Хэтфилд обнаружил значительные различия в поведении мозга у профессионалов и любителей. У последних в ходе выступлений и тренировок практически все отделы мозга очень активны. У профессионалов же мозг работает гораздо спокойнее. В эксперименте со стрелками Хэтфилд выяснил, что нейронная активность их мозга при прицеливании и перед нажатием на спуск незначительна. Еще интереснее оказалось то, как именно ведет себя их мозг до момента выстрела. Аппаратура показала, что взаимодействие между двигательной корой и префронтальными долями (отвечающими за логическое мышление) также очень низка. В момент, когда стрелок уже начинал давить на курок, эти участки мозга переставали поддерживать коммуникативные связи на обычном уровне. У новичков не отмечалось такого снижения взаимодействия между теми же участками мозга148.
Снижение взаимозависимости между отдельными участками мозга может быть полезно, поскольку меньше его отделов задействованы в совершении того или иного движения. «Слишком много поваров могут испортить одно блюдо». А слишком массированное задействование мозга в выполнении отработанного навыка может привести к психологическому срыву. Для спортсмена-профессионала временной промежуток для совершения того или иного действия заранее запрограммирован. Он всегда наготове, без лишних раздумий и проволочек. Хэтфилд считает, что снижение уровня взаимодействия между отдельными участками мозга у стрелка при нажатии на курок отражает автоматизм его навыка, когда «нужно просто делать».
Разумеется, под влиянием стрессов и у профессионалов возможны изменения в работе мозга. В одном из недавних экспериментов было доказано, что у игроков в дартс под влиянием стресс-факторов, когда на них смотрит публика, активизируется взаимодействие между двигательной корой мозга и теми отделами, которые контролируют внимание, память и сосредоточенность149. То есть в условиях стресса мозг опытного дартиста работал примерно так же, как и у новичка. Активизировавшиеся связи между различными участками мозга могут привести к усилению переживаний и более частым промахам. Исследования на слушателях центра военного обучения Мэрилендского университета показали, что при стрельбе на соревнованиях в их мозге активизировались внутренние связи, и в результате у них снижались результаты в стрельбе по сравнению с ситуациями, в которых стресс-факторы отсутствовали150. На основании своих экспериментов Хэтфилд сделал вывод, что излишняя активизация связей между различными отделами мозга может привести к сбоям в выполнении наработанных до автоматизма навыков.
По мере отработки таких сложных моторных навыков, как дриблинг в футболе или игра на пианино, нагрузка на префронтальную кору мозга постепенно снижается. Движения спортсмена или пианиста становятся более экономными и ровными и перестают требовать постоянного внимания и контроля. Излишние раздумья при выполнении отработанного навыка могут принести спортсмену или музыканту вред. Лучший совет, который можно дать профессионалам в спорте и музыке, таков: действовать «вне пределов головы» или как минимум вне пределов лобных долей префронтальной коры. В следующей главе я расскажу о конкретных методиках.
И кто из нас подвержен психологическому срыву?
Итак, если вы решаете сложную логическую или аналитическую задачу, которая требует всего потенциала рабочей памяти, то волнения и переживания могут окончиться психологическим срывом. Когда же вы выполняете хорошо натренированное движение или действие, опирающееся на вашу моторику, то волнение само по себе не ведет к срыву. Здесь вам могут помешать не переживания, а попытки взять свои действия под контроль.
Мы уже затрагивали вопрос о том, почему одни люди более склонны к психологическим срывам, чем другие. Люди также различаются по стремлению слишком сосредоточиваться на своем выступлении или действии в самый ответственный момент. Несколько исследователей занимались изучением различий между людьми в осознании оценок окружающих, чтобы определить наиболее склонных к срывам.
Если вы склонны к рефлексии, то, скорее всего, согласитесь с утверждениями вроде «Я знаю, как работает мой мозг, когда я решаю данную задачу» и «Я беспокоюсь о том, что люди думают обо мне». Некоторые ученые считают, что такие люди должны быть менее подвержены психологическим срывам под давлением стресса, поскольку они привыкли действовать под пристальным вниманием окружающих и стрессовые ситуации им не в новинку. Но другие исследователи утверждают, что высокий уровень ожидания оценки со стороны других делает их уязвимыми и повышает вероятность того, что под давлением стресса у них может случиться психологический срыв. В целом научные доказательства говорят в пользу второго вывода: лица с высоким уровнем осознания оценок окружающих обычно более склонны к срывам151.
