недоумку в мошонку большую иглу или вязальную спицу. Но те времена, когда это можно было сделать без скандала, уже минули, теперь так можно было поступать только со слугами, а с сотрудниками Службы – ни-ни… Они теперь тоже люди, раз находятся на службе короне.
Тем не менее, её терпение не было безграничным, она больше не хотела видеть перед собой их тупые, непонимающие физиономии, поэтому леди Кавендиш взяла в руки газету и, показав её американке, спросила:
- Леди Дженнет, вы читали вечернюю «Гамбургер цайтунг»?
- Я начинаю с этого утро, мадам, - с подчёркнутым уважением отвечала леди Дженнет.
- И что же? Вы не нашли в ней ничего занимательного для себя? Я имею в виду ваши профессиональные интересы, разумеется, а не ваши личные, – ядовито поинтересовалась герцогиня. При этом она протягивала газету американке.
И та не осмелилась её не взять, хотя и не понимала, что она могла в этой газете пропустить.
- На последней странице, дорогая моя, - леди Кавендиш встала из-за стола. – Там совсем маленькая заметочка.
Американка стала искать глазами то, что она могла пропустить и что на самом деле было очень важным. Но что? Что? Где она допустила ошибку, почему эта старая ведьма опять её отчитывает перед подчинёнными? Это было так обидно… Это так её задевало… Американка даже покраснела и так разволновалась, словно снова оказалась на своём первом в жизни балу.
И тут она нашла небольшую заметку об ограблении банка в каком-то там Веделе, о котором и слышать не слышала.
Видимо, она позабыла о защите, и герцогиня, внимательно наблюдавшая за аурой американки, сразу поняла, что непонимание у леди Рэндольф сменилось удивлением; и старуха спросила:
- Что, дорогая моя, удивлены? А вы, наверное, этакой мелочи и значения не придали. Хотя были должны. Неужели вы не почувствовали связи? Неужели это не бросилось вам в глаза? Вы поймали курьера русских без денег, и тут же последовало ограбление. Последовательность очевидна! Русским фанатикам по-прежнему нужны деньги. Или… Быть может, схватили не курьера?
- Курьера, мадам, - тут же ответила леди Рэндольф.
- И при нём были деньги? – уточнила герцогиня.
- При нём были накладные на партию сигар, груз ждал его в порту, мы уже получили эти сигары. Думаю, он должен был их быстро реализовать, наверное, сбыт у них был налажен заранее. Это дорогой товар, его можно легко и легко сбыть, мы даже нашли покупателя на всю партию, – закончила американка; она уже пришла в себя после неожиданной растерянности и смогла взять себя и свою ауру под контроль.
- Будем надеяться, - нехотя согласилась леди Кавендиш и, опираясь на трость, стала медленно подходить к своим подчинённым.
- Ну а то, что я… - начала леди Дженнет. – Я просто не могла подумать… что они начнут грабить… Я не могу охватить вниманием все германские княжества.
- Ах, оставьте… Мне не нужны ваши оправдания, - герцогиня пренебрежительно махнула на неё рукой. И это было особенно унизительно, так как Дойл и Тейлор стояли тут же и всё это видели. Леди Рэндольф снова потеряла самообладание, а старуха словно обрадовалась этому и стала говорить с мужчинами. – Они осознано не стали грабить в самом городе в надежде на нашу невнимательность. Они были недалеки от успеха, я случайно взяла эту газету из-за объявлений о выставке драгоценных камней. Кстати, леди Дженнет, вам, наверное, это неинтересно, но ограбленная касса по сути является филиалом Барклай-банка. Дорогая моя, смею вас уверить, что людям из Сити не нравится, когда с ними обходятся столь неуважительно, ведь они рассчитывают на защиту со стороны короны. И рассчитывают по праву, – продолжала герцогиня, и леди Рэндольф не могла найти ни единого слова в своё оправдание. Она ещё больше покраснела. А леди Кавендиш уже не смотрела на неё. - Тейлор, немедленно езжайте в Ведель, поговорите с мистером Лойбом, поговорите со свидетелями, с полицейскими чинами, найдите зацепки, Тейлор, хоть какие-нибудь ниточки. Бросьте на это все силы. Они где-то собирают адскую машину, я это чувствую… Я это чувствую.
- Я готов, мэм, прикажете ехать? – отвечал Эбердин Тейлор.
- Езжайте, – сухо сказала герцогиня, и уже через полминуты ловкий, хитрый и неприятный тип в кепке для охоты на оленей сидел в своём лёгком двухместном электрическом экипаже и, несмотря на то что аккумуляторы не были заряжены на полную, катил на север. К дороге, что тянулась вдоль реки.
- Простите, миледи, - заговорил Дойл, едва Тейлор покинул кабинет хозяйки дома, - а что делать с воскресшей девкой, мы снимаем агентов с этого направления?
Леди Джорджиана остановилась и поглядела на него; она явно колебалась.
- Я очень бы хотела выяснить, как она всё это устроила… Весь этот трюк со смертью и воскрешением… Но сейчас главное – это линкор, меня ежедневно закидывают телеграммами из адмиралтейства, – она сделала паузу и приняла решение. – Снимите агентов с девки, все силы направьте на поиск грабителей.
- Как пожелаете, мэм, – ответил Дойл.
Но леди Кавендиш с ним ещё не закончила, она чуть постояла возле него и заговорила:
- Дойл.
- Да, миледи, – Джон был весь во внимании.
- Немедленно составьте список всех предприятий в городе и пригороде, которые торгуют динамитом.
- Это будет непросто, но я попытаюсь, миледи.
- Я не думаю, что таких компаний много, - продолжала герцогиня.
- Я займусь этим, - заверил её подчинённый.
- Уведомьте представителей этих фирм, что Британская корона будет им благодарна, если они сообщат о странных покупателях и больших…, - она немного подумала. – Больших и неожиданных покупках их товара.
- Прекрасная идея, мэм, – произнёс Дойл. – Я приступлю немедленно.
- Несомненно прекрасная…, - как-то странно повторила это слово герцогиня и, искоса поглядев на американку, добавила: – Жаль, что только я в нашей компании способна на здравые идеи.
Леди Рэндольф после этих обидных слов почтенной леди стояла вся пунцовая, и когда Дойл поклонился герцогине и вышел из кабинета, она почувствовала себя ещё и неловко и, чтобы как-то сгладить эту неловкость, спросила:
- Будут ли у вас, мадам, какие-то задания для меня?
- Ну что вы, моя милая, какие могут быть для вас задания, у вас ведь столько своих личных дел, - едко выговорила ей герцогиня, - столько дел, что вы даже по ночам работаете, уж и боюсь вас
