здесь, – сказал Монг. – Они всё равно быстрее. Лучше так, чем копьё в спину, верно?
Я на миг задержался в седле, обдумывая сказанное. Эта мысль уже приходила в голову.
– А есть разница? – вмешалась Руся. – Ни всё ли равно как умирать.
– Для Вас, неписей, может и никакой, но люди устроены по-другому, – ответил я, пытаясь придумать как в целости покинуть четырёхлапое исчадие тьмы.
Когда неторопливо сполз с блестящего конского крупа, сапоги продавили влажную почву почти по щиколотку. Наваленные за сотни лет чешуйки коры образовали нечто похожее на толстую перину. Вовремя спешились. Если скакать дальше, можно нарваться на трясину. Утопнем быстрее, чем до нас доберутся копья преследователей. У бедра привычно похолодело, но я сдержался выхватить сейчас. Кинжал просится в бой, истосковался по сражениям, крови, слишком редко даю повод. Мы с ним будто одно целое, через многое прошли. Единственный туз в рукаве пригодится позже, а пока… Вытянул саблю и приготовился, ловя каждый звук, каждый хруст из чащи.
– Потом поговорим Русь.
Русана встала позади, положила руки на мои плечи. Сперва хотел прогнать. Мол, нашла время для нежностей, но в груди почувствовал странное тепло. Давно приевшаяся ломота и боль в теле отступали. Обжигающая волна изумрудного света спустилась от плеча, где лежит мягкая ладонь, к ногам, оставляя приятное покалывание.
– Я думала ты ранен, Лёш. Извини что мешаю. Конечно я не мастер по лечению, могу только снимать боль, просто хотела помочь. В битвах я бесполезна, только мешаюсь.
– Да, всё нормально, – ответил удивлённо, а сам раздвинул лопатки, и впервые за долгое время выгнул грудь колесом. – Как раз то что надо.
Будто скинул с плеч баранью тушу, даже простая сабля лежит в ладони твёрже, увереннее. Ну держитесь проклятые гончие, я до вас доберусь! В капусту порублю.
– Что-то слишком тихо, – сказал Монг справа. – Они должны были уже догнать нас. С их то скоростью это легче лёгкого. Странно, как считаешь?
– Может испугались? – спросил тонкий голос позади.
– Нас только зайцы не боятся и то дикие. Другое дело это место. Вы некроманты должны такое чувствовать.
Монг неотрывно смотрел на сомкнутые колючей стеной мрачные деревья, потом осторожно попробовал ногой почву. Узкие глаза сузились до предела, будто так лучше соображается. – Гончие – нежить, им хоть в пекло, лишь бы живые были.
– Значит повезло, Фортуна нам благоволит, – ответил, понимая какую чушь сморозил
– Ну допустим, допустим. Слишком мало информации. Оставайтесь пока здесь и смотрите за конями, а я на разведку. Не нравится мне всё это, лучше бы напали.
Он развернулся и осторожно ступая по жухлой листве побрёл к слабому просвету меж стволов. Я хотел возразить на счёт драки. По мне, лучшее сражение это то, что не состоялось. Правда обычно выходит иначе. Каждый норовит отнять, дать в морду самому богатому или умному и прибрать к рукам что поценнее. Разумеется, всегда есть отговорка. Одним мало платят на работе, у других её нет вовсе. Неужели трудно понять, что вокруг море возможностей.
Когда наш невольный лидер скрылся из виду, я повернулся к Русе.
– Можно тебя кое о чём попросить?
– Конечно мастер. Я для того и отправилась с Вами, чтобы исполнять любые Ваши приказы.
– Кхм… Любые говоришь? Ладно. Привяжи коней вон к тому дереву с особенно длинными колючками. Чувствую, драпанут при первой возможности, а нам ещё неизвестно сколько и в какую сторону идти.
Конь будто понял, зло фыркнул, но повиновался Русе, видимо в памяти крепко засел изогнутый кинжал, от которого мороз по коже. Я взял за узду второго, более покладистого, и тоже зацепил у дерева. Сверху послышалось уханье, хлопанье крыльев. К нам упало несколько чешуек коры и мелких сломанных веток. Надеюсь это просто потревоженная птица.
Мы уселись спина к спине. Руся молчала, а я размышлял о событиях дня. Слишком много свалилось, чтобы вот так, сходу во всём разобраться. Благо скоро ночь, а значит времени предостаточно. С каждой минутой света становилось меньше, а с ним уходило и тепло. Обычно, в такое время игроки сидят по барам, пьют, рассказывают истории о чудесных подвигах. Чудесных, разумеется в их грёзах школьников. Игра на то и игра, чтобы каждый мог погеройствовать. Расхаживать по дремучим чащам, тем более по ночам, дело разбойников и искателей приключений на одно место. Я поёжился, заметил как изо рта пробивается белый пар. Пальцы озябли ещё десять минут назад, а в желудке начал просыпаться какой-то зверь, требуя кабанью ногу под кружку пенного.
– Ладно, – сказал поднимаясь и потирая несуществующий палец. – Так можно всю ночь его прождать. Надо что-то делать, а для начала разбить лагерь и найти поесть.
– Я могу насобирать веток, – подняла Руся руку. – У меня богатый опыт, ну в плане собирать.
Осмотрел хрупкую, как тростинка, девушку. На фоне дремучей чащи выглядит особенно беззащитной.
– Лучше жди Монга здесь, а ветки предоставь мне. Надо же и мне чему-то учиться, – попробовал улыбнуться, но судя по тому, как отпрянула Руся, получилось зловеще.
Сбор хвороста давался с трудом, хотя я достаточно глубоко забрался в лес. Несколько сыроватых палок, что чудом отнял у молодой акации, тому наглядное доказательство. Настроение упало ниже некуда. Думал, бездумная работа поможет отвлечься от проблем. Выходит ошибался. Над головой ухнуло, я пригнулся. С высокой ветки сорвалась огромная птица и рванула под кроны. Разглядеть не успел, темень надвинулась в полную силу. Видел лишь зелёный росчерк, но скорее всего показалось. Кругом и без того полно всяческих огоньков: одни, похожие на крупные изумрудные бусины, движутся по стволам подобно гусеницам. Другие, более бледные, возникают из земли и левитируя поднимаются вверх, где их поглощает мрак. Вспомнив, что наш с Русей скудный лагерь остался далеко за спиной, поёжился и собрался ворачивать обратно, но где-то впереди заиграла музыка. Плаксивая мелодия растянулась как малиновая жвачка, так и подбивая вглянуть на исполнителя хоть одним глазком. В фильмах ужасов герои обязательно пойдут, причём все разом. Там, в укромной засаде, любопытных поджидает маньяк с бензопилой и мачете. Дальше само собой всё по канону: негры в одну сторону, блондинки в другую. Классика жанра.
Я проверил на месте ли кинжал и сабля, подготовил заклинание Призыва Лича на пару с Теневым копьём и решил последовать примеру кинозвёзд. Игноря колючки и глубокие лужи, что запросто могут оказаться трясиной, перешёл с осторожного шага на упругий бег. Музыка стала громче, теперь лад мажорный, хоть танцуй, а я почему-то ускоряюсь, попутно машу кинжалом и саблей, прорубая дорогу. Деревья резко кончились, а под ноги, будто специально подсунули
