Читаем без скачивания Россия и Ближний Восток. Котел с неприятностями - Евгений Сатановский

Кипр является одним из крупнейших финансовых центров, обслуживающих потребности российского капитала, предоставляя ему в том числе защиту инвестиций. Как следствие, на острове проживает значительное число российских граждан, вложивших средства в кипрскую недвижимость и инфраструктуру. Обладая всеми плюсами Ливана, мононациональный греко-православный Кипр лишен его политических рисков. Присутствующие на острове европейские корпорации не вытесняют, а дополняют российский бизнес, обеспечивая высокие стандарты качества местной продукции и услуг. Экономическое положение турецкого Кипра несколько улучшилось с ослаблением его блокады по инициативе ООН, хотя остается сложным. Единственным резервом для него являются турецкие инвестиции, а помимо Турции, отношения с Турецкой республикой Северного Кипра поддерживают только Абхазия и Азербайджан.

Израиль, несмотря на небольшие размеры и численность населения – военно-политическая и экономическая сверхдержава Ближнего Востока, присутствие которого в регионе – единственный фактор, способный объединить конфликтующие между собой страны арабского мира. Для значительной части неарабского исламского мира он играет символическую роль общего врага. Волнения и государственные перевороты, начавшиеся в 2011 г. в арабских странах, – опасный сигнал для еврейского государства. В отличие от Запада, израильское руководство не тешит себя иллюзиями по поводу отношений с «демократизирующимися» странами арабского мира, понимая, чем чревата для региона потеря стабильности. Отставка Мубарака и «охота на ведьм» в Египте, жертвой которой стало большинство его ближайших соратников, открыли дорогу к власти в этой стране антиизраильскому альянсу генералов, «Братьев-мусульман» и коррумпированных чиновников. Союз исламистов с Египтом и Ираном ослабляет безопасность Израиля, однако прямой военный конфликт Арабской республики Египет с Израилем пока маловероятен. Ввод подразделений египетской армии на Синай под предлогом борьбы с местными бедуинами и «Аль-Каидой» может привести к египетско-израильскому конфликту. Именно эту цель преследуют подрывы на территории Синая египетско-израильского газопровода и теракты, организуемые в Израиле группами, действующими с полуострова.

Значительно более опасна для Иерусалима ситуация в Иордании. Падение режима Хашимитов создаст на восточной границе Израиля враждебный плацдарм, не отделенный от внутренних районов демилитаризованным Синайским полуостровом, как Египет. Не меньшей опасностью является ПНА. Слабое руководство Рамаллы без военной поддержки Израиля может быть смещено исламистами в кратчайшие сроки. Это сделает неизбежной оккупацию Иудеи и Самарии – Западного берега реки Иордан, во избежание появления там режима ХАМАС. Интенсивные обстрелы Израиля из Газы ставят на повестку дня уничтожение ХАМАСа в секторе и восстановление израильского контроля над этой территорией и ее границей с Египтом – «Филадельфийским коридором». Ухудшение положения на ливанской границе может заставить Израиль начать войну против «Хизболлы». В обоих случаях первоочередной задачей Иерусалима будет уничтожение ракетных арсеналов и укрепрайонов в Газе и Южном Ливане.

Проблемы руководства Сирии и Саудовской Аравии также ослабляют безопасность Израиля. В Сирии вместо избегающего войны режима Асадов к власти могут прийти исламисты, либо страна расколется с непредсказуемыми последствиями. Падение КСА откроет дорогу к доминированию на Аравийском полуострове «Аль-Каиды» и Ирана, что означает появление на южной границе Израиля опасного и непредсказуемого противника. Прямой военный конфликт Израиля с Ираном не исключен, но маловероятен: компьютерные атаки оказались не менее действенным оружием против иранских ядерных объектов, чем авиаудар. Более вероятны «войны по доверенности» Ирана против Израиля и ответные операции последнего, в том числе уничтожение конвоев с оружием, поставляемым Ираном в Газу и Южный Ливан. Израильские подводные лодки с ракетами на борту барражируют иранское побережье, авиация проводит тренировки, отрабатывая операции на дальннх дистанциях – готовность Израиля к войне с Ираном высока.

