Читаем без скачивания Россия и Ближний Восток. Котел с неприятностями - Евгений Сатановский

Как ни парадоксально, преемник Клинтона президент Джордж Буш-младший оказался его полной противоположностью. Полной противоположностью по сравнению с поездками Клинтона оказался и его визит в Россию в 2002 году. Разумеется, страна, в которую он приехал, разительно отличалась от той, которую посещал Клинтон. Да и визави у него был принципиально другой. Но главное отличие американских президентов друг от друга было в них самих. Показательно дружелюбный, но замкнутый на себя и ближайшее окружение самовлюбленный Клинтон и его жена, улыбка которой напоминала об оживших марионетках из сказок Гофмана, представляли идеальный пример светскости в худшем понимании этого слова. Обаятельный, простоватый только на поверхностный взгляд Буш и его умная, образованная и лишенная всякой фальши супруга для тех, кто был знаком с Клинтонами, составляли абсолютный контраст с ними. Что ярко проявилось в ходе посещения санкт-петербургской хоральной синагоги, куда они приехали, как и обещал их аппарат, и где задержались на добрых два часа, потому что им было просто интересно в этом здании дореволюционной архитектуры, когда-то бывшем главной синагогой Российской империи.

Ближневосточная политика Буша оказалась не более успешной, чем у Клинтона. Кто в этом виноват: переоценившие военные и экономические ресурсы Америки «неоконы», напористый, как бык, вице-президент Дик Чейни с его нефтяными интересами или госсекретари – Колин Пауэлл и Кондолиза Райс, оценит история. Но с ними можно было говорить. Американская политика вполне последовательна – демократы ломают ваши ребра, улыбаясь, душат вас в дружеских объятиях и уверяют, что делают это ради вашей собственной пользы, а республиканцы честно бьют в челюсть – иногда без объяснений, иногда снисходя до того, чтобы поговорить. Госсекретарь США Конди Райс, Кондолиза, которая смогла обаять и покойного, растерзанного бенгазийскими сепаратистами Каддафи, и лежащего в вечной коме Шарона, до разговоров снисходила. Талантливая и великолепно образованная, умная и жесткая, в России с «местными» она, тренируясь, говорила только на русском – хорошем, с правильной грамматикой и большим словарным запасом. Пока Буш с женой бродили между синагогальных колонн, рассматривая лепку и восторгаясь сочетанием белого и бледно-желтого в интерьере, госсекретарь выслушала все, что имел сказать ей автор о перспективах будущей американской оккупации Ирака. После чего, тщательно выговаривая слова, сказала: «Вы тут, в СССР и России, никогда не жили в условиях демократии. Вы не можете понять и представить, как демократия влияет на людей. Мы принесем в Ирак настоящую демократию – это именно то, что им нужно. Все будет хорошо». После чего обаятельно улыбнулась и пошла навстречу президенту – визит заканчивался, пора было выходить к прессе, ждавшей у крыльца.

С тех пор прошло много лет. Кондолиза Райс, чьи предки были рабами в южных штатах, была не просто хорошим госсекретарем, но готовилась быть первой женщиной и первой представительницей афроамериканцев – президентом США. Ее карьеру подкосили кровопролитные дорогостоящие войны в Афганистане и Ираке, из-за которых Америка встретила экономический кризис ослабленной. На инаугурации Обамы она не была – скорее всего, просто не смогла вынести вида Барака Обамы и Хиллари Клинтон, которые олицетворяли вместе именно те голоса избирателей, отданные за женщину и человека из национальных меньшинств, которые, как она была уверена, принадлежали ей. Демократия идет по Ближнему Востоку семимильными шагами, открывая путь к власти исламистам – все то, что говорил ей автор, к сожалению, сбылось.

Усама бен-Ладен ликвидирован, но война в Афганистане проиграна, хотя официальная пропаганда говорит иначе, используя обтекаемые обороты и стараясь не педалировать ни тему наркотиков, ни возвращение к власти талибов, ни активность «Аль-Каиды». Саддам свергнут и казнен, а Ирак вскоре будет оставлен американскими войсками, но это пиррова победа – влияние Ирана на территории этой страны будет только расти. Война с международным терроризмом проиграна. Америка пока еще самая сильная мировая держава, но это только пока. Иран, несмотря на санкции, вот-вот получит ядерную бомбу и, не исключено, атакует Саудовскую Аравию. Та начала ставить США жесткие ультиматумы. «Мирный процесс» мертв, и безопасность Израиля под угрозой – гораздо большей, чем до его начала. Турция исламизируется. НАТО почти надорвался, свергая Каддафи в Ливии, хотя готовится и к свержению Асада в Сирии. Пакистан стал ненадежен как союзник и хорошо еще, что пока не превратился в противника. Россия и Китай ведут собственную политику, все меньше координируя ее с США. Да и как можно успешно делать это со страной, чьи обещания ее руководство нарушает, договоренности пересматривает, а партнерские отношения ограничены тем, что нужно самим Соединенным Штатам?