Как мы видели в главе 2, спортивный психолог Рич Мастерс и его коллеги разработали шкалу уровня самооценки человека и ожидания оценки окружающих, чтобы определять, кто из испытуемых более склонен потерпеть неудачу в спортивных соревнованиях. Есть и более универсальный измеритель уровня самооценки для обычных людей, который Мастерс называет Reinvestment Scale152. Проходящие тест отвечают «да/нет» на вопросы типа «Я много размышляю о себе» или «Я внимательно слежу за тем, как я выгляжу». Чем выше показатель испытуемого по таблице Reinvestment Scale, тем выше вероятность того, что с ним может произойти психологический срыв в спорте, музыке и других сферах, где цена оценки окружающих очень высока.
Ниже приводится таблица Reinvestment Scale.
Я надолго запоминаю ситуации, которые расстроили меня или вызвали у меня чувство злобы
Да/Нет
Я завожусь от одной мысли о ситуациях, которые расстроили меня в прошлом
Да/Нет
Я часто вновь и вновь обдумываю ситуации, которые вызвали у меня чувство злобы
Да/Нет
Я еще долго думаю о том, как мне отомстить людям, разозлившим меня, даже если ситуация уже разрешилась
Да/Нет
Я никогда не забываю людей, которые расстроили или разозлили меня, даже в мелочах
Да/Нет
Когда мне напоминают о моих прошлых неудачах, я ощущаю себя так, будто вновь переживаю их
Да/Нет
Я беспокоюсь о будущем значительно меньше, чем многие мои знакомые
Да/Нет
Я всегда смотрю на себя со стороны
Да/Нет
Я много размышляю о себе
Да/Нет
Я постоянно размышляю о мотивах моих поступков
Да/Нет
Иногда у меня возникает ощущение, будто я разглядываю себя со стороны
Да/Нет
Я остро ощущаю изменения в своем настроении
Да/Нет
Я знаю, как работает мой мозг, когда я решаю какую-то задачу
Да/Нет
Я беспокоюсь о том, как оцениваются мои деловые качества
Да/Нет
Я беспокоюсь о том, как я выгляжу
Да/Нет
Я обычно стремлюсь произвести хорошее впечатление
Да/Нет
Перед выходом из дома я обычно осматриваю себя в зеркало
Да/Нет
Я беспокоюсь о том, что думают обо мне окружающие
Да/Нет
Мне сложно принимать решения
Да/Нет
Знаменитые певицы Барбара Стрейзанд и Карли Саймон известны высоким уровнем осознания оценок публики и обе испытывали на сцене психологические срывы. «Я думаю, само по себе это занятие — быть всегда на сцене, демонстрируя себя самого и свой талант на публике, — неестественно», — говорила Саймон. В 1980 году на концерте в Питтсбурге она испытала такой стресс перед десятью тысячами поклонников, что ей стало плохо.
Достижение вершин в спорте может увеличить вероятность срыва даже у известного спортсмена. Норвежский спортивный психолог Гейр Джордет проанализировал видеозаписи штрафных ударов в матчах Кубков мира, чемпионатов Европы и Лиги чемпионов УЕФА с 1974 по 2007 год153. Всего было изучено 366 ударов, совершенных 298 игроками. Неудивительно, что на таком высоком уровне штрафные мячи чаще всего оказывались в сетке ворот. 74% штрафных ударов достигли своей цели. Но Джордет установил, что в штрафных лучшие результаты показывали не всегда те, от кого этого ожидали.
Самые известные звезды — обладатели престижных призов вроде «Золотой бутсы» FIFA или титула лучшего игрока года Южной Америки — в штрафных показали себя хуже, чем тогда еще не очень известные футболисты, прославившиеся позже. Действующие звезды забили лишь 65% штрафных, тогда как будущие — 90%. Джордет связывает это с тем, что действующие звезды находились под давлением стресса, будучи обязанными постоянно показывать высокие результаты, тогда как восходящие звезды еще такого давления не испытывали. Суперзвезды пользуются особой любовью болельщиков, но они ощущают и ответственность за свой успех. Это делает их более чувствительными к оценкам окружающих. В результате они начинают больше контролировать свои действия и «включать» сознание, что зачастую заканчивается промахом даже в ситуации со штрафным ударом.
