Читаем без скачивания Бешеный жив ! - Виктор Доценко

 - Вот и чудненько! - довольно воскликнула Александра Семеновна.

 Этим "чудненько" женщина напомнила Савелию его любимую Джулию: это слово она частенько употребляла. А когда Джулия обращалась к Бешеному: "Чуденько ты мое!" - у него всякий раз от счастья перехватывало дыхание.

 - Боже, какие вкусные! - похвалил пирожки Савелий, - честно признаюсь, никогда не ел пирожков с клубникой.

 - Вот и чудненько: кушайте на здоровье!

 - Как бы ваших дочек не оставить без сладкого, - с полным ртом произнес он.

 - Господи, да я их даже и по половинке пирожка не могу заставить скушать: фигуру берегут, е-мое, - едва не ругнулась хозяйка. - Извините... Похудели так, что скоро им и дверь не надо будет открывать...

 - Почему? - не понял Савелий.

 - Под дверью в щель, как лист фанеры, спокойно пролезут и не застрянут! - хмуро произнесла она и тут же, не удержавшись, расхохоталась.

 И мгновенно стала другой, беззаботной, похорошевшей: ничего не делает женщину такой привлекательной, как покой и хорошее настроение.

 Она хохотала так заразительно, что Савелий тоже не удержался и рассмеялся. За общим смехом не заметили, как к ним на кухню заглянули две стройные, очень похожие друг на друга, очаровательные блондинки. Наверняка они только что проснулись, услышав мужской голос, накинули на себя простенькие, но симпатичные короткие сарафанчики, никак не прикрывающие их длинные стройные ноги, прошлись пару раз гребенкой по роскошным - до плеч - волосам и поспешили взглянуть на гостя.

 На вид им было вряд ли больше двадцати лет, и обе они обладали такими соблазнительными фигурками, что мама откровенно переборщила, сравнивая их с листом фанеры.

 Увидев мать и незнакомого гостя захлебывающимися от смеха, они застыли на пороге, удивленно переглядываясь между собой.

 Первым девушек заметил Савелий. Мгновенно оборвав смех, он смущенно поднялся со стула. Его собеседница обернулась, критически осмотрела дочерей и с усмешкой сказала:

 - Надо же: спали как убитые, добудиться никак не могла, а стоило в доме раздаться мужскому голосу, как