тот человек оказался тихим, он остался где-то в стороне, за пределами зрения…
Хотелось бы добиться успеха так быстро, но все-таки ей нужен не Арский. Отчасти Тори была даже рада: она чувствовала, что Дмитрий, с его истеричностью, не открыл бы ей новую правду, даже если бы являлся свидетелем того случая.
Тори осторожно и мягко коснулась плеча своего спутника. Они с Градовым ни о чем не договаривались, однако он, как ни странно, понял правильно и резко свернул разговор, да так, что и Арский, и его возлюбленная были сбиты с толку. Градов же невозмутимо напомнил им, что последнее предупреждение они получили. Теперь бурные брачные игры им надлежало проводить только в дремучем лесу, смущая медведей, а в поселке – только тихонько стишки сочинять. Спорить они не решились, хотя Тори не сомневалась, что до конца дня любовники будут возмущенно обсуждать это хамское вторжение, ранившее современную литературу в самое сердце.
Когда Тори и Роман вышли на улицу, Градов сразу же спросил:
– Не он?
– Не он, – подтвердила Тори. – Есть хоть какой-то смысл в том, что я абсолютно уверена в этом, хотя никаких доказательств привести не могу?
– Есть. Это называется интуицией.
– Получается, зря сходили…
– Почему – зря? – удивился ее спутник. – Минус одно имя, тоже результат. Завтра попробуем кого-нибудь другого расспросить.
Он и правда был настроен помогать ей и дальше. Тори приглушила возмущенный протест совести и заставила себя сосредоточиться на настоящем моменте – это всегда помогало. А в настоящем моменте Градов оказался на удивление приятным собеседником. Настолько, что даже теперь не хотелось с ним расставаться, но причин остаться вместе попросту не имелось. Он чувствовал себя намного лучше, да и перевязка сегодня уже была, так что у забора, разделявшего два дома, они разошлись.
Тори попробовала еще раз перечитать скромную информацию о гостях поселка, которой поделился Градов, но толку это не принесло, да и от волнения не избавило. Девушка решила положиться на куда более простой и надежный способ: отложила все дела до следующего дня, набрала ванну и расслабилась в окружении горячей воды и воздушных облаков пены.
Сначала это помогло. А потом стало хуже.
Ванная недолго была погружена в тишину. Очень скоро Тори уловила звук, доносившийся из-за закрытой двери – тихий, но повторяющийся снова и снова, так что списать это на разыгравшееся воображение не получится, даже если очень хочется.
Звук чьих-то шагов.
Кто-то посторонний находился в доме, который принадлежал только ей, пусть и на время. Тори точно помнила, как запирала дверь, привычка была отработана годами. Если бы кто-то вдруг захотел навестить ее в столь поздний час, он бы позвонил или постучал, а неизвестный просто вошел.
Теперь единственным, что отделяло ее от незваного гостя, была тонкая деревянная дверь ванной. Да, запертая, но там замок такой, что и ногтем вскрыть можно. А если не вскрыть, то выломать, и это куда проще, чем пробраться в дом.
Тори ни на секунду не усомнилась, что действительно слышит чьи-то шаги, не позволила себе сослаться на воображение и успокоиться. В ее доме кто-то был: он крался и не пытался обратиться к ней и хоть как-то обозначить себя. Под его весом скрипели половицы, а значит, это был не какой-нибудь местный кот, непонятно как прокравшийся в помещение. Незнакомец подбирался к ванной, он ждал, когда Тори выйдет… Он готовился напасть?
Медленно, чтобы не выдать себя плеском воды, девушка поднялась из ванны. Смыть пену Тори сейчас не могла, просто завернулась в полотенце. Она отчаянно пыталась сообразить, как быть дальше. Выйти и проверить самой? Вряд ли она справится с тем, кто действует так нагло. К тому же у нее имелись предположения насчет того, кто это может быть – и этот вариант ей категорически не нравился.
Она невольно вспомнила тот день, когда погас свет. Она ведь поверила, что это была просто случайность, которую безжалостно обыграло растревоженное воображение. Тори убедила себя в этом! Она проигнорировала угрозу – и теперь стало хуже… Девушка понятия не имела, вооружен ли вторгшийся в дом человек, но ей точно нечем было защититься.
Если бы все это произошло в городе, она уже звонила бы в полицию. А здесь позвонить ей было некуда: Тори не вбила в память телефона номер охраны. Да и потом, если тот, кто стоит снаружи, услышит, как она зовет на помощь, он перестанет выжидать. Охране потребуется минут десять, чтобы добраться до ее коттеджа, а неизвестный может справиться с ней за десять секунд. Тори было все равно, поймают его после этого или нет, она не хотела, чтобы фотография наполненной кровью ванной с ее телом украсила статьи во всех криминальных хрониках. Ей нужен был тот, кого можно позвать на помощь тихо. Вариант остался всего один.
Интернета в поселке не было, а вот мобильная связь поддерживалась, поэтому Тори поспешила набрать сообщение: «В моем доме кто-то есть. Не звони, он поймет, что я его обнаружила. Вызови охрану. Сам не приходи».
Она не имела никакого права втягивать в это Романа, но… кого еще? Она не общалась в этом поселке ни с кем, кроме него и Ксении, а художница бы ей точно не помогла.
Роман мог не прочитать сообщение до утра – если пошел спать или бросил телефон на первом этаже, была у него такая привычка. Однако на этот раз ей повезло, хоть в чем-то же везти должно! Ответное сообщение пришло быстро, и Тори лишь порадовалась, что успела выключить звук.
«Это шутка?»
«Нет, быстрее», – набрала она. Пальцы предательски дрожали.
Хотелось оставаться невозмутимой, да не получалось. Шаги затихли – но совсем близко, у самой двери. Он был здесь, прямо напротив, за тонкой деревянной преградой, ничего по-настоящему не значащей. Или не он, или она? Неизвестно, что хуже…
Тори замерла, готовясь к тому, что вот сейчас щелкнет замок и ей придется защищаться, так или иначе. Но вместо этого снова зазвучали шаги, на сей раз быстро и решительно, не таясь. Незнакомец… отступал? Почему? Он подбирался так долго, он был так близко и вдруг удрал…
Ответ долго искать не пришлось. Тори, только-только натянувшая на влажное тело спортивный костюм, услышала знакомый голос откуда-то издалека, явно с первого этажа:
– Виктория! Где ты?
Вот теперь можно было выдыхать – потому что он все-таки пришел. Мистическое наваждение и воспоминания об искаженном силуэте у окна отступили, вернулась привычная реальность. Та, в которой необязательно все время оставаться одной.
Тори не стала отсиживаться, она поспешила вниз. Ей
