Что еще интереснее: участники, описывающие ситуацию правдиво, включали в свой рисунок «субъекта» (второго участника ситуации) гораздо чаще, чем говорящие неправду (80 % против 13 %). А кроме того, участники, говорящие правду, чаще изображали происходящее, используя вид «с плеча»; обманывающие же рисовали «сверху» (53 % против 19 %). В словесных описаниях первые также чаще упоминали «субъекта», чем обманывающие (53 % против 19 %). Эта техника детектирования лжи превзошла по результативности все традиционные методы допроса.
Главная причина, почему рисование может быть так эффективно для определения лжи, заключается в том, что обманывающий в этом случае имеет меньше времени для прорабатывания деталей. У того, кто говорит правду, в голове есть визуальный отпечаток произошедшего (пусть даже и несовершенный), обманщику же приходится изобретать все детали на ходу. Гораздо легче изобразить что-то на словах, чем сначала представить это зрительно, а затем воссоздать на бумаге.
Обман и эмоции имеют более тесную связь, чем мы полагаем
Предположим, вы работаете в офисе с несколькими людьми, и работа каждого сотрудника должна соответствовать определенным стандартам эффективности. Вас считают одним из лучших работников в компании. В соседнем кабинете работает парень по имени Вендел, и вам его жаль, потому что Вендел не справляется с работой и не соответствует стандартам. Он на грани увольнения. Вы думаете, что Вендел – хороший парень, просто ему не удается выбраться из этой «ямы» неудач. Возможно, если ему дать шанс, он покажет себя.
Однажды, работая над проектом в одной команде с Венделом, вы замечаете, что он сильно напортачил в отчете, и если кто-то это увидит, то его точно уволят. Но до сих пор ошибки заметили только вы и поэтому можете «прикрыть» Вендела. Если прикроете его недочеты, то фактически вам придется солгать, выдав свою работу за его, – в этом случае все пройдет гладко, и Вендел останется работать. Если нет, то его уволят.
Как вы поступите?
Обычно обман у нас ассоциируется с причинением ущерба другим людям. Но также возможно и то, что обман может помочь кому-то вроде Вендела. При каких условиях мы склонны прибегать к обману, чтобы навредить или помочь кому-то? Это решили выяснить организаторы исследования, результаты которого были опубликованы в журнале «Научная психология».
Исследователи создали искусственный сценарий, по которому участникам в случайном порядке присвоили одну из двух ролей: решающий или оценивающий. Решающего также случайно связали с оценивающим. Каждый участник становился либо «богатым», либо «бедным» по результатам лотереи, в которой у обоих была 50 % возможность выигрыша 20 долларов. В итоге получилось четыре типа пар: богатый оценивающий и богатый решающий; бедный оценивающий и бедный решающий; богатый оценивающий и бедный решающий; бедный оценивающий и богатый решающий. После проведения лотереи решающие должны были заняться решением многочисленных анаграмм. Затем оценивающим следовало оценить их работу. У оценивающих была возможность обманным путем помогать решающим или же, наоборот, вредить им. Если оценивающий преувеличивал достижения решающего, то последний получал незаслуженное денежное вознаграждение. В противном случае решающий не получал заслуженного вознаграждения.
Каковы были результаты? Богатые оценивающие значительно чаще помогали своим бедным напарникам (примерно в 70 % случаев). Богатые оценивающие в основном оценивали работу своих богатых напарников честно (90 %). С другой стороны, бедный оценивающий почти всегда помогал своему бедному напарнику (95 %). И бедные же оценивающие вредили своим богатым напарникам всего в 30 % случаев.
Исследователи сделали вывод, что в данном случае обман имеет отношение не столько к финансовой выгоде, сколько к эмоциональному отклику участников на несправедливость. Люди гораздо чаще ведут себя нечестно с напарниками и гораздо реже помогают им, если чувствуют себя «обделенными». И наоборот, если напарник кажется им «обделенным», они склонны обманным путем помочь ему.
Это исследование еще раз подтверждает, что мы далеко не так рациональны, как нам кажется. Нечестность может быть вызвана эмоциональным откликом гораздо чаще, чем рациональным расчетом собственной выгоды; по крайней мере, в контексте сравнительно небольших сумм денег (интересно было бы посмотреть, что произойдет, если поднять сумму выигрыша в эксперименте до нескольких сотен долларов).
И все-таки, как бы вы поступили с Венделом?
Насколько мы «слепы», когда говорим по мобильному телефону?
