Читаем без скачивания Жена государственной важности - Ирина Градова

– И встретили моего босса!

– И встретил вашего босса, да. Я думал, что все в прошлом – любовь, страсть… Думал, что больше никому не разрешу собой манипулировать, а потому не должен позволять, чтобы кто-то стал мне настолько близок. Но, как я уже говорил, от нас мало что в этой жизни зависит – во всяком случае, в том, что касается чувств. Вы все еще считаете, что мне следовало взвалить все это на плечи Регины?

– Признаюсь вам кое в чем: я составила о вас очень плохое мнение, базируясь на отзывах соседей, которые, как мне теперь ясно, говорили словами матери вашей жены. Как так вышло?

– Соседи не в курсе. Им озвучили совсем другую историю – якобы Женя гуляла с Владиком, он забежал на стройку, а Женя пыталась его спасти, когда произошел несчастный случай.

– Но были же свидетели! – воскликнула Устинья. – Вы сами сказали!

– Гастарбайтеры с соседней стройки? Да ни один из них по-русски нормально не говорил!

– Но почему вы сами не опровергли этот бред?

– Зачем? Между прочим, теперь моя теща пребывает в твердом убеждении, что это из-за меня болезнь Жени начала прогрессировать, и именно моя неверность ее дочери стала причиной трагедии с нашим сыном.

– Вот же гадина!

– Может, ей так легче? А мне в любом случае все равно. Только как все это объяснить Регине?

– Знаете, а я ведь вас понимаю: мне в жизни приходилось много врать. Я выдумала себе прекрасных родителей, так как не хотела, чтобы все узнали о моем детдомовском прошлом и о том, что моя настоящая мать, напившись в очередной раз, оставила меня на железнодорожной станции Прибытково, а потом не могла вспомнить, где это произошло. Мои выдуманные родители очень меня любили, но жили далеко, поэтому не могли часто навещать… И Регине Савельевне я поначалу врала, но они с Захаром быстро меня раскусили. Они могли выставить меня вон и бросить на волю следователя, который только и мечтал повесить на меня убийство и скоренько передать дело в суд, но Регина Савельевна решила дать мне еще один шанс. Каждый человек заслуживает второго шанса, это я теперь точно знаю. И еще одну вещь я поняла: можно врать кому угодно, кроме тех, кому ты небезразличен! Вы ее любите, и она вас – тоже.

– Откуда вы знаете?

– Оттуда. Я начала понимать, когда она попросила меня перестать наводить о вас справки. А потом, когда вы ворвались в офис, злой как черт, и так орали на нее, Регина Савельевна молчала и не пыталась оправдываться, потому что сознавала свою вину. А ведь вина была не ее, а моя! И меня она не стала ругать, считая, что не должна была просить шпионить за вами… Позвоните ей. Регина Савельевна и сама позвонит, когда решит, что дала вам достаточно времени, чтобы остыть и подумать, но лучше вы сами – она непременно это оценит!

– Хотел бы я иметь такого защитника, – задумчиво произнес Крымов, глядя на Устинью. – Такого, как вы!

– Считайте, что он у вас есть: если мое мнение хоть что-то значит для Регины Савельевны, я обязательно выскажусь в вашу пользу. Расскажите ей все!

– И что произойдет?

– Не знаю, я же не баба Ванга и не умею предсказывать будущее! Но мне почему-то кажется, она поймет.

Михаил встал и снова подошел к окну. Устинья решила, что он хочет, чтобы она ушла, и начала было подниматься со стула, когда услышала:

– Может, пора нам снова поставить чайник, как полагаете?

– То есть ты хочешь сказать, что покойная Анна Стрельникова – вовсе не та Анна Уварова, чью биографию она изложила мужу при знакомстве? – произнесла Регина, решившись нарушить недоуменное молчание, воцарившееся в ее кабинете после рассказа Дмитрия.

– Ну женщина, конечно, может перекраситься и сделать парочку пластических операций, однако она ни при каких условиях неспособна вырасти на тридцать сантиметров, я прав? – пожал плечами детектив.

– Но что же это получается… Стрельников не в курсе?

– Выходит, нет. Может, ее и проверяли, но сильно не старались, ведь они поженились, когда он еще не занимал столь высокой должности? Да и для того чтобы все выяснить, им пришлось бы проделать тот же путь, что и мне, а для этого нужно иметь веские причины!

Регина задумалась.

– Слушайте, – сказала вдруг Мамочка, – а ведь для того чтобы состряпать такую «легенду», как у Анны Стрельниковой (уж не знаю, кто она на самом деле!), нужны недюжинные ресурсы! Если, конечно, псевдо-Анна тоже не жила в этих, как его…

– Чукалах, – подсказал Носов.

– Вот-вот!

