Между прочим, вы сегодня подговорили меня прыгнуть с обрыва и довели до слез.