Вопрос отношений Израиля с арабским миром непрост. На протяжении десятилетий, когда эти отношения формально не существовали, была выстроена система контактов через палестинских посредников и международные организации, включая комитеты и комиссии ООН, которая включала постоянно действующие каналы связи далеко не только с Египтом и Иорданией, поддерживающими с Израилем дипломатические отношения – «холодный мир». Старейшими из контактирующих с Израилем арабских стран являются Марокко и Тунис. После заключения «соглашений Осло» отношения были построены с Оманом, Катаром, Кувейтом, Бахрейном, ОАЭ и Эритреей. На волне иранской угрозы они возникли на неформальном, но высоком уровне с руководством Саудовской Аравии. Даже такие нестабильные государства, как Ливия, Судан и Йемен, имели связи с Израилем по направлениям, представлявшим интерес для их руководства. Дипломатические отношения Израиля с Мавританией разорваны, однако Алжир неофициально, но успешно добивался, чтобы самолеты, поставляемые ему в рамках модернизации армии, были снабжены израильским оборудованием. Как выяснилось летом 2011 г., даже Иран на протяжении всего послереволюционного периода имел с Израилем торговые отношения через систему посредников.

Существенной проблемой для Израиля является лояльность израильских арабов, включая депутатов Кнессета, подорванная в 90-е годы совместными действиями израильского левого лагеря и ПНА по их «палестинизации». Характерным является лояльное отношение к Израилю исповедующих ислам представителей этнических меньшинств: друзов, черкесов и бедуинов, а также большинства христиан – в том числе арабов и армян. Провал надежд на создание палестинского государства характеризует неприятие арабами Иерусалима планов по превращению их кварталов в будущую столицу Палестины со сменой гражданства. Приметой начала 2010-х годов стал рост числа арабской молодежи из мусульманских семей, служащей в израильской армии или проходящей альтернативную службу. Это касалось и молодых людей из еще одного сектора израильского общества, традиционно игнорирующего государственные институты: еврейской ортодоксии.

Попытка покончить с арабо-израильским противостоянием, заключив в 1994 г. «соглашения Осло», итогом которых должно было стать создание рядом с Израилем палестинского государства, провалилась. Лидеры левого лагеря, уверенные в том, что отношения с Ясиром Арафатом имеют долгосрочную основу, были переиграны им, что стало ясным после начала в 2000 г. интифады Аль-Акса – вооруженного палестинского восстания. Результатом попыток израильтян договориться с Организацией освобождения Палестины стали террористическая деятельность на территории Израиля и уничтожение боевиками или эмиграция под давлением ПНА десятков тысяч палестинцев – в первую очередь христиан, пытавшихся быть лояльными еврейскому государству. Еще одним итогом эксперимента стала гибель тысяч израильтян и палестинцев в терактах и контртеррористических операциях. Разрыв экономических и социальных отношений между Израилем и палестинскими территориями, потеря палестинцами около 200 тысяч рабочих мест в Израиле и гражданская война между палестинскими движениями ФАТХ и ХАМАС – итог миротворческих иллюзий Шимона Переса и поддерживаемой им группы «молодых лидеров Партии Труда», большая часть которых вышла из движения «Шалом Ахшав».

Охлаждение отношений руководства Израиля с администрацией США и лидерами ЕС, признание рядом стран Палестины государством в границах 1967 г., инициируемое Лигой арабских государств и ПНА давление на Израиль в ООН ухудшают дипломатическое положение Иерусалима. Прочное положение правящей коалиции, укрепление консервативного и ослабление левого крыла в парламенте, развитие, вопреки давлению, поселенческого движения, принятие законодательных актов, осложняющих деятельность, направленную против государства – укрепляют. Сбалансированность финансовой системы, в сочетании с уровнем, достигнутым израильской оборонной промышленностью, сектором высоких технологий и сельским хозяйством – гарантии стабильности экономики страны. Выстраивание партнерства с Россией, обнаружение на израильском шельфе крупных газовых месторождений и открытие на территории страны третьих в мире по объему месторождений сланцевой нефти позволяет Израилю пройти ближневосточный кризис вне зависимости от того, какое время он займет и на какие территории распространится. При этом армия и другие силовые ведомства Израиля готовы к военным конфликтам любой интенсивности с любыми возможными противниками.

Израиль – единственная страна региона, входящая в число технологически развитых государств. Сельское хозяйство, промышленность, включая военно-промышленный комплекс, алмазообработку и сферу высоких технологий, медицина, система образования и науки, развитая инфраструктура, уровень интеграции в мировую экономику и потенциал рабочей силы выводят его в число мировых лидеров по ключевым показателям. Количество новых высокотехнологичных компаний в Израиле превышает их число в ЕС и является вторым в мире, после США. Армия и спецслужбы справляются с решением проблем безопасности, несмотря на высокий уровень террористических и военных угроз. Израиль не понес убытков в ходе начавшегося в 2008 г. мирового экономического кризиса. Уличные протесты лета 2011 г., так называемые «творожные демонстрации», выделили его на фоне большинства стран мира, где шли аналогичные социальные выступления: в Израиле они были связаны не с сокращением государственных расходов, а с требованиями их увеличения. Говоря попросту, население потребовало «поделиться» с ним накопленными финансовыми ресурсами.