не пялится, потому что первое, на что я смотрю – это она. Мерзкая предательница, о чём-то спорящая с Ликой. Тупое чувство в груди мешает нормально воспринимать реальность при взгляде на этих двоих – таких разных с виду, но таких одинаковых. Все они в итоге оказываются суками.
─ Чё-как? ─ Макс подкрадывается, как ниндзя, вытаскивая меня из тьмы. ─ Приуныл, смотрю?
С ним мы тоже знакомы с музыкалки, но из-за развода предков он уехал в Европу, и последний год явно захотел провести тут.
─ Не запаривайся.
─ Слушай, я хотел спросить насчёт Самойловой, ─ и взглядом косит в сторону этой бешеной, пытающейся не запутаться в скакалке.
─ Давай сам, ок? Свахой быть не хочу, тем более, с этой.
Потом ещё проблем не оберёшься. Да и не хочу я быть хоть как-то связанным с её подружкой.
─ Да я не помощи просить. Просто узнать надо, есть ли у неё кто, ну и всё такое, ─ строит бровки домиком.
─ Вроде нет. Но и ты учти – не вздумай её кинуть, ─ предупреждаю, ловя себя на мыслях совсем о другой девчонке.
─ Фигня вопрос, брат, ─ жмём руки, и я погружаюсь в тренировку, но весь фокус внимания направлен в другую сторону.
Мысли, как пираньи, клюют мои внутренности, не давая думать. Как одержимый раз за разом прокручиваю наши беседы в сети, когда эта дрянь спокойно доверяла Джокеру то, что не могла доверить мне.
Мне, блять!
Рассказывала, что ей нравится из музыки, и что верит в реинкарнацию, а ещё боится упустить что-то в жизни, не оставив после себя ничего. Что животных понимает больше, чем людей, что любовь существует одна и на всю жизнь, и как бы слащаво-романтично всё это ни звучало, в этом мы с ней совпали.
Да вообще во всём совпали, как кусочки разбитого вдребезги зеркала.
Я дожил до того, что ревную сам к себе и сам себе по-чёрному завидую, просто потому что не могу поговорить с ней по-нормальному. И никогда не мог. Но спрятавшись за образом киношного психа, которого никто не понимает, я отделил себя от него, забыв, чего хотел изначально.
И вот, куда меня это привело…
Сука, почему в этот раз ещё больнее, чем с Ликой?
От досады мяч, который я собираюсь направить прямиком в корзину, летит совсем в другом направлении, но понимаю это слишком поздно.
─ Ты слепой или косорукий? ─ кричит на весь зал.
Ауч, прям по больной ноге влетело, сбивая какое-то движение, и совесть тут же стучит мне по башке.
Дёргаюсь вперёд, но засранец во мне не позволяет дать слабину. Он хочет поглумиться, как эти курицы, хихикающие над падением своей врагини, которую сами возвели в этот статус.
─ Не стой под стрелой, Мими, ─ салютую, получая в ответ такой же жесть средним пальцем под типичный гогот моей стаи, и вот она снова в строю, невзирая на боль.
Я урод.
Жаль, что она меня чуть не придушила сегодня.
─ Что с тобой происходит? ─ допытывается Слава.
Он уже пробовал со мной поговорить, только мне не разговоры нужны. Мне нужно спустить пар. Убить это дикое напряжение во всех мышцах, но ничего не выходит. Во всех девицах теперь упрямо вижу её, не тону в их глазах, захлёбываясь эмоциями, не брежу жаждой впиться губами в их силиконовые губы, и уж точно не запускаю руку в штаны с мыслями о посторонних девках.
─ Забей.
Уроки пролетают мимо, а я как в тумане. Не реагирую ни на что, и в кои-то веки завидую брату – он явно не парится о том, что там с его чувствами творят, пока он отдыхает. Кажется, на моей стороне скоро совсем никого не останется.
* * *
Жду своей участи у кабинета классного.
Мог бы свалить и забить на наказание, но слишком не терпится побыть наедине с гномом. Наверное, я совсем потерял всякие ориентиры, раз готов даже вытерпеть всё это, только чтобы снова увидеть ненависть в её глазах.
Как они блестели, когда она открыла шкафчик…
От одной только этой мысли Царёв-младший пугает меня своей активностью, поднимаясь и натягивая ширинку, а потом я поднимаю взгляд и вижу это мелкое проклятье, из-за которого извёл столько резинового добра.
Чуть прихрамывает, но стоит ей заметить меня, делает вид, будто всё нормально. Боец нахрен. Следом и учитель заходит, глядя на нас двоих, как на несмышлёнышей, явно решая, как лучше испытать нашу психику на прочность, и вот, собравшись с мыслями, наконец, стреляет:
─ Я бы с радостью заставил вас устроить уборку или что-то в этом духе, но мне почему-то кажется, что с вас станется разнести всё ещё больше. ─ О, да… ─ Поэтому останетесь здесь и напишете по десять качеств, которые вам нравятся друг в друге. У вас час.
Десять качеств? Ха, я могу больше, но вряд ли это цензура пропустит.
─ Не запирайте нас с ним! ─ гном умоляет почти, а мне смешно.
─ Прости, Миш, но пока вы не решите свои разногласия, не выйдете. Кстати, с днём рождения, ─ улыбается.
Как бы я ни относился к Евгеньичу, а он явно на моей стороне, потому что сваливает очень быстро, поворачивая ключ в двери, хотя, права такого не имеет. Впрочем, в этой школе у учителей вообще мало прав, и такое бунтарство с его стороны мне даже нравится.
─ Что, на свидание опоздаешь?
─ Отвали, упырь, ─ тяжело дышит и мечется по классу, как тигрица, бросив свой рюкзак на парту.
Оттуда вдруг выпадает какая-то подарочная коробка, и, заметив потерю, Мишаня спешит забрать её, вот только я быстрее.
─ А это что?
Не стесняюсь открыть, обнаруживая внутри цепочку с интересным кулоном, выполненным, походу, из бисера. Я не знаю, как эта умелица сумела сотворить морду мини-Джокера в виде черепа со всеми деталями, но вау…
─ Отдай, ─ тянется, но отдавать я это не хочу – моя прелесть.
─ Для кого смастерила?
Я знаю ответ, и от этого только хреновее.
Спасибо, что не для своего ухажёра со свисающими яйцами. Как представлю, что он с ней мог делать, блевать охота, а потом как следует встряхнуть эту дуру, чтобы одумалась, что творит.
─ Для того, кто этого заслуживает, ясно? ─ опять кривит мордашку, и мне хочется позлить её сильнее.
─ Тогда я точно заслужил.
Отжимаю цепочку, как мой батя делает с
