Отметив, что парень заметно повеселел, видимо, все-таки оборотни действительно восстанавливаются быстрее, мы помогли ему подняться.
Остальные ученики уже с топотом, громко переговариваясь, бежали по коридору, мы же с трудом плелись позади, волоча на себе нашего раненого бойца. Полли то и дело путалась под ногами, хуже, чем сам Ли в добром здравии.
Сказать, что король был слегка изумлен, когда в его ванную комнату вывалилась галдящая толпа учеников Академии, окровавленный оборотень и два преподавателя, — ничего не сказать. Василиан взвизгнул на частоте Поллиэ и принялся загребать мыльную пену, чтобы, не дай бог, мы ничего лишнего не разглядели. Если честно, мы и сами не особо горели желанием увидеть обнаженные королевские телеса, поэтому откланиваясь, как магорские болванчики, мы боком-боком протиснулись к выходу.
Стража, дежурившая у двери, удивилась тоже. Возможно, распутные девицы, шастающие к королю, не были редкостью здесь, но не в таких количествах и не перемежаемые парнями и детьми.
— Вы не подскажете, где здесь можно приобрести какие-нибудь целебные зелья, перевязать раненого? — В этот момент Ли зачем-то свесил язык набок и захрипел с присвистом. Я сначала вздрогнула, потом поняла, что этого балбеса даже могила не исправит. — Или хотя бы как отсюда выйти?
— А… Э… — Стражник явно жаждал оказать нам помощь. — Ну…
— Спасибо, — вздохнула я, и мы побрели влево по коридору.
Боги, зачем эти остолопы вообще нужны? На визг… простите, «зов» правителя не прибежали, нас не задержали. Можно было, пожалуй, даже вынести короля вместе с ванной, никто бы сильно не возражал.
Только на третьем повороте нас «соблаговолили» остановить. Скрестив топоры, стража грозно нависла над нами, словно по лицам могла определить, какой непоправимый вред мы уже нанесли его величеству и его велическому замку.
— Есть хочу, — прошептала Поллиэ, подергав меня за руку. Ни раньше, ни позже.
Стража резко перевела взгляд на девочку, а я в кои-то веки искренне припомнила всех наших богов, мысленно взмолившись, чтобы взволнованное дите не спалило здесь ничего или, того хуже, не перевоплотилось.
Но, к счастью, взгляд девочки был настолько жалобным и растерянным, что умиленные стражники, всучив ей яблоко, проводили нас к выходу и даже извинились, что по Уставу не положено помогать раненым прямо в замке, дабы не испачкать кровью дорогую обивку королевской мебели и ковры.
До телеги Ли уже шел сам, периодически опираясь то на Лесса, то на меня, и его рука даже пару раз якобы «соскальзывала» с моего плеча, каким-то образом оказываясь чуть ниже поясницы.
Я шикнула на оборотня, шлепнув того по руке в первый раз и ткнув под ребра — во второй. Тот истошно завопил, я перепугалась, поскольку забыла про его разодранный бок, но, когда крик сменился смехом, поняла, что стояла с другой стороны от раны, и отвесила ему подзатыльник. Лесс в меня метнул укоризненный взгляд. Ах да, как я могла забыть? Сие поведение неподобающе для преподавателя.
Все-таки этот день изобиловал различными вариациями удивленных лиц: перекошенные, с поднятыми бровями, с открытыми ртами, с расширенными глазами, глазом с приподнятой повязкой, через забрало… Но лишь госпожа Тиэльская чуть не упала в обморок от радости, а Арестир лишь вздохнул, когда в парадный зал ввалились мы, пытаясь ухватить убегающего окровавленного оборотня.
— Только не к целителям! Пожалуйста! — Ли, сбитый с ног маленькой магической подножкой, вцепился в ковер и попытался уползти.
Зегрисс очень любила свой предмет: как преподавать, так и применять на практике. Уж для кого, для кого, а для нее даже отчлененные конечности были не чем иным, как «интересненько-интересненько, надо же, как красиво оторвалось, надо попробовать приложить подорожник, если не поможет — взять вот эту мазь, потом вон тот порошочек, и если он после этого не загнется, то попробуем полечить».
— Что у нас тут? — в предвкушении кинулась к нам госпожа Тиэльская.
— Да вот его камнем придавило, — кивнула в сторону оборотня я.
— Потолком, — возмущенно поправил меня Ли, словно я принизила его достоинство. — Вот! — Он с азартом задрал рубашку.
Позади раздался дружный женский вздох. Да, вид полураздетого оборотня был не для впечатлительных девиц. В хорошем смысле.
— Ого, сколько же крови вы потеряли! — Хоть убейте, в голосе Зегрисс я так и слышала не испуг, а восторг от того, что у нее появился новый подопытный. — Скорее, скорее, молодой человек, пройдемте ко мне. Как вы еще ходите с такой раной, потрясающе! — Она, словно заботливая наседка, потопталась вокруг Ли, а потом погнала его к лестнице.
— Все свободны! — громогласно прозвучал над головами голос сира де Асти, и ученики, перешептываясь, рассосались по комнатам. — А вы, декан Алмор и госпожа Дарк, потрудитесь мне объяснить…
— У его величества Василиана слабые потолки, — честно ответила я, упустив некоторые демонические подробности. — Ли успел скрыть нас всех защитным куполом, а себя нет.
Арестир почесал бороду:
— И вы хотите сказать, что господин Д’арк в кои-то веки не послужил тому причиной?
— Как ни странно, да, — подтвердил Лесс. — И даже госпожа Хельга в этом не участвовала.
Я уставилась на декана. Вот ведь вражина ушастая.
— Мы можем идти?
— Зайдете ко мне завтра утром, напишете объяснительные. Теперь идите. — По счастью, ректор оказался не в настроении бубнить на тему «как вы могли это допустить, это беспредел и произвол», что было нам только на руку.
— Ну, слава Лите, обошлось, — выдохнул декан. — Какие планы?
— В город схожу. Опять. Надо пользоваться, что сегодня день «открытых дверей», — усмехнулась я.
Если бы не раненый Ли, я бы сразу по выходе из замка двинулась к купеческим лавкам, отправив детей с Лессом. Гулять так гулять.
— Компания нужна?
— Не думаю, — хмыкнула я. — Вдруг мне захочется сделать тебе сюрприз и купить портки в сердечко. Или себе.
— И это хорошо, я тогда пойду, вздремну, пожалуй. — Верлен показательно зевнул и, потягиваясь, направился к себе, напоследок помахав мне рукой.
А я выскочила за двери, едва передо мной потоком пробежали вернувшиеся из своего похода четверокурсники, сопровождаемые совершенно измятыми деканом Росским и госпожой Нортской.
Видимо, не у нас одних прогулка удалась.
На самом деле мне хотелось, чтобы Лесс составил мне компанию. С ним мне было тепло и спокойно, но в мозгу роились понятные лишь мне одной подозрения, и объяснять их природу пока что никому не хотелось. Не хватало еще сойти за мнительную девицу с манией преследования.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
