мой муж где-то там, рискует своей долбанной жизнью, а тот, кому я готова доверить эту самую жизнь находится здесь со мной!
— Куда он поехал? — процедила я, — что все это значит, Олег?
— Он поехал к Архипову, — также спокойно ответил Олег.
По спине прошелся холодок, кровь в жилах мгновенно заледенела и, если раньше я не знала, что такое страх, то сейчас в полной мере ощутила его на собственной шкуре. Он ведь его убьет, и Дима это знал, знал и все равно поехал. Ненавижу, всех их ненавижу за то, что приручили, а потом оставили, каждый из них, сначала родители, потом Саша, а теперь еще и Дима, господи, как же я их всех ненавижу.
— Ты должен быть с ним, — произнесла я осипшим голосом, — почему он уехал без тебя?
— Потому что он так решил, Саша, — отвернувшись от меня произнес Олег, — ты думаешь мне легко было его оставить? Он мне, как брат, но я уважаю его решение.
— И что? — спросила я, — мы просто будем ждать?
— Да, Саша, — кивнул он, — мы будем ждать.
— Нет, я так не могу, я должна….
— Прекрати истерику, Александра, — рявкнул Олег, — сядь, — поднявшись, он уступил мне свое место, а сам обошел стол и устроился рядом с женой, которая все это время тактично молчала.
— Ты ему сейчас ничем не поможешь, — продолжил Олег, — только помешаешь, он слишком привязан к тебе, Саша, поэтому сейчас ты должна быть как можно дальше от него, помнишь я говорил тебе, про слабое место — ты его самое слабое место.
Конечно, в словах Олега была логика, все мои действия сейчас продиктованы эмоциями, Саша бы меня обязательно отчитал, он мне шесть лет твердил, что голова должна всегда должна оставаться холодной. Но как, как мне оставаться спокойной и сосредоточенной, когда Дима рискует своей жизнью, а я ничем не могу ему помочь?
— Зачем он поехал к Архипову? — спросила я, стараясь собраться с мыслями.
Олег молчал, а я не понимала, что такого в моем вопросе и почему он не может ответить прямо, ведь это не сложно. Он ведь знает, что мне можно доверять, Дима ведь доверяет, так что же такого должно было произойти, что сейчас он молчит, будто воды в рот набрал?
— Значит так, — твердо произнесла я, — либо ты мне все рассказываешь прямо сейчас, либо я встаю и еду за ним, автомобиль ведь наверняка отслеживается?
Я не блефовала, мне было совершенно плевать, если сейчас он мне ничего не скажет, я сделаю то, что считаю нужным.
— Диме нужно признание Архипова, — нехотя ответил Олег.
— Признание, что все происходящее его рук дело? — поинтересовалась я, — но зачем, все ведь ясно?
— Нет, Саша, — покачал головой Олек, — ему нужно, чтобы Архипов признался в убийстве твоего отца.
— Что?
Я не верила своим ушам, слова Олега эхом отдавались у в голове. Архипов был тем, кто убил моего отца? Это он стоял за спиной Марго? И вот здесь воспоминания обрушились на меня взрывной волной, я вспомнила, где видела его раньше, ну, конечно, он ведь приезжал к нам с мамой, примерно за год до ее смерти, представился другом отца. Папа был в бешенстве, когда узнал, а после Архипов не раз заявлялся в дом отца. Значит это он, сначала мой отец, теперь мой муж.
— Но как, откуда? — я все никак не могла составить нормальное предложение, мысли хаотично сменяли одна другую.
— Как Дима узнал? — догадался Олег.
Я кивнула.
— Твой муж не идиот, сложил два и два.
А вот я, похоже, идиотка, даже несмотря на все старания Саши, потому что Дима догадался, а я нет. И теперь он там, с этим ублюдком, выбивает признание и неизвестно, вернется ли ко мне живым. Как можно было быть такой непробиваемой дурой, это ведь элементарно, Архипов, Марго, Матвей. Я бы догадалась, поняла бы, если бы вчера не дала волю эмоциям, если бы не позволила слабости взять над собой верх.
— Постарайся успокоиться, Саша, — снова нарушил тишину Олег, — дай ему возможность сделать то, что он задумал. Его охраняют лучшие.
— Ты и сам знаешь, что лучше тебя его никто не защитит, — умом я понимала, что обвинять Олега не имею права, к тому же тогда, когда его беременная жена сидит здесь, вынужденная наблюдать за моими нападками в адрес ее мужа, но сердце предательски отказывалось следовать голосу разума.
— Поверь, Саша, рядом с ним тот, кто в десять раз лучше меня, — серьезно проговорил Олег. Но в этот момент я отмахнулась от его слов, их истинное значение я поняла позже.
Прошло два часа с той минуты, как Дима покинул дом. Все это время я не находила себе места, сдерживая себя из последних сил, чтобы не сорваться и не кинуться за ним.
— Прекрати мельтешить, — не выдержал Олег, когда я наворачивала, наверное, уже двадцатый круг от гостиной к кухне, Ингу же он спровадил домой, в конце концов в ее положении лишний стресс нежелателен, — все будет нормально.
А меня убивала эта неизвестность, с каждой минутой тревога с сердце усиливалась, я на каком-то подсознательно уровне чувствовала, что с ему сейчас очень плохо, что он не в порядке и что ни хрена не будет нормально. И словно в подтверждение моих слов тишину нарушил звонок.
— Слушай, — ответил Олег, с каждым сказанным неизвестным мне собеседником словом, лицо Олега мрачнело все больше, не нужно быть психологом, чтобы понять — случилось худшее. Не знаю, каким чудом я удержалась на ногах, понимая, что весь мой мир рушится в очередной раз.
— Он он… — запинаясь начала я, когда Олег закончил разговор и вот сейчас мои ноги все-таки меня предали и, если бы Олег не подхватил меня в самый последний момент, я бы обязательно рухнула на пол.
— Он жив, Саша, жив, — быстро среагировал Олег, — в тяжелом состоянии в клинике Астахова, но жив.
«Жив» — доносились из далека слова Олега. Жив, но в любой момент может погибнуть, опять, черт возьми, как я устала терять любимых.
«Господи, пожалуйста, только не он, только не его» — мысленно молилась я.
— Успокойся, — резко произнес Олег и усадил меня на диван, все правильно именно это мне сейчас и нужно, взбучка, Дима жив, это главное.
— Сейчас мы поедем к нему Саша, — медленно заговорил Олег, — но ты должна взять себя в руки, тебя ведь учили отключать эмоции? — я кивнула, — вот и хорошо, именно это ты сейчас и сделаешь девочка, потому что то, что ты там увидишь приведет тебя в шок.
