Она прищурилась.
И все из-за Дахи.
Проклятая женщина вредила им даже издалека! Если бы не она, Брох с Бубой так сильно не поссорились бы!
С этим точно надо что-то делать. Хая была уверена, что не сможет отныне спать спокойно, пока мерзавка жива.
Она никак не могла позволить Броху отказаться от жены. Подобное в будущем принесет много проблем. Как потом искать хороших жен для мальчиков?
Все будут думать, раз один мужчина этой семьи отказался от жены, то остальные члены рода вполне могут взять с него пример. И что потом? Каждый год новая жена?
Нет, нет, нужно что-то с этим сделать.
В принципе, Хая понимала своего сына. Ей самой не нравилась Буба.
Если говорить прямо, Хая предпочла бы смерть Бубы, чем отказ от нее.
Эта мысль давно уже бродила в ее голове. Еще когда Даха жила в пещере, Хая размышляла над тем, как стравить их так, чтобы молодые женщины поубивали друг друга.
К сожалению, Буба оказалась бесполезной. Что может быть проще убийства слабой, полуголодной, замерзшей женщины? Но нет, единственное, что ей удалось, это оставить небольшую царапину на лице Дахи.
Хая подхватила палку и поворошила костер. Вот еще с этим проблемы. Почему-то в последнее время дрова горят слишком быстро. Неужели Великие Духи оставили их без своего благословения? Но почему? Чем их семья провинилась?
Нет, они точно не виноваты. Это все Даха. Хая была полностью уверена, что ни одна женщина не способна выжить без защиты семьи в одиночку. Каким-то образом Дахе удалось подкупить духов. Они помогли ей, но при этом благоденствие ушло из пещеры Хаи.
Рядом села Буба. Хая даже не взглянула на нее. В этот момент она была слишком погружена в свои мысли, пытаясь придумать способ, который оградил бы ее семью от будущего позора.
В конце концов она пришла к выводу, что идеальным вариантом была бы смерть обеих. Когда Даха умрет, духи снова обратят свой ласковый взор на их пещеру.
И если Буба умрет, то Броху не придется отказываться от нее. А значит, их род не столкнется в будущем с проблемами.
Подняв голову, женщина оглядела свою семью. Жаль, что среди них не было никого, на чьи плечи она могла переложить эту ношу. Никто из них не согласится на убийство. Слишком уж все они мягкотелые!
Раз так, ей снова придется действовать медленно, исподволь подталкивая к правильным мыслям.
Нужно будет уговорить Броха отвести Бубу в пещеру к Дахе. Если там и правда все так хорошо, то Буба не выдержит и сорвется. Может быть, повезет и те передерутся между собой насмерть.
Главное, чтобы Брох не вмешивался. А он может.
Хая прищурилась.
Лучше бы в тот момент рядом никого не было.
Может быть, получится уговорить Бубу дойти до Дахи самостоятельно? Если им никто не помешает, они точно забьют друг друга!
Конечно, если такое случится, то в Великой пещере саму Хаю немного пожурят, что так плохо смотрит за женами сыновей, но больше будут сочувствовать, что ей так не повезло взять в семью сразу двух дурных женщин.
Тонко улыбнувшись, она перевела взгляд на Бубу.
– Хорошо, – произнесла она, а потом подняла руку и погладила Бубу по голове, давая понять, что совсем на нее не сердится. – Даха плохая. Брох сердит. Пройдет. Мягкий.
Буба с готовностью кивнула и выдохнула. Ей не хотелось становиться изгоем в семье. Если бы Хая не показала сейчас свою благосклонность, остальные сразу бы начали сторониться ее.
Все хорошо. Она была полностью в своем праве сердиться. Брох неправ. Она не должна его винить. Он ведь всего лишь мужчина.
***
Елена Николаевна не подозревала, что стала причиной серьезной ссоры. Она была увлечена своими делами.
Теперь, имея представление, где примерно искать глину, она намеревалась как можно скорее добыть нужный материал.
Идти под вечер она не собиралась. Пусть мешочки и горелые палки хорошо себя зарекомендовали, но не хотелось испытывать судьбу, лишний раз появляясь снаружи ночью.
