постучи по прутьям, вот так, — я трижды размеренно стукнул по перилам лестницы. — Всё запомнил?
— Не извольте беспокоиться, ваше сиятельство, — Гаврила очень похоже повторил мой стук. — Исполню в точности. — Надел картуз и утопал выполнять задание.
— А ты там, на чердаке, слушай внимательно, — приказал Джонатану я. — Как Гаврила постучит по решётке, заберёшь корзинку. Скажи Свете, чтобы открыла слуховое окно, корзинка в него как раз пролезет. Задача ясна?
Джонатан гаркнул по-чаячьи и испарился. А я поспешил на урок.
В обеденный перерыв побежал в библиотеку.
— Э-э-э, — озадачился библиотекарь.
— Что-то не так? — я сделал каменное лицо.
— Нет-нет. Ничего.
Библиотекарь отметил в формуляре три любовных романа и яркий журнал с картинками: «Вязание крючком и спицами для начинающих».
— Костя?..
Вот, всё-таки у некоторых людей врожденный талант — попадаться тебе навстречу тогда, когда ты меньше всего жаждешь их увидеть!
— Здравствуй, Полли. Прекрасно выглядишь, — я попытался обойти Полли на лестнице жилого корпуса.
Принесла же нелёгкая! И что она тут делает? Погода — в кои веки хорошая, после обеда все свалили в парк.
— Благодарю… Что это у тебя? — сбить себя с толку Полли не позволила.
Так и впилась в книги, которые я нёс, любопытным взглядом.
— Да вот… Решил почитать на досуге.
— Дамские романы?
— А почему нет? Хочу научиться получше разбираться в женщинах.
Полли фыркнула.
— Мог бы проконсультироваться относительно содержания! Я бы подсказала тебе, с чего следует начинать. То, что ты взял — такая пошлость и банальщина…
— Ничего. Не понравится — отнесу обратно. И в следующий раз, конечно, проконсультируюсь с тобой.
— О, с удовольствием! Подожди… — глаза у Полли расширились ещё больше. Она заметила журнал. — Вязание крючком и спицами? Серьёзно⁈
— А что такого? Могу я обзавестись хобби? Работа у меня нервная, а рукоделие, говорят, успокаивает.
— Можешь, разумеется. Но… Ты хотя бы представляешь, где продаются пряжа и прочие принадлежности для вязания?
— Нет, — честно сказал я. — Но это не страшно.
Главное, чтобы Надя представляла…
— Послушай, Полли! — меня осенила ещё одна идея. — Ты не могла бы одолжить мне проигрыватель? Ненадолго?
Полли удивилась ещё больше. Но пробормотала:
— Конечно. Пожалуйста… Честно говоря, я о нём и позабыла. Стоит в комнате, пыль собирает. А зачем он тебе?
— Буду заполнять пробелы в знании современной музыки. А то до того замотался по служебным делам, что скоро со мной поговорить будет не о чем.
— О, — восхитилась Полли. — Что я слышу⁈ Бравый капитан Чейн заинтересовался чем-то, кроме государевой службы?
Я, как сумел, изобразил смущение.
— Обожди здесь, — Полли благосклонно кивнула и скрылась у себя на этаже.
Через минуту вернулась, неся проигрыватель и стопку пластинок.
— Вот, пожалуйста.
— Спасибо! — я подхватил то и другое и зашагал вверх по лестнице.
— Я всегда готова прийти тебе на выручку! — прокричала мне вслед Полли. — Если хочешь, мы могли бы вместе послушать музыку!
Я затопал по лестнице громче и быстрее. Вот чего мне сейчас точно не хватало, так это прослушивания музыки в компании Аполлинарии Андреевны.
* * *
— Что это? — Света заинтересованно разглядывала проигрыватель.
— Сейчас узнаешь.
Я поставил иголку на пластинку. Из небольшой трубы полились звуки фокстрота.
— О… — Света зачарованно смотрела на проигрыватель.
— И вот еще, — я высыпал на постель, которую Света соорудила из перины и одеяла, любовные романы. — Это чтобы тебе не скучать. Поела?
Я заглянул в корзинку, стоящую возле импровизированной кровати.
— Я съела даже не всё! Там ещё осталось!
— Ничего себе, — восхитился я. — Ну, по крайней мере, теперь мы знаем, сколько еды тебе требуется. Три стандартных порции шпалоукладчика.
— Что?
— Ничего, не бери в голову. Всё, побежал. Вечером навещу. И еды на ужин принесу.
Вечером после занятий я позвонил домой. Попросил Надю привезти мне какие-нибудь ненужные туфли и принадлежности для вязания.
— Костя, — забеспокоилась сестра, — с тобой всё в порядке?
— В полном, — заверил я. — Это нужно для маскировки. Дело государственной важности. Привезёшь?
— Ну, я попрошу Вову. А что…
— Спасибо, сестрёнка! Вове — привет, — я повесил трубку.
Забежал в людскую к Гавриле. Тот передал мне корзинку с ужином и пообещал, что завтрак притащит ещё до подъема.
Утром, когда я поднялся на чердак, оказалось, что за ужином Свете хватило половины того, что принёс Гаврила. То есть, порции постепенно сокращались.
Проигрыватель исполнял вальс. Света сияла, как начищенный пятак. В буквальном смысле — её свечение заметно усилилось. Похоже, организм Светы, или как уж это у неё называлось, постепенно приходил в норму.
— Смотри, Костя! — воскликнула она. — Смотри, как я научилась!
Света закружилась под музыку. На вальс танец походил мало, зато исполнялся от души и с экспрессией.
— Прекрасно, — одобрил я. — Не скучаешь?
— О, нет! Мне, кажется, никогда прежде не было так хорошо!
— Ну и слава тебе, господи. Хоть кому-то хорошо, — я подавил вздох.
Вспомнил о предстоящей на первом уроке лабораторной работе, которой грозил Платон.
— Давай, набирайся сил. Они тебе ещё пригодятся.
Навестить Свету в обед не получилось. Поднявшись по чёрной лестнице до третьего этажа, я обнаружил, что на лестничной клетке ругаются две наставницы — тётки, приглядывающие за курсантками. Решил, что лишний раз мелькать у них перед глазами не стоит, а невидимым становиться не умел.
Ничего. Зайду к Свете после отбоя, тогда уж здесь точно никого не будет.
После отбоя я выскользнул на лестницу. Поднялся к решётке, взялся за замок. И сердце ушло в пятки.
Замок не был заперт. Ручка просто накинута сверху, от тела замка она отделилась без труда.
Я точно помнил, что замок запирал.
Первая паническая мысль — Свету обнаружили. Кто, при каких обстоятельствах — с этим будем разбираться позже. Сейчас меня больше беспокоило другое: если её обнаружили, почему Джонатан не примчался ко мне? Когда Света объелась теста, фамильяр меня даже в императорском дворце отыскал.
Неужели… Я похолодел. Я не знал предела сил Джонатана. Но и где находится этот предел у Юсупова, тоже не знал.
На моей руке засветилась цепь. Я заставил её погаснуть и принялся тихо подниматься по ступенькам. Кто
