Она проехала всего несколько шагов, когда увидела выходящего из леса Талорка. Он был весь в крови, что говорило о том, что он, скорее всего, боролся с еще одним кабаном. Гуайэр как-то сказал ей, что дикие свиньи иногда бродят группами.
Талорк защищал ее, и, так же, как и огромный волк, он явно выиграл свой бой. Прежде чем нырнуть в озеро, он как-то странно на нее посмотрел.
Он купался в озере, пока не смыл с себя всю кровь.
Абигейл тем временем удалось заправить свой плед. Одеваясь, ее муж не произнес ни слова.
— Ты не ранен? — спросила девушка. Она ничего такого не заметила, но хотела быть уверенна.
Сжав челюсти, Талорк покачал головой.
— Ты видел волка? Я думаю, что зверь спас мне жизнь. — Абигейл закусила губу. — Не то чтобы ты не сделал этого. Ясно, что ты боролся с кабаном в лесу, когда еще один выбежал на поляну.
— Еще один?
Она кивнула, и указал на кровавую тушу:
— Вон там.
В течение нескольких напряженных секунд Талорк смотрел на Абигейл, но промолчал.
Она провела годы в тишине, но в это мгновение чувствовала себя не в своей тарелке.
— Мне нужно пересмотреть свои взгляды на волков. Найэл сказал мне, что серый волк, которого я встретила возле горячих источников, никогда не сделает мне больно. Ты, вероятно, считаешь меня сумасшедшей, но я считаю, что тот серый волк помог тебе сегодня защитить меня.
— Так и было.
— Ты тоже знаешь этого волка? Он что, талисман для клана или как?
— Талисман? Нет.
— Но он друг для клана.
— Можно и так сказать.
Абигейл кивнула, желая, чтобы муж не выглядел столь суровым.
— Как ты думаешь, что заставило кабана напасть?
— Сейчас у них брачный сезон. Наше присутствие, возможно, было единственной причиной.
— Ох.
Талорк отвернулся и направился к своему коню. Абигейл последовала за ним, теряясь в догадках, почему муж так себя ведёт. Они были так счастливы до того, как на них напали кабаны. Ей было горько в этом признаваться, но Талорк казался сердитым. Хотя он и не показывал этого открыто. Это было похоже на ярость, кипевшую под поверхностью, и она не понимала причины.
Было ли это потому, что он считал, что не приложил достаточно усилий, чтобы защитить ее? Если бы серый волк так и не появился, кабан вполне бы мог растерзать ее. Талорк был тем человеком, который мог разобраться с кем угодно, даже с диким кабаном. Он часто поступал так, как будто считал, что только он несет ответственность за безопасность и благополучие своего клана.
Он был намного более требовательным к себе и своим воинам, чем любой английский барон, о котором она когда-либо слышала.
Их путь обратно в замок проходил в полной тишине. Несмотря на то, что они сидели близко друг к другу, Талорк держался на расстоянии от нее, построив между ними какую-то невидимую стену отчуждения. Абигейл не пыталась заговорить, не зная, что сказать. Она только хотела понять, почему Талорк так расстроен.
Когда они вернулись в замок, он повел ее прямо в большой зал. Она с удивлением обнаружила нескольких его элитных воинов, сидящих за одним из банкетных столов. Ужин закончился уже несколько часов назад, а воины обычно не заходят сюда в этом часу. Здесь были Найэл, Барр, Ирк, Финн и Айрил, а также хмурый Осгард.
Уна подавала воду и медовуху для сидящих воинов, и прежде, чем стремительно покинуть зал, в недоумении оглянулась на Абигейл.
Гуайэр также был там, стоя на другой стороне зала, и выглядел столь же озадаченным от присутствия в зале других мужчин, как и Абигейл.
Они с Талорком остановились в центре зала.
— Повернись спиной к воинам, — приказал он.
— Что? Почему? — спросила Абигейл, прикусив нижнюю губу. Повернуться спиной к воинам было подобно катастрофе в безмолвном мире Абигейл.
Гнев кипел в пристальном синем взгляде Талорка:
— Просто сделай это!
Она не поняла его просьбу, и это ей очень не понравилось, но сейчас было не время, чтобы спорить.
Надеясь, что он не будет говорить, пока она стоит спиной к нему, девушка отвернулась. Талорк повернулся и стал так, чтобы ему было видно и воинов, и ее лицо. Из-за того, что Гуайэр стоял отдельно от остальных, его лицо было единственным, которое она могла видеть.
С плохим предчувствием, Абигейл вдруг осознала, что может произойти. В животе похолодело, руки увлажнились, а голова начала гудеть и кружиться от страха. Она не могла заставить себя разобраться, что происходит, потому что боялась, что уже знала ответ.
Абигейл проходила испытание, а если то, что она подозревала правда, то все ее усилия скрыть правду потерпели поражение, и сейчас ее тайна будет безжалостно раскрыта. Она могла бы притвориться, что "слышит" все, что Талорк говорит своим людям за ее спиной. Она могла бы продолжать лгать, но у нее уже не осталось сил хитрить и выкручиваться.
И это, вероятно, не сработает в любом случае.
Когда Гуайэр уставился на нее, весь ужас понимания отразился в его обычно теплых, зеленых глазах. Ужас сменился явной жалостью, и Абигейл почувствовала, как все краски сбежали с ее лица.
Талорк знал. Они все знали. Ее секрет был разоблачен.
Каким-то образом Талорк узнал правду об изъяне Абигейл еще на берегу озера, и он привез ее сюда, чтобы подтвердить свои подозрения на глазах у его воинов. В глазах девушки потемнело, невероятная слабость охватила ее, но она отказывалась поддаваться ей. Она ни за что не упадет в обморок.
Но ей пришлось сделать несколько глубоких вздохов, прежде чем ее тело пришло в согласие с разумом.
Боль прошла сквозь нее, и Абигейл повернулась к мужу с немой мольбой во взгляде.
Но в его взгляде она не увидела милосердия. Лицо Талорка так потемнело от гнева, что она вздрогнула и отступила от него подальше.
Выражение отвращения исказило его черты.
— Неужели ты, так много о себе скрывая, не узнала хорошо меня? Я никогда бы тебя не ударил.
Слова Талорка больно жалили, но выражение лица было жестким и ранило еще больше.
Все случилось так, как она и боялась. Он узнал о ее глухоте, и теперь ненавидит ее. Она не была совершенна, с изъяном, и он не хочет ее больше. Как и Церковь, он считал ее немощь, заслуживающей наказания, а не сострадания.
— Ты глухая, — проговорил Талорк с явной неприязнью в голосе, тем самым подтвердив ее страхи.
Надежда полностью покинула Абигейл, оставив в душе пустоту. Пришло время для признания и правды.
— Я…
— Только не смей мне лгать, — процедил Талорк, прерывая ее. — Хотя это все, что ты делала с момента нашей встречи.
Абигейл отрицательно покачала головой… Это было не так. Она скрывала своё несчастье, но она, ни в чем больше ему не лгала. Никогда.
