– В таком случае почему проводите акцию только сейчас? – недоверчиво спросил лейтенант.
– Чтобы у Берлина не осталось времени на разработку новой операции.
– Существует насколько запасных вариантов, для исполнения которых переброшена уйма толковых специалистов, – заметил штурман.
– Мы с вами солдаты, шпионов и диверсантов ловят другие люди.
– На легкую победу не надейтесь, выход в долину охраняет крепость Аббас Абад с нашим гарнизоном, – предупредил пилот.
– И что? Пусть сидят за крепкими стенами до взятия Берлина, – насмешливо ответил Олег.
Немцы растерянно примолкли, в их понимании противник должен штурмовать крепость, а защитники мужественно отбиваться.
– Я могу взять шнапс для своих парней? – нерешительно спросил лейтенант.
– В любом количестве, только пейте здесь на виду, чтобы мои бойцы не застрелили по ошибке.
На стоянке самолетов затарахтел трактор, и разведчики лихо прикатили к навесу:
– Задание выполнено! Отложили три миномета и три сотни мин!
– Надо порыться в развалинах, там должен быть сейф с фальшивыми фунтами, – приказал Олег.
Вскоре к поискам «сокровищ» присоединился весь отряд, и Немцу пришлось чуть ли не силой отправлять двоих к оставленным на берегу машинам. Охранение необходимо даже дружественной территории, а здесь освободителями и единомышленниками считаются немцы. Наконец под дружное «ура» тракторок выдернул из-под завала денежный ящик.
Второй раунд всеобщего развлечения заключался в конкурсе «Вскрыть дверь сейфа с первой попытки». Причем этой самой попыткой считался выстрел из маленькой пушечки почти в упор. Раунд закончился неудачей: опасаясь повредить содержимое, большинство промазало, прочие добились рикошета. Последним к конкурсу присоединился радист с увесистой кувалдой и одним махом разрушил замок:
– Дурни, у него механизм из литой латуни, он крошится как лед.
Но его никто не слушал, разведчики торопливо выгребли невиданные ранее, а посему таинственные фунты и бережно положили добычу перед Олегом. Тот протянул Немцу финотчет:
– Считай, затем составь акт за пятью подписями.
– Ну и перестраховщик ты, Студент! Кстати, откуда узнал о фальшивых деньгах?
– Источники информации за чистосердечное признание перед расстрелом получили по бутылке шнапса.
– В Берлине печатали?
– В концлагере «Заксенхаузен» по миллиону фунтов в месяц, – ответил Олег и прикусил язык. Откуда он это знает? По жизни никогда подобными темами не интересовался. Вероятнее всего, где-то случайно услышал, а сейчас память услужливо вернула информацию.
Передав Олегу письма с аккуратно написанными адресами, немцы разделились. Трое ушли к кромке летного поля, где начали копать общую могилу, четвертый взялся за изготовление креста с четырьмя табличками. Разумное решение, особенно после того, как разведчики сбросили в реку трупы разгромленного гарнизона.
– Не вижу разницы между речными раками и земляными червями, – презрительно сплюнул Немец.
– Разница в памяти, при царе имена утонувших или захороненных в море писали на стенах храмов, – ответил Олег.
– Ты еще перекрестись и поцелуй крест, – хохотнул замполит. – Что решим с ночевкой?
– Ждем ответ из Москвы, если до темноты ничего не получим, то заночуем в машинах.
– Ты прав, без транспорта и пулеметов мы не протянем и дня, – согласился Немец.
Расстреляв пленных, разведчики взялись за обустройство временного лагеря и пополнение запасов из собранных трофеев.
– На северо-западе самолет с планером летит к нам! – крикнул дозорный.
– Самолет сбиваем, а планер никуда не денется, сам сядет, – приказал Олег.
Разведчики в спешном порядке начали готовить «УБ». К острову приближался четырехмоторный «Юнкерс Ю-90» и бить надо наверняка, иначе уйдет, ищи его потом по всем сторонам света.
Олег приготовил винтовку и сел на крышу кабины – он на подстраховке, основной удар нанесут мощные «Березины». После расцепки с планером четырехмоторный гигант снизился до двухсот метров, чтобы сбросить рядом с ВПП буксировочный трос. Три «УБ» ударили разом, от крыльев и фюзеляжа на землю посыпались ошметки, крайний двигатель сразу остановился, за ним – второй, и самолет повело в сторону.
В Москве они готовились к скоротечному ночному бою с численно превосходящим врагом, поэтому снаряды получили без трассеров. Сейчас этот факт сработал на руку, экипаж воспринял остановку двигателей как аварийную ситуацию и попытался сесть. Самолет выпустил шасси и начал снижаться, что дало разведчикам возможность ударить более точно. Снаряды разорвали фюзеляж от кабины до хвоста, и «Юнкерс» рухнул на свежую могилу, затем неловко подскочил, а после второго падения развалился на части.
Тем временем планер продолжал снижение в надежде проскочить в стороне от места падения. Пилоты обязательно заметят несуразицу – в нормальной обстановке к месту аварии должны бежать люди, а командный пункт обязан поднять желтый флаг. Так и случилось – планер заложил вираж, намереваясь сесть на противоположном берегу реки.
– По машинам! – скомандовал Олег. – Гоним к ним на полной скорости! Эти планеры берут роту десантников с полным вооружением![20] Засядут в низинке, и замучимся выковыривать!
Олег запрыгнул на место водителя и погнал к мосту. Подпрыгивая на буераках, машины выехали на кривую дорогу с многочисленными караван-сараями и попали под обстрел камней, которые бросала чумазая ребятня. Вот и наглядный пример предстоящих взаимоотношений с местным населением. Мост оказался в ужасном состоянии, по-видимому, его не ремонтировали и не убирали с момента постройки. Утрамбованные кучи лошадиных каштанов и верблюжьих лепешек соседствовали с просевшими от времени каменными блоками, что заставило сбросить скорость до минимума.
Свернув на стерню убранного поля, машины разошлись веером и помчались к предполагаемому месту посадки. Надо спешить, не дать врагу шанса приготовиться, взвод десантников способен не только отразить наскок маленького отряда, они сами могут пойти в атаку.
– Видишь столб пыли немного правее? – спросил радист и уверенно добавил: – Он там.
Немецкие десантные планеры способны сесть на болото или вспаханное поле, лишь бы был ровный участок. Олег подвернул к предполагаемому месту посадки и посмотрел на другие машины: они шли ровной линией с интервалом в триста метров. Когда показались сероватые крылья «Мессершмитта Ме-321», он затормозил и подал сигнал съехаться вместе.
– Он сел в глубокую ложбину, я ее пересекал, когда ехал долбить гарнизон острова, – пояснил Немец, выскочив из своего грузовика.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
