После нескольких попыток я сдалась и свалилась на пол. Меня все еще мучила одышка, но из-за боли я не могла встать. Ничего же не изменилось! Боль не стала сильнее, но моя чувствительность повысилась. Я это чувствую.
Я взялась за голову, когда мне пришла в голову нелепая мысль. Тот сон не давал мне покоя. Часть меня не отпускает жизнь в нем. Для нее она была реальностью. Но это невозможно. Это бы многое объяснило, но я отказываюсь в это верить.
Боковым зрением я заметила что-то странное. На моей прикроватной тумбочке лежал шприц, жгут, спирт с ватой и две ампулы. Как я могла этого не заметить? И зачем мама оставила это здесь? Анальгетики уже давно не помогают справиться с болью. Я это знаю, но мне почему-то все равно хочется сделать инъекцию. Боль не дает мне покоя, и я сейчас готова на все, что угодно, чтобы ее снять.
Я собрала все свои силы и ринулась к этой тумбочке. Скорее всего, это все будет напрасно, но сегодня очень странный день, и я должна попробовать. Стоя на коленях, я начала быстро открывать ампулы дрожащими руками и набирать содержимое в шприц. Смочив несколько ват спиртом, я взялась за жгут и сжала им плечо. Я провела несколько раз локтевой сгиб ваткой и взяла шприц. Вену я нащупала почти сразу и ввела в нее иглу. Удивительно было то, что в этот момент я была спокойна. Боль никуда не ушла, но моя рука не дрогнула. Убедившись, что я попала в вену, я сняла жгут зубами и ввела анальгетик.
Я кинула шприц и сторону и начала ждать. Я сама над собой смеялась из-за надежды, которая во мне зародилась. Надежды, которая не оправдывается. По крайней мере, в моей жизни. И на них надеяться, только делать себе подножку. Но каково было мое удивление, когда я почувствовала небольшое облегчение в голове. Я медленно начала скатываться на пол в наслаждении, словно приняла дозу героина. Хоть анальгетик и не снял боль, но здорово ее уменьшил. Они же мне никогда так не помогали!
Я выбросила все мысли из головы. Я не хочу сейчас об этом думать, почему и как это произошло. Важно лишь, то мне стало легче. С такой болью я уж точно смогу справиться.
Я встала и вышла из комнаты. Мне все еще трудно было дышать, поэтому я решила постоять на балконе и подышать свежим воздухом ради такого случая. Неизвестно, что случиться дальше и представиться ли еще такая возможность. Завернув направо, я попала в большую гостиную. Здесь было практически все. Кресло, диван со столиком, на котором лежали какие-то документы и папин ноутбук, плазменный телевизор с колонками, который висел напротив дивана. Но большую часть комнаты занимала папина библиотека. Он так любит читать, что каждую неделю пополняет ее новой книгой. Лет через пять ей понадобиться отдельная комната. Я подошла к книжным полкам и провела по нескольким книгам рукой.
- Не волнуйтесь, - улыбнувшись, обратилась я к книгам. - Когда моя комната освободиться, вам больше не придется здесь тесниться.
Это было довольно грустно, но я старалась не думать об этом. Я изменила направление к балкону. Сегодня было солнечно, и ничто не предвещало ветра, но как только я открыла дверь, поток воздуха ворвался в комнату и всполошил все, что только можно, в том числе и папины документы на столике. Я выругнулась и поспешила закрыть балкон. Там, возможно, что-то важное, а сейчас все листочки раскиданы по комнате. От волнения немного вскружилась голова. Я попыталась успокоиться и начала собирать листочки. Опустившись на колени, я почувствовала резкую боль в суставах и моментально встала. Видимо, лекарство долго действовать не будет. Но главное, что оно действует. Остальное уже не так важно. Я начала собирать листочки, за которыми не нужно наклоняться. Застрявшие в пальме, за телевизором, на столике, в книжных полках. Подойдя к книгам, я не могла не остановиться на одном листочке. Не знаю, чем он привлек мое внимание, но я решила его прочитать.
Кровь хлынула резко в голову, и у меня потемнело в глазах. Я уронила на пол листочки, которые до этого собрала. Я снова почувствовала себя, как во сне. Развод. Это документы на развод. Не верю. Не может быть. Я разорвала этот листок в клочья и начала пятиться назад.
У нас был очень скользкий паркет, особенно когда ты в носках. И именно в этом момент я поскользнулась и упала прямо на стеклянный столик. Последнее, что я слышала, это звук разбитого стекла.
Я начала приходить в себя. Открыв глаза, я ничего не увидела. Одна беспросветная тьма. Осознав это, я неуклюже встала. Мысль о том, что я могла ослепнуть, поразила меня. Я помню, как я упала на столик.
- Тут есть кто-нибудь? - дрожащим голосом звала я. Но мне никто не ответил. Родители должны были уже вернуться. Если я ударилась настолько сильно, что ослепла, то в бессознательном состоянии я должна была пролежать продолжительное время. Почему ко мне никто не пришел? Где родители? Неужели, с ними что-то случилось?
К моему удивлению, я не была так расстроена, шокирована или омрачена. Мое безразличие объяснялось подарками, которая постоянно преподносила мне судьба. Мое состояние ухудшается постепенно, по какой-то определенной прогрессии. Я умру в медленных муках от полиорганной недостаточности. Я уже в этой стадии, и после нее все закончиться.
Я сделала первый шаг, надеясь наткнуться на что-нибудь и по памяти добраться до своей комнаты. Лягу обратно в постель и буду ждать и надеяться, что родители скоро придут.
Второй шаг, третий... Пока только пустота окружала меня и ничего больше. Четвертый, пятый... Я уже начала беспокоиться. Как так получается, что я ни на что не могу наткнуться! Комната у нас не настолько просторная. Шестой, седьмой... Мне хотелось закричать, но дрожащие губы выдавили лишь всхлипывающий стон. Раньше это могло показаться странным, но я начала молиться, чтобы я оказалась слепой. Черная пустота вокруг намного хуже боли, страданий и даже смерти. Здесь ничего нет, и душа может в ней затеряться настолько, что больше не найдет дорогу обратно.
Я больше не делала шагов, а просто стояла на месте. Я прокрутила в голове все, начиная с моего пробуждения сегодня утром и заканчивая данным моментом. Этот сон, действие лекарства, внезапный ветер, развод - все казалось таким странным и... спланированным. Я не могла найти объяснение происходящему, но я видела последовательную цепочку и не могла поверить в происходящее. И стекло. Когда я проснулась, я не чувствовала его. Его не было. Все казалось таким очевидным и, одновременно, запутанным. Но если я под собой не чувствовала стекла и, в принципе, не чувствую ничего вокруг, то...
- Арина, - услышала я тихий детский голосок у себя за спиной.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
