Наместник удивленно воззрился на дочь.
– И что ты хочешь от меня?
– Чтобы вы отменили нашу свадьбу!
– Дочь моя, ты хотя бы понимаешь, о чем просишь?!
– Да, отец! Я прошу о своем будущем. Умоляю, не выдавайте меня за Детборга! Мы совершенно разные и абсолютно чужие друг другу, я не буду с ним счастлива! – Эстер разрыдалась.
Сегноций поднялся с кресла, раздраженно отбросив фолиант в сторону. Глаза его метали из-под бровей молнии.
– Это что же получается? – пророкотал он гневно. – Если мое слово ничего не значит для родной дочери, следовательно, оно ничего не будет значить и для всего домена! Так?! Отчего у тебя возникли такие мысли? Откуда взялась подобная блажь? Тебя хитростью соблазнил другой мужчина? Признавайся!
– Нет-нет, отец, вы ошибаетесь! – запротестовала, громко всхлипывая, Эстер. – Я не была близка даже с Детборгом!
Наместник, доселе нервно шагавший из угла в угол, остановился.
– Ты хочешь сказать, что за все четыре месяца, минувшие со дня вашей помолвки, вы так и не испытали… – он осекся.
– Так и не испытали, – подтвердила понявшая мысль отца девушка. – Признаться, у меня ни разу и не возникло желания познать Детборга как мужчину, а он тоже вел себя достойно, стараясь не торопить события…
Слегка успокоившись, но, все еще пребывая в некотором замешательстве, Сегноций вернулся в кресло и произнес уже более миролюбиво:
– Пойми меня правильно, Эстер, и постарайся не обижаться. Я не могу взять свое слово обратно, поскольку я – наместник Ахенского домена, а ты – моя дочь!
– Вы отказываете мне в моей просьбе, отец?
– Да! Причем со всею решительностью, на которую только способен. И прошу: не гневи меня впредь подобными капризами!
Глава 6
Вернувшись в свои покои, Эстер, не раздеваясь, упала ничком на кровать: душили слезы обиды на отца и жалости к самой себе. Одно она знала теперь точно: свадьбе с Детборгом не бывать!
Выплакавшись и более-менее успокоившись, Эстер позвала служанку:
– Помоги мне раздеться!
Явившаяся по первому же зову девушка-служанка ловко сняла с госпожи диадему, торквес, браслеты и расшитый золотыми нитями пояс, после чего столь же проворно расшнуровала ее верхнее шерстяное платье. Оставшись в нижней тунике, Эстер попросила:
– А теперь расчеши мне волосы…
Служанка охотно вооружилась гребнем: ей всегда доставляло удовольствие расчесывать длинные и волнистые волосы юной госпожи. Эстер же меж тем попыталась собраться с мыслями: «Раз я не желаю мириться с уготованной мне отцом судьбой, значит… значит, должна попросту убежать из дома!..» Внезапно пришедшая в голову мысль весьма порадовала девушку: а почему бы, собственно, и нет? Обнаружив исчезновение дочери, отец наверняка поспешит сменить гнев на милость.
Рано утром, когда служанка, укутавшись шерстяным одеялом и прижавшись одним боком к теплому камину, еще спала, Эстер потихоньку поднялась и облачилась в ее одежду. Потом собрала со стола все, что нашла из съестного, завязала провизию в узелок и бесшумно вышла. Стражник, охранявший вход в покои дочери наместника, не обратил на «служанку» ровно никакого внимания: следить за челядью – забота кастеляна.
Выскользнув из замка, Эстер торопливо направилась на хозяйственный двор. Там она сразу увидела телегу, груженную провиантом, предназначенным, видимо, для одного из охраняющих домен гарнизонов. Девушка незаметно прошмыгнула под навес телеги и, с головой накрывшись серым шерстяным плащом, совершенно слилась с такого же цвета мешками. Вскоре появился и возчик. Он звучно хлестнул лошадь, и телега, благополучно миновав охрану в городских воротах, со скрипом двинулась в путь.
* * *
Служанка юной госпожи пробудилась, как всегда, от доносившегося с кухни по утрам запаха свежей выпечки. Она откинула одеяло, сладко потянулась и пошарила рукой по полу – по тому месту, где обычно по вечерам складывала свою одежду. Не нащупав привычного мягкого вороха, удивленно произнесла вполголоса:
– Странно… Не могла же я раздеться в другом месте! Да и к конюху вчера не ходила… Куда ж тогда одежда-то моя подевалась?..
Поднявшись, она приступила к неторопливому обходу комнаты, не отрывая при этом взгляда от пола. Когда же уткнулась в ложе госпожи и подняла глаза – не разбудила ли ненароком? – с удивлением вдруг обнаружила, что постель пуста. Служанка растерянно позвала:
– Госпожа, вы где?..
Ответа не последовало. «Неужто она всё-таки снизошла до Детборга и решила провести с ним ночь?» – хихикнула девушка мысленно. Однако тотчас посерьезнела: картинка не складывалось. «Не пошла же госпожа к мужчине сама, да еще посреди ночи!..»
Служанка накинула на плечи платок и выглянула в коридор: стражник стоял на посту, как и положено.
– Скажи, страж, из покоев госпожи кто-нибудь выходил сегодня?
Тот с удивлением уставился на нее, усиленно соображая, кого же он видел на рассвете.
– Да… Служанка выходила. С узелком в руке… Я решил, что это ты… Или вас двое?
– О, Великий Логос! – запричитала служанка. – Откуда двое?! Ты что мелешь?! Вот уже два года, как я прислуживаю в покоях госпожи одна!
Стражник обомлел.
– Что-то случилось? – спросил он обескуражено.
– Госпожа Эстер пропала! Срочно беги к господину Детборгу и сообщи ему об этом! Только прежде чем поднимать шум, подумай хорошенько, что сказать! А то не сносить нам обоим головы!..
Стражник кивнул и, покинув пост, бегом помчался к командиру.
* * *
Детборг и его люди перевернули буквально «вверх дном» не только замок, но и хозяйственный двор с конюшнями, однако тщетно – Эстер как в воду канула. Тогда стражники прочесали вдоль и поперек весь Ахен, но и там поиски успеха, увы, не принесли.
Детборг начинал закипать от ярости. У него просто в голове не укладывалось, что столь тихая и покладистая девица как Эстер могла сбежать из отчего дома! Нет, это на нее совсем не похоже! Может, здесь замешаны колдовские силы? Хотя откуда им взяться в Ахене? Марк Левий Сегноций – истинный арианин, равно как и все его подданные. Это только в отдаленных селениях сервы[69] по-прежнему еще веруют в языческих богов.
Поняв, что огласки все равно не миновать, Детборг лично сообщил о случившемся наместнику. Сегноций, услышав новость, впал поначалу в оцепенение. В голове его крутилась лишь одна мысль: «Сбежала, не пожелав выходить замуж за Детборга? Ну, кто бы мог подумать, что девчонка отважится на столь дерзкий поступок?!»
– Обыскать все окрестности! Далеко не уйдет! – приказал наместник, как только к нему вернулся дар речи, и сам возглавил поиски непокорной дочери.