Все это крайне грустно, поскольку только Господь Бог знает, какие перспективы могли открыться перед Россией, если бы она могла полагаться на Америку, а не ждать от нее подвоха. Впрочем, на Ярославском форуме в сентябре 2011 года Збигнев Бжезинский высказал идею коллективной системы безопасности «от Ванкувера до Владивостока», что ни о чем не говорит, поскольку Земля круглая и он с успехом мог иметь в виду союз США и стран Тихоокеанского региона, не включающий Россию. По крайней мере, опыт автора в общении с американскими президентами и госсекретарями заставляет подозревать старого непримиримого идеологического врага Москвы, вся жизнь которого была продолжением восстания Костюшко, именно в этом. Иезуитство такого рода было бы вполне достойно этого человека и его страны, за интересы которой все ее руководители искренне ратуют, все больше ослабляя и ее саму, и весь цивилизованный мир, вне зависимости от того, воюют они или остаются вне схватки.

КОНФЛИКТЫ И ПРОБЛЕМЫ

Что представляют собой этнические конфликты с политической подоплекой? Как развиваются отношения берберов и арабов в Магрибе; азербайджанцев и персов в Иране; греков и турок на Кипре, курдов с арабами, турками и персами в Ираке, Сирии, Иране и Турции; пуштунов с узбеками, таджиками и хазарейцами в Афганистане? Что происходит в отношениях между кочевым и оседлым населением в Судане? Как решается в разных странах региона проблема племен? Каково настоящее и будущее христиан, йезидов, мандейцев, парсов, бахаистов, анимистов и евреев, живущих в окружении мусульман? Кто оживил «великий раскол» исламского мира на шиитов и суннитов? Каковы перспективы взаимоотношений друзов, алавитов, исмаилитов, суфийских братств и религиозных орденов с суннитским большинством? Что движет исламскими радикалами в борьбе против умеренных мусульман и «неверных»? Какое будущее ждет христиан Святой земли и ее саму? Что представляют собой региональные конфликты, в которые втянуты государства БСВ? Есть ли выход из противостояния оккупирующего Западную Сахару Марокко и борющегося за ее освобождение при поддержке Алжира Фронта «Полисарио»? Чем обернется для Африканского Рога борьба Эритреи против Эфиопии и вмешательство Эфиопии в гражданскую войну в Сомали? Возможна ли стабилизация ситуации в противостоянии Израиля, Сирии и Ливана? Как долго Турция будет оккупировать Северный Кипр и закончится ли в обозримой перспективе ее противостояние с РПК? Чего ждать от эскалации конфликтов Ирана с Израилем, странами арабского мира и афганскими наркоторговцами? Какие последствия будет иметь проблема племен в пограничье Пакистана, Афганистана и Ирана? Решаем ли вопрос Кашмира в индо-пакистанских отношениях? Как действуют на БСВ исламисты и какие перспективы в регионе у политического ислама? Что представляют собой ядерные проблемы БСВ? Что представляют собой ядерные проекты Ирана и Пакистана? Почему «Глобальный ноль» и «Безъядерный Ближний Восток» Барака Обамы упоминают Иран и Израиль, игнорируя Пакистан? Приближается ли БСВ к ядерной войне? Как долго продержится режим нераспространения после получения Ираном ядерной бомбы? Насколько эффективна работа МАГАТЭ и других международных организаций, работающих над нераспространением ОМУ, и в какой мере их «успехи» случайны?

Глава 10

Конфликты внутренние: религии и народы

В начале XXI века проблема меньшинств на Ближнем и Среднем Востоке стоит острее, чем в конце XIX. Практика халифов, Чингисидов и оттоманских султанов, позволявшая им управлять огромными территориями, опираясь на кочевые племена, державшие в узде брожение городов, и иноверцев, составлявших торговые меньшинства, ушла в прошлое. Для большинства сегодняшних стран БСВ еретик хуже иноверца, хотя участь иноверцев и инородцев оставляет желать лучшего. Век с небольшим назад в Британской и Французской колониальных империях, султанской Турции и шахской Персии место было для всех. Национальные и религиозные меньшинства, горожане и жители деревень, оседлое население и кочевые племена составляли сравнительную мозаику, элементы которой находились в сложных отношениях друг с другом. Они враждовали и конкурировали между собой, некоторые выпадали из одной имперской системы и переходили в другую, но за исключением коротких периодов всеобщего разрушения и распада основ сами системы оставались многомерными, позволяя существовать всем составляющим их группам. Лояльность к правителю и его наместникам в большинстве случаев была достаточным основанием для права на жизнь. Система налогов, узаконившая повышенные сборы с немусульман, шариат и традиционное право закрепляли стабильность. Немногочисленная правящая элита, колониальная и местная, нуждалась в меньшинствах, умело противопоставляя их основному населению. Они организовывали торговлю и сбор налогов. Служили в администрации и выступали посредниками в отношениях с метрополиями. Из них набирались элитные части, охранявшие правителя и столицу. Они контролировали границы – особенно замиренные кочевые племена. Вероисповедание, национальные обычаи и внутренняя система управления меньшинств для империй значения не имели. ХХ век обрушил все это – вместе с самими империями.