– Отпустите её! – рявкаю я в ярости, бросаясь вперёд, чтобы остановить этот ужас. Но мне не дают пробежать даже нескольких шагов. Наперерез сразу же кидается две рослые амазонки, и если от удара одной я каким-то чудом умудряюсь увернуться, то вторая сшибает меня с ног, ударив древком копья по колену, отчего я кубарем лечу буквально к ногам этой самой а-киары, распластавшись ничком на земле.
От боли в колене и во всём теле, которому сегодня как-то слишком много испытаний досталось, мне уже скулить хочется и кататься по земле, баюкая свои болячки, но в противовес этому меня подпитывает такая уже лютая злость, что аж в ушах шумит, да искры из глаз летят. Нет уж. Я так просто им всё это не спущу.
Так что, сжав зубы, я упираюсь руками в землю и заставляю себя от неё оттолкнуться. А затем медленно подняться, изо всех сил стараясь не шататься при этом. И вскинуть голову, чтобы встретиться с прищуренным внимательным взглядом таких же янтарных глаз, как у Ааму.
– Отпустить говоришь? – тянет а-киара, не помню как её там. – Могу и отпустить. Мне тебя интересней послушать, пожалуй.
И разжимает пальцы.
Я всем существом дёргаюсь к Ааму, чтобы поймать падающее тело девочки, но чуть не налетаю на выставленные в мою сторону копья. Повиновавшись инстинкту самосохранения, резко торможу, в ужасе смотря на бессознательно рухнувшую наземь девочку.
– Унесите, – приказывает холодно а-киара, кивнув на неё.
И в тот же миг Ааму подхватывают за безвольные руки две амазонки и просто уволакивают её прочь.
– И кто же ты такая? – щурит пылающие глазищи местная главная сука. Вэнона, вот как её зовут. Вспомнила я наконец-то.
– А что ты мозги ребёнку не до конца расковыряла? – с нескрываемой неприязнью интересуюсь я, бессильно проводив взглядом удаляющихся с Ааму дикарок.
От стоящей ближе всех ко мне Бесы прилетает такая ощутимая волна злости, что я просто на автомате отшатываюсь от неё, чудом избежав стремительного удара древком в живот.
– Как ты смеешь так разговаривать с а-киарой?! – рявкает эта психованная, шагая следом и замахиваясь снова.
– Беса! – роняет холодно Вэнона и та словно на стену налетает и даже покорно голову склоняет, отступая назад. А я снова чувствую на себе взгляд главной амазонки. Ещё более заинтересованный. Потом она смотрит на ту самую дикарку постарше, что ещё в хижине остановила Бесу. – Что с пленным, Гента?
– По-прежнему спит, а-киара. Но в комнате с клеткой ощущается странная остаточная энергия, похожая на ту, что я ощущала в пещере от этой чужачки. Похоже, она подпитывала его, когда мы пришли, – тут же ровно отчитывается та.
– Вот как? – удивлённо вскидывает брови а-киара. – Подойди, чужачка.
Мне жутко хочется послать её куда подальше, но, пожалуй, нарываться больше не стоит, как бы они все меня не бесили. Нужно отсюда живыми выбраться. Значит, пора выключить эмоции и включить мозги. Поэтому я молча распрямляю плечи и шагаю к ней, чтобы застыть напротив с высоко поднятой головой.
Пару секунд мы меряемся взглядами, и я определённо чувствую, как она пытается меня прочитать. Но, видимо, у неё это не очень-то и получается, потому что смоляные брови недовольно сходятся на переносице.
– Ты позволила Ааму к тебе прикасаться и работать с твоей энергией, – произносит она в конце концов. Не спрашивая – констатируя.
– Да, – пожимаю я плечами. И даже гордость берёт, что моя рыжая подельница смогла щёлкнуть по носу эту высокомерную особу.
– Я спрошу ещё раз, и на этот раз ожидаю услышать ответ, – твёрдо чеканит а-киара. – Кто ты?
– Я та, что пришла забрать своего мужчину, – произношу твёрдо. – Вы не имели права забирать его в плен. Он мой.
– Ваши каналы не связаны, – хмыкает главная претендентка на Арида. – У тебя нет прав называть его своим.
– Пока что не связаны. У тебя этих прав тоже нет. Он мой первый мужчина, и я никому из вас его не уступлю, – произношу, чеканя каждое слово и твёрдо смотря ей в глаза.
