какой-то убогий кишлак.
В свете яркой луны, на склонах гор виднелись террасы, засаженные какими-то зерновыми культурами. Скорее всего, воду на них, дехкане таскали из полноводной речки Кунар.
Часа через два, впереди показалась довольно большая деревня на сто, а может быть и двести дворов. Как сообщил атлас автодорог, это было селенье Асмар. Как и пограничный Аранду оно находилось на другом берегу. Туда шёл так же шёл прочный мост из бетона.
На дороге, ведущей в Джелалабад, Степан встретил настоящий блокпост, сложенный из бетонных и каменных блоков. К искренней радости парня, на нём не оказалось, ни одного человека.
Скорее всего, всех полицейских из ближайших местечек, начальство отправило в Барге-Маталь. Они должны были арестовать караван с наркотой. Поэтому, здесь никого не осталось.
После Асмара, дорога вдруг стала немного получше. Теперь «Тойота» десантника могла ускоряться до тридцати километров.
Через час сорок пять, справа остался кишлак Карибанда. Впереди парня ждал Асадабад. Судя по карте, это была не деревня, а городок провинциальных российских размеров. Глядя на площадь селения, можно было сказать, в нём проживало до десяти тысяч душ.
Насколько знал парень, здесь, до недавнего времени, располагалась американская военная база. После того, как янки убрались домой, на их место немедленно въехала какая-то афганская часть. Наверняка их патрули регулярно ходили по улицам. Ведь нужно хватать тех бойцов, что ушли в самоволку.
Атлас дорог сообщал, что кроме «шоссе», идущего через центр городка, имелась ещё и простая грунтовка, что обходила его стороной. К этому глухому просёлку и направился парень.
Он проскочил неохраняемый мост, перебрался на противоположный берег речки Кунар и двинулся вниз по течению. Объёхав Асадабад стороной, Степан прошёл ещё одиннадцать вёрст, нашёл поперечный просёлок и снова вышел на главную трассу.
Десантник остановился в неприметном ущелье. Вместе с пресной лепёшкой он быстро съел полукилограммовую банку холодных говяжьих консервов. Запил их водой и отдохнул полчаса.
Во время того перекура, парень включил смартфон, найденный им в бардачке вместе зарядкой. Пароль там отсутствовал. Включить аппарат не составило никакого труда.
Немедленно выяснилось, что все надписи на дисплее шли на, непривычном для глаза, витиеватом пуштунском наречии. Совершенно естественно, что русского в базе компьютера, Степан не нашёл. Пришлось перейти на английский язык.
Справившись с трудной задачей, парень узнал, неприятную новость. Сигнала сети в том месте, к сожалению, не было. Скорее всего, он далеко укатился от городка Асадабад. В горах даже один километр многое значил.
Но и будь у Степана выход в информационную сеть, парень вряд ли что выиграл от такого везения. Во-первых, пойди ещё вспомни одиннадцатизначный номер кого-нибудь из своих сослуживцев с российской воинской базы, стоящей в таджикской глубинке.
Во-вторых, вовсе не факт, что удалось бы с ними связаться. Наверняка там другой оператор сотовой связи. Вовсе не тот, что работал в Афганистане, в данное время.
Пришлось бы переключаться на международный канал, а как это сделать парень не знал. Уж очень он слабо владел языком Альбиона. Единственное, чем аппарат мог помочь, так это показать ему карты земли, снятые спутником. Однако, для этого нужна связь с интернетом.
К тому же, ещё неизвестно, есть ли какие-то деньги на счету телефона? Не пойдёт же он в центр большого селения, чтобы пополнить баланс. Не зная местных наречий и размера оплаты за такую услугу, не стоило так рисковать.
Отключив бесполезный для него аппарат, десантник снова тронулся в путь. Время вплотную подошло к четырём. Час Быка благополучно закончился. Начинался час Тигра.
До Джелалабада было семьдесят пять километров, а оттуда, до столицы страны, ещё сто сорок два. Итого, почти двести двадцать. В России, от Москвы до Рязани, Степан пролетел бы на тачке за два с половиной, самое многое, за три часа. Здесь же, по пыльным просёлкам придётся пилить в два раза дольше, если не в три.
Из лекций инструктора воинской базы, Степан отчётливо помнил, что по числу населения, Джелалабад занимал шестое место в стране. В нём проживало более двухсот тысяч афганцев. Это большой шумный город, где много военных, полиции и разных охранников. Так что, лучше всего объехать его стороной.
После пяти, на пыльной дороге появились машины. Все они были сильно нагружены. На некоторых автомобилях, дехкане висели целыми гроздьями. Скорее всего, они ехали на ближайшие рынки, чтобы продать продовольствие, выращенное своими руками. Изредка мелькали телеги, которые тащили ослы, а то и верблюды.
Движение становилось всё интенсивней. Лихие водилы гоняли, не соблюдая каких-либо правил. Здесь действовал главный закон любой азиатской глубинки: — Кто понаглей, тот и прав. Большое значенье, имел сильный гудок. Чем он громче ревел, тем ты главней на шоссе.
Из потока весьма выделялись грузовики дальнобойщиков. Их здесь называли — шашпáй. Кабины и фуры были расписаны разноцветными красками и увешаны всевозможными, очень яркими штучками. Некоторые машины блистали огнями, как новогодние ёлки.
К удовольствию парня, дорога здесь стала намного ровней. Скорость слегка увеличилась. «Тойота» иногда разгонялась до сорока, а то и полста километров. Зато на всёх перекрёстках происходило столпотворение транспорта.
Приходилось лавировать между другими участниками появившейся пробки и продвигаться вперёд не быстрей пешехода. В этот момент, к нему подбегали афганцы и громко кричали в окно: — Чéрта зи?
Степан знал около пятидесяти слов и выражений, имевших хождение в центральных районах страны. Да ёще мог считать до трёхсот. На языке дари, такое обращение значило: — Куда едешь или идёшь? — мол, подвези.
Не желая общаться с попутчиком, парень им отвечал таким хитрым образом, чтобы никого не обидеть. В местной традиции всё означалось одним резким возгласом: — Зэй! — то есть: — Уйди!
Иначе швырнут тебе камень в окно, а то и пальнут из пистолета вдогонку.
Чуть позже шести, Степан всё же добрался к предместьям Джелалабада. Сержант не доехал пятнадцати вёрст до реки под названьем Кабул. Судя по карте, через водный поток был переброшен довольно внушительный мост по две полосы в каждую сторону.
Большой переход вёл прямо в центр шумного города. Туда, где всегда очень много полицейских с военными и прочих служивых с оружием. Наверняка возле той переправы стояли и блокпосты с пулеметами и бронемашинами. Попробуй сквозь них проскочи.
Десантник сошёл с главной трассы и свернул в правую сторону. Он вывел «Тойоту» на узкий просёлок, что обходил город с севера, и двинулся дальше. Парень хотел вернуться на магистраль в десяти километрах на запад от Джелалабада.
За прошедшие несколько суток Степан очень сильно устал. Сначала, была операция в небольшом кишлаке по захвату железного кейса.
