Слепой ужас пронзил ее тело. Мэри закричала, рванулась в сторону и прижалась спиной к стене. С ложки, которую она держала как нож, капал соус. Вульф смотрел в совершенно белое лицо.
Он стиснул зубы. В молчании они смотрели друг на друга, время словно остановилось. Ложка с грохотом полетела на пол.
– О Боже, прости, – проговорила она срывающимся голосом и спрятала лицо в ладони.
Вульф обнял Мэри, запустив руку в ее волосы и прижав голову к груди.
– Ты подумала, что это снова он?
Мэри вцепилась в него в попытке отогнать страх. Это произошло снова, захватило врасплох и вдребезги разбило самообладание, которым она сдерживала черные воспоминания. Когда рука Вульфа коснулась ее плеча, на мгновение она очутилась снова в том кошмаре. Холод пробирал до костей. Мэри хотела окунуться в его тепло, и позволить настоящему отогнать отвратительные воспоминания о прикосновениях другого мужчины.
– Не надо бояться, – прошептал Вульф в ее волосы. – Здесь ты в безопасности.
Но он знал, что прикосновение со спины для нее связано с кошмаром. Как же избавить Мэри от страха, чтобы она снова стала свободной?
Мэри взяла себя в руки и отодвинулась. Вульф не стал ее удерживать, понимая как это для нее важно. После ужина и занятий с Джо, казалось, она совершенно успокоилась. Единственным признаком напряжения оставалось загнанное выражение, которое время от времени появлялось в ее глазах и которое подтверждало, что ей не удалось избавиться от страшных воспоминаний.
Но когда они легли в кровать, Мэри повернулась к нему с прежним желанием. Ласки Вульфа не оставили места ни для тягучих воспоминаний, ни для остатков страха. Ее тело и душа были заняты только им. Потом она безмятежно спала в ласковых объятьях до самого рассвета, пока он не разбудил ее и не подмял под себя снова.
Мэри прекрасно осознавала временность связи с Вульфом и присутствия в его доме. Он не раз говорил прямо, насколько она желанна. Но словами желания, а не любви. Ни одного слова не сорвалось с его губ в ответ на ее признания в любви, когда они сгорали от страсти, а она повторяла их вновь и вновь. Вульф легко покинет ее жизнь, когда лихорадка желания пройдет. Оставалось готовиться к будущему без него и брать все возможное от настоящего.
Мэри понимала, что Вульф привел ее в свой дом больше для защиты. Временно. Она также понимала, что для школьного учителя не может быть ничего скандальнее, чем делить дом с местной черной овцой. Именно так горожане расценят ее поведение, если узнают, где она прячется. Риск был огромным, но она решила, что игра стоит свеч. Если она потеряет работу, то найдутся другие места и другие школы. Другого любимого не будет. За двадцать девять лет жизни она ни разу не почувствовала даже малейшего интереса или волнения к мужчине. Некоторые влюбляются раз и навсегда, и, похоже, она одна из них.
Только в машине по дороге в школу и обратно Мэри позволяла себе беспокоиться о будущем. В остальное время, рядом с Вульфом, она не желала тратить впустую ни секунды. С ним она чувствовала себя живой и полной силы.
Беспокойство о Вульфе и Джо не оставляло ее ни на минуту. Она знала, что Вульф упорно ищет напавшего на нее мужчину, и опасалась за безопасность любимого. Не позволяла себе даже думать о том, что он может пострадать. И Джо – не беспомощный малыш. Он слишком похож на Вульфа, что говорит о многом. Осторожный, расчетливый, как будто постоянно перевыбирает один из вариантов действий, пока не остановится на самом подходящем. Мэри не удалось заставить юношу раскрыться, и это ее расстраивало с самого начала знакомства.
Джо смотрел в оба. Он попросил Пэм быть осторожнее, чем обычно, и ни в коем случае не ходить одной. Однако всегда оставался шанс, что она проявит небрежность. Джо несколько раз показался на улицах в полном одиночестве, но ничего не происходило. Город затаился, хотя чувствовалась нервозность. Он пришел к тому же, что Вульф понял давным-давно: не имея серьезных зацепок, оставалось приготовиться, затаиться и ждать, когда парень сделает ошибку.
Джо предупредил отца, что собирается пойти с Пэм на танцы. Вульф окинул сына пронизывающим взглядом.
– Ты понимаешь во что ввязываешься?
– Вполне.
– Береги спину.
Краткий совет вызвал у Джо легкую усмешку. Вполне вероятно он делает большую ошибку. На танцах может случиться безобразная сцена, но он обещал пойти с Пэм и выполнит свое обещание. Придется быть вдвойне осторожным, но, проклятье, как хочется положить руки на ее тонкую талию и повести в медленном танце. Да, он скоро уедет, о серьезных отношениях и речи не идет, но девушка притягивала так, что не было сил сопротивляться. Он затруднялся объяснить свои чувства. И пусть они недолго продлятся, но именно теперь ему это необходимо.
***
Пэм нервничала, когда Джо за ней заехал. Пытаясь скрыть волнение, она говорила слишком быстро и слишком громко. Джо прижал палец к ее губам.
– Я все понимаю и тоже волнуюсь.
Она откинула голову, освобождая рот.
– Я не волнуюсь. Все будет в порядке, вот увидишь. Мы с ребятами договорились.
– Тогда почему ты так нервничаешь?
Она отвела взгляд и прочистила горло.
– Ну… Мы с тобой впервые идем вместе. Я вдруг почувствовала одновременно и волнение, и испуг, и возбуждение.
Он на несколько минут задумался, тишина заполнила салон машины. Наконец сказал:
– Могу понять возбуждение и волнение. Но почему испуг?
Настала очередь Пэм надолго задуматься. Она немного покраснела и ответила:
– Потому что ты не похож на всех нас.
Вокруг рта Джо образовалась мрачная складка.
– Знаю, ведь я – полукровка.
– Не поэтому, – резко ответила она. – Ты кажешься старше всех остальных. Вроде ребята в классе одного возраста, но внутри ты взрослее. Мы – обычные люди. Все останемся здесь и пойдем по пути, которым шли наши предки. Женимся и выйдем замуж за таких же людей и останемся в нашем или соседнем округе, заведем детишек и будем счастливы. Только не ты. Ты поступишь в академию и не вернешься. Будешь иногда навещать отца, но не останешься навсегда.
Джо удивился, как точно она связала концы с концами. Действительно, он чувствовал себя намного старше ребят того же возраста. И точно знал, что не вернется на ранчо. Он видел себя бороздящим небо на скорости два маха[9] и оставляющим во вселенной только инверсионный след.
Они молчали оставшуюся часть пути. Джо припарковал пикап среди похожих грузовичков, среди которых затесались нескольких седанов, и приготовился к возможным неприятностям.
Он был готов почти ко всему, но не к тому, что получилось на самом деле. Когда они с Пэм вошли в старое ветхое здание, в котором проводились танцевальные вечера, на мгновение все вокруг замерло, подозрительно затихло. Только со следующим ударом сердца шум поднялся до привычного уровня, присутствующие вернулись к собственным разговорам. Пэм взяла Джо под руку и слегка сжала.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