– Только это вряд ли, – добавил он. – Не забывайте, что наша Стрельникова была дамой образованной. Даже если она знала настоящую Анну Уварову, это означает, что они жили в одном селе и имели приблизительно одинаковый уровень жизни и образования – ой, вы даже не представляете себе, как там народ живет! Ну что хотите со мной делайте, но не могла девчонка из глухой провинции, пользуясь тем, что ее предположительная знакомая пропала, приехать в Питер, представившись ее именем, поступить в Педагогический университет, получить прекрасное образование, выучить несколько языков… Да и к чему такие сложности? Кстати, насчет университета: по бумагам выходит, что Анна Уварова действительно там училась, на факультете иностранных языков, вот только есть одна странность: ни один преподаватель ее не помнит. Конечно, многие уже вышли на пенсию, и с ними я не разговаривал, но, судя по году выпуска, некоторые из оставшихся не могли не знать Анну!

– Может, стоит рассказать об этом Стрельникову? – неуверенно спросила у присутствующих Регина.

– Ну, если потребуется эксгумация, его согласие все равно необходимо! – развел руками Дмитрий.

– Зачем эксгумация? – возразила Мамочка. – Мы не можем сравнить ДНК настоящей Анны Уваровой с материалом Стрельниковой, так к чему тревожить покойницу? Пусть себе лежит!

– А что, если проверить ее операции? – выдвинула предложение Регина. – Ну у нее, судя по всему, стоял протез коленного сустава – можно, скажем, по номеру и серии определить производителя и в какой больнице ставили?

– Что это нам даст?

– Вдруг поможет выяснить, где Анна жила до того, как перебралась в… Я сейчас припоминаю, Ольга говорила, что ее пассажирка плохо ориентировалась в Питере и пригородах – как же так, если она как минимум пять лет проучилась в Герцена? Она вроде бы обмолвилась в разговоре с приятельницей-модельершей, что в юности побывала в аварии, результатом чего явилась операция по замене сустава…

– Хорошая мысль! – закивала Мамочка. – Только я все равно хочу вернуться к тому, что говорила до этого: в чьих силах состряпать новую биографию, к которой не подкопаешься? Кто может внести чье-то имя в, скажем, список студентов факультета, устроить никому не известную девушку на место безупречного работника и тут же отправить в Сингапур, в то время как те, кто годами работал в фирме, сочли бы такую командировку манной небесной?

– Я же рассказывала вам о полковнике Мигулине, да? – напомнила Регина. – Он задавал мне странные вопросы, и у меня возникло ощущение, что…

В этот самый момент дверь распахнулась, и на пороге нарисовался странноватый персонаж – молодая полноватая девушка с тугим пучком почти бесцветных волос на затылке, в сером костюме, который только подчеркивал ее незавидную внешность. Регине ее круглое лицо, да и весь облик, включая белые гольфы и тяжелые ботинки без каблука, показались знакомыми, но она никак не могла припомнить, где видела девчонку.

– Так вот ты где! – воскликнула визитерша, буравя тяжелым взглядом Носова. – Я, понимаешь, обзвонилась, а он тут заседает! А меня предупредить не надо? Может, ты под машину попал или…

И тут Регина вспомнила, где видела девчонку: конечно же, на аллее «дурки», когда возвращалась после встречи с Дмитрием – она еще поглядела на нее волком!

– Прости, – пожал плечами Носов, – но я не знал, что должен перед тобой отчитываться! Знакомьтесь, кстати: это – Рита, моя…

– Я – его партнер, – перебила девица. – И – да, я должна знать, чем ты занимаешься, чтобы не разыскивать тебя по больницам и притонам города!

– Твой партнер? – изумленно переспросила Регина, переводя взгляд на Дмитрия. – Не знала, что ты изменил своему принципу работать только в одиночку!

– Давайте-ка я сварю всем кофе! – провозгласила Мамочка, прерывая неловкое молчание. – Принесу печенье… И конфетки!

Регина вздохнула с облегчением, когда наконец все покинули ее кабинет. Она сбросила туфли на шпильке и с наслаждением размяла ступни руками, пытаясь вернуть пальцам чувствительность. Ее мысли крутились вокруг этой странной девицы, Риты, которую так походя представил ей Дмитрий. Она сказала, что является партнером Носова, но Регине как-то не верилось. Что у них может быть общего? Этой Рите от силы года двадцать три, она не блещет яркой внешностью, но ведет себя так, словно является личным телохранителем Димки – как это понимать? Но больше всего Регину смутила странная враждебность Риты лично к ней. С чего бы? Они практически незнакомы, вращаются в разных кругах, и делить им нечего… кроме, возможно, Дмитрия? Ну, если так, то Рита может быть спокойна: прошлое не возвращается, а Носов – прошлое, иногда приятное, иногда болезненное. Только вот, если девчонка на что-то надеется, ей определенно придется горько разочароваться: Димка предпочитает женщин красивых и успешных, так что этой серой мыши вряд ли стоит беспокоиться!