Ежедневно в средствах массовой информации попадаются новости, в негативном плане показывающие использование мобильных телефонах во время вождения. Появляется множество отчетов по исследованиям, цель которых – выявить, насколько телефон может поглотить наше внимание.
Я рад, что дискуссии на эту тему продолжаются. Но было бы полезно узнать также, оказывает ли телефон такое же воздействие на наше внимание в других ситуациях (не связанных с вождением). Чтобы показать, насколько опасно его использование во время вождения, было бы хорошо продемонстрировать, как телефонный разговор может повлиять на какое-либо простое действие, например хождение.
Именно этого решили добиться организаторы исследования, опубликованного в журнале «Практическая когнитивная психология». Исследователи выяснили, как рассеивается наше внимание при 1) разговоре по мобильному телефону во время ходьбы; 2) прослушивании во время ходьбы MP3-плеера; 3) просто при ходьбе; 4) при ходьбе в паре.
Эта называется непреднамеренной слепотой – неспособностью видеть то, что находится прямо перед носом. Если вы смотрели в YouTube ролик, в котором участники команды передают друг другу мяч и в кадре появляется горилла, то вы уже знакомы с явлением непреднамеренной слепоты.
В первом эксперименте по углам большой университетской площадки разместили проинструктированных наблюдателей. В эксперименте принимали участие 317 человек в возрасте от 18 лет – примерно одинаковое число мужчин и женщин. Группу участников поделили на 4 части по условиям эксперимента (ходьба с MP3-плеером, с мобильным телефоном и т. д.). Наблюдатели должны были оценить действие участника по нескольким параметрам: время, потребовавшееся для пересечения площадки; останавливался ли участник; сколько раз он изменил направление движения; спотыкался («петлял») ли он; столкнулся ли он с другим участником.
Результаты: люди, разговаривавшие по мобильному телефону, продемонстрировали существенно более высокие показатели «слепоты» по всем параметрам, кроме двух (время и остановка). Они меняли направление движения в семь раз чаще, чем участники без телефонов (29,8 % против 4,7 %), в три раза чаще, чем участники с плеером (11 %), и обходили других участников чаще, чем остальные (интересно то, что участники с плеером «петляли» меньше, чем другие).
Участники с телефоном обращали внимание на других только в 2,1 % случаев (против 11,6 % для участников без телефона), а также сталкивались с другими в 4,3 % случаев (против 0 % для одиночной ходьбы или ходьбы в паре и 1,9 % для участников с плеером).
Медленнее всего пересекали площадку пары, они же и чаще останавливались. Фактически ходьба в паре по всем параметрам приблизилась к ходьбе с мобильным телефоном.
Во втором эксперименте условия были такими же, но измерялся один параметр – выяснялось, заметят ли участники клоуна, катающегося на одноколесном велосипеде. Клоун был одет крайне вызывающе – на нем были огромные красные туфли и яркий желто-фиолетовый костюм. К участникам, только что обошедшим площадку, подходил интервьюер и задавал два вопроса: 1) видели ли вы что-то необычное? 2) видели ли вы клоуна?
Результат: на первый вопрос 8,3 % участников с мобильным телефоном ответили «да» в сравнении с 32–57 % участников без электронных устройств, с плеером или ходящих в паре. На второй вопрос (видели ли вы клоуна?) 25 % участников с телефоном ответили «да» в сравнении с 51, 60 и 71,4 % других участников соответственно. Получается, что 75 % участников с телефонами продемонстрировали непреднамеренную слепоту. (Несоответствие между 8,3 и 25 % могло возникнуть потому, что клоун не казался участникам чем-то «необычным» – в конце концов, это же университетский кампус.)
Итак, возвращаясь к первоначальной мысли: если мобильный телефон настолько отвлекает людей при ходьбе, то умно ли использовать его во время вождения?
Наша самооценка влияет на наше настроение
Некоторые люди так высоко ценят себя, что ходят по земле, высоко задрав голову. Другие ценят себя так низко, что никогда не поднимают головы. Вполне возможно, что и те и другие находятся не в самом выгодном положении. Целью одного интересного исследования было изучить воздействие искаженной самооценки (высокой или низкой) на психику человека. В нем принимали участие дети в возрасте от 9 до 12 лет; их всех попросили оценить своих одноклассников. Затем им предложили предугадать, какие оценки они получили от каждого из участников. В контексте исследования искажение самооценки измерялось как разница между действительной и предсказанной оценкой.