Прошлое нападение оставило в душе неизгладимый шрам.
Они с Войсом спокойно поужинали, съев по паре кусочков мяса, а потом собрались спать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
И тут выяснилось, что щенку спать негде, ведь прежняя куча хвороста была разобрана. Из-за этого удобное убежище, в котором он всегда прятался, исчезло.
Сначала Елена Николаевна даже не вспомнила об этом. Спокойно легла в постель, предвкушая здоровый сон (последние годы в прошлой жизни ее часто мучила бессонница, что не могло хорошо сказаться на здоровье и самочувствии), вот только вскоре ее отвлек бродящий по пещере щенок.
Волчонок внезапно понял, что для него нигде нет удобного места. Все камни пропали! Хворост сложен слишком аккуратно и плотно! Спать на голом полу он не хотел.
В итоге он обратил внимание на яму, которую Елена Николаевна выкопала, когда искала глину. Закапывать она не стала, собираясь в будущем к чему-нибудь ее приспособить.
Яма была не слишком глубокой, но Войса, который улегся в ней, не было видно.
Полежав некоторое время, Войс встал и лег по-другому. Потом еще раз развернулся. И еще раз. Что-то мешало. Все было не так и не то! Неудобно!
– Что случилось? – спросила Елена Николаевна, которую Войс отвлек ото сна.
Подняв голову от подушки, она поискала волчонка глазами, но сразу не заметила его. Только спустя время ей удалось увидеть торчащие из ямы ушки.
– Зачем ты забрался туда? – недоуменно поинтересовалась она, а потом поглядела в сторону хвороста и сразу все поняла. – Негде спать? Прости, прости, разрушила твой домик.
Немного подумав, Елена Николаевна решила пожертвовать ему кусочек шкуры. Однако реальность показала, что спать на шкуре Войс не хочет категорически.
Видимо, его слишком раздражал запах другого хищника, все еще сохраняющийся на шкуре.
В итоге уснули они оба поздно. Войс наконец угомонился, но местом сна оставил все-таки яму.
На следующий день Елена Николаевна решила для начала разобраться со спальным местом Войса, иначе придется так мучиться каждую ночь.
Волчонок раньше всегда прятался в хворосте. Значит ли это, что ему нравятся замкнутые пространства? Если так, то можно построить ему подобие будки из хвороста.
Откладывать работу в долгий ящик Елена Николаевна не стала. Хворост имелся. Яму была выкопана недалеко от стены, так что вскоре над ней возвышалось подобие шалаша.
Войс некоторое время скептически осматривал новое строение, но ничем не выказал своего недовольства.
Удовлетворенно хмыкнув, Елена Николаевна отправилась в место, в котором, по словам Броха, имелась красная глина.
Этим местом оказался довольно глубокий овраг. Брох утверждал, что красную землю можно найти на его склонах.
Сейчас здесь все, конечно, было занесено снегом, но для Елены Николаевны в свете открывшихся способностей подобное не являлось препятствием.
Растаявший под действием жара снег стек на дно оврага талой водой. Елена Николаевна оглядела склоны, но ничего, кроме жухлой травы с прошлого года, не заметила.
Хорошо, что она захватила с собой лопатку. Явно пришло время копать.
Убедившись, что не свалится в воду, она приступила к работе. Войс в этот раз пошел с ней. Судя по удивленному и любопытному взгляду, щенок не понимал, что и зачем она делает. Некоторое время сидел неподалеку, наблюдая за работой, а потом, как и в прошлый раз, принялся копать.
– Не балуйся, – попросила Елена Николаевна, усердно работая лопаткой.
Войс только еще активнее начал копать, но в какой-то момент одна из его лап соскользнула, он потерял равновесие и покатился на дно оврага.
Елена Николаевна дернулась, пытаясь поймать его, но ловкости не хватило. Пару секунду спустя послышался всплеск, затем тихий визг.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Оставив лопатку наверху, она спустилась. Войс пытался выбраться из воды. Мокрый, дрожащий, он выглядел донельзя жалко.
Соскользнув чуть ниже, она подхватила волчонка на руки и прижала к себе.