Вэнона склоняет голову набок, рассматривая меня с недоумением.
– И что мне мешает тебя просто убить и выбросить в пустыню стервятникам на съедение?
– Тогда он убьёт всех вас, когда придёт в себя, – со зловещей улыбкой уверенно обещаю я ей. Откуда-то знаю, что Арид именно так и поступит. Отомстит за меня. – Этот мужчина не такой, как ваши. Он самый сильный куард, которого я лично встречала, и способен на то, что тебе, а-киара, даже и не снилось. И никакая клетка его не удержит, это я вам гарантирую. Он не будет ничьим, потому что сам привык повелевать и владеть.
– Как интересно, – тянет задумчиво Вэнона, и её глаза загораются почти маниакальным пламенем. – Пожалуй, такого мужчину я ещё больше хочу получить себе. От такого хочу родить наследницу. И думаю, что если ты погибнешь в честном поединке, у него не будет причин мстить за твою смерть.
Вот балда ты, Васька. Хотела напугать, а вышло, что ещё больше эту повернутую на собственном величии раззадорила.
Поединок за мужчину. Дожилась. Сказал бы кто – в жизни бы не поверила. Но после того, как Арид мне жизнь спасал, после того, как целый месяц искал, чтобы выкупить из рабства, оставлять его на растерзание этим озабоченным бабам мне просто совесть не позволит. К тому же чувствую я, что живой они меня всё равно не отпустят. Не после того, как я сама пришла в их поселение. Не тогда, когда эта Вэнона даже не способна понять, что ей не совладать с тем, кого она так самонадеянно решила себе присвоить. У неё мозги уже совсем, кажется, поплыли.
Единственный шанс выжить для меня, если не выиграть это поединок, то хотя бы потянуть время, пока Арид проснётся.
– Я согласна на поединок, а-киара Вэнона. Но сначала хотела бы узнать его правила, – вскидываю подбородок.
– Ты можешь сражаться любыми доступными тебе средствами и силами. Я постараюсь убить тебя быстро и безболезненно, – снисходительно сообщает мне моя соперница, в то время, как остальные амазонки внезапно расходятся в стороны, образуя достаточно широкий круг метров на пять в диаметре.
Значит, убивать меня прямо сейчас собираются. Ох как помирать не хочется. Я ещё и жить толком не начинала. Чувствуя, как неудержимо холодеет всё внутри, я обвожу взглядом этих высоких суровых с виду женщин. И в глазах многих из них, к своему удивлению, замечаю сочувствие и жалость. Значит не все здесь конченные стервы. Почему же они продолжают так жить? Почему не уйдут из этой аномальной зоны? Почему терпят правление этой гадины?
– Знаете, в вашем мире существует много стран. И там много сильных мужчин. И многие из них не могут найти достаточно сильных женщин, способных быть им парой. Я не понимаю, почему вы сидите здесь и ждёте, что мужчины вам на голову свалятся, – громко заявляю я во всеуслышанье, с удовольствием отмечая, как меняются лица женщин вокруг. – Ааму совсем ещё девчонка и то уже поняла, что здесь женского счастья ей не будет, и захотела уйти. И из-за этого пострадала. Может и вас здесь держат насильно?
– Большей чуши я ещё не слышала, – фыркает раздражённо Вэнона. – Мой народ не поверит в твои сказки, чужачка.
– Народ? – хмыкаю я, на всякий случай отходя от неё на несколько шагов, вроде как разминаясь. – Какой народ? Вас тут небольшая вымирающая деревенька. Вы думаете откуда он родом? Этот мужчина правитель в своей стране. В своей огромной империи, где живут миллиарды населения. И он мог бы помочь вам познакомиться с сильными мужчинами своего народа. Рассказал бы о вас тем, кто хочет связать себя с достойными женщинами. Но давайте, убивайте меня, держите его в клетке, чтобы единственным его желанием было стереть вас с лица Ильмондара.
– Заткнись, – шипит а-киара, вскидывая искрящую голубым руку, в которую, как молот Тора, внезапно прилетает огромное двухстороннее копьё.
Но я уже вижу и слышу, как взволнованно переглядываются и перешёптываются её подданные. Не знаю, поможет ли мне это как-то, но напакостить этой твари одно удовольствие.
