не родной, а двоюродной? Или все же случайное совпадение?
Можно было бы сделать анализ ДНК, но никто не даст разрешения на эксгумацию трупа: оснований никаких. Да и незачем. Что даст знание, что они родственники, да и не в этом дело. Ведь колдун не передал Николаю родового беса. Или?.. Николай вспомнил удар током, полученный от Бези, обезвреживателя, который ему переслали после смерти колдуна. Возможно, это было не статическое электричество, как он тогда подумал.
Сканирование ауры ничего не показало, но и у колдуна сканирование тоже ничего не обнаружило: бес попался мощный и умело скрывался. Николай выдохнул: надо обсудить это с Анастасией, благо встречаются сегодня. Скорее всего, он насочинял лишнего, но видения могли объясняться и не прививкой, а полученными способностями. Лучше все перепроверить. Хотя… Не зря говорят, что дурак думкой богатеет. Вот и Николай нафантазировал кучу всего на простом совпадении.
Глава девятая
«Мама, в могиле буду не я»
С Анастасией Николай увиделся в Кузьминском парке после обеда: погожие дни хотелось проводить на улице, а не в душном помещении, где они успеют насидеться зимой. Перед встречей Николая охватило радостное возбуждение: как же важно общение с человеком, находящимся на одной с тобой волне! С Анастасией у Николая возникло душевное родство на общей теме, они могли быть откровенны друг с другом.
Они купили в ларьке кофе с венскими вафлями и сели на скамейку. Отдыхающих было море: в подобные дни москвичи спешили побыть в парках, чтобы насладиться теплом и видами. Женщины и девушки собирали листья: кто-то для букетов, кто-то для поделок в школу, кто-то плел венки, чтобы украсить волосы.
– Что стряслось? – поинтересовался Николай.
– Сон, – коротко ответила Анастасия, прожевав кусок вафли.
Николай слизнул взбитые сливки и решил про свой пока умолчать:
– Опять некроканал сработал?
– А что же еще? С обычным сном я бы к тебе не поперлась. – Она допила кофе и закурила, выпуская дым в небо. – Брат одноклассницы приснился. Старший. Он в Риге жил. Ходил в море. Сказал, что его убили. И просил передать матери, что в могиле будет не он.
– И?..
– Не знаю, что делать. Позвонить Ире? – Анастасия погасила сигарету и выбросила ее в урну.
– Это кто?
– Сестра.
– Думаю, позвонить, – согласился Николай. – Выспроси осторожно.
– Осторожно не получится, она о моих способностях в курсе.
Анастасия набрала номер, раздались гудки.
– Привет. Как дела? – Они обменялись малозначащими для обеих вопросами, на которые предполагаются ничего не значащие ответы. – Чего звоню? – продолжала Анастасия. – Да хотела узнать, как у Вовки дела. А-а, вчера созванивались? – Судя по интонации, она начала закругляться. – Тогда, значит, все нормально.
Анастасия выключила смартфон и посмотрела на Николая:
– Кажется, сон мимо. Наверное, следует огорчиться, но я почему-то рада.
Но вскоре раздался обратный звонок.
– Что значит не отвечает? – Анастасия встревожилась. – Вне зоны доступа? И в сети нет? Ну подожди, скорее всего, объявится, – и после паузы добавила: – Да, мои сны сбываются. Но все-таки подожди.
– Хрень! – выругалась Анастасия после окончания разговора. – Долбаная хрень! Ненавижу! – она ударила кулаком по скамейке. – Пойдем выпьем, мне нужно, иначе взорвусь.
Она быстрым шагом направилась к выходу, Николай последовал за ней. Потом они сидели в ирландском пабе и накачивались пивом.
– Гребаные способности! – злилась Анастасия. – Хоть бы раз привиделось что-то полезное! Чтобы предупредить.
Николай молчал, считая, что не нужно мешать выплеску эмоций. Пусть лучше Анастасия прокричится, чем будет копить негатив, который выльется в разные болячки. Анастасия глушила кружку за кружкой, Николай не отставал. Зазвучала музыка, подтянулся народ.
– Пойдем, потанцуем, – Анастасия потянула его на танцпол.
Вскоре они зажигали среди остальных посетителей, Анастасия извивалась телом в такт музыке, у Николая так изящно не получалось, его движения мало отличались от скачков гигантской обезьяны. Но в тот момент он чувствовал себя ловким и сексуальным, отдаваясь на волю музыке. Его распирало от ощущения беззаботности и собственной крутости.
Затем они вернулись за столик, где пропустили еще по литровой кружке крафтового пива, а после Николай поехал провожать Анастасию. Возле подъезда она резко остановилась и притянула его к себе.
– Настя, я…
Она закрыла его рот рукой.
– Ничего не говори.
Ее поцелуи были горячие и требовательные, и Николай не мог не ответить на них.
Они продолжили целоваться в лифте, в тамбуре, в коридоре, постепенно освобождаясь от одежды. Ее полные груди приятно наполняли ладони, и Николай гладил их, заостряя внимание на сосках. Анастасия застонала, и этот звук подхлестнул Николая, лишая остатков благоразумия. Он подхватил Анастасию под бедра, поднял и прижал к стене. Так и держал на весу, пока они избавлялись от напряжения, охватившего обоих.
Утром она спросила:
– У тебя есть женщина?
Николай кивнул.
– Так и думала. – Анастасия потянулась за сигаретами, лежавшими на тумбочке, и закурила.
– Мы с ней расстались, – с запинкой объяснил Николай, – точнее, она меня бросила. Из-за работы. Моей. А недавно вернулась.
– Не оправдывайся. – Она затянулась. – Я без претензий. Мне был нужен кто-то, чтобы почувствовать жизнь. Ты симпатичный, так что подошел. Надеюсь, на наших отношениях это не скажется.
Анастасия протянула руку. Было смешно и странно пожимать руку обнаженной женщине, с которой полночи занимался сексом, но Николай крепко сжал ее ладонь. Перед его уходом Анастасия сварила крепкий кофе и сделала горячие бутерброды.
– В качестве извинения, – усмехнулась она. – И не вздумай признаться своей. Это все ничего не значит ни для тебя, ни для меня.
Возле управления зазвонил телефон: Ольга.
– Где ты вчера был? – без обиняков спросила она. – Я приходила вечером.
Николая пробил пот: никогда не представлял, что придется выкручиваться в подобной ситуации.
– У родителей заночевал, – соврал он.
– Понятно. – По голосу Ольги было неясно, поверила ли она.
– Приедешь сегодня? – как можно беззаботнее спросил он.
– Посмотрю, – сухо ответила она и отключилась.
Николай вспомнил Сэма: тот все время упрекал Николая в легкомысленности и многочисленных любовных связях. Похоже, подозрения бывшего напарника оказались не беспочвенны. Николай усмехнулся: будет что вспомнить на старости лет, хотя… все усложнилось. До вчерашней ночи была ясность в отношениях с Ольгой и Анастасией: одна возлюбленная, вторая друг. Теперь все сделалось зыбким, и при мысли об обеих сладко замирало сердце, а в груди разливалось тепло.
Жаль, что нельзя раздвоиться. Один бы Николай остался с Ольгой, другой переехал бы к Анастасии. И жили бы оба долго и счастливо. И померли бы глубоко за восемьдесят во время секса.
А Сэм хорош… Обещал заглянуть в отдел, проставиться, а сам слинял по-тихому, ограничившись отделом кадров.
– Что-то сдохло? – спросила Женечка при виде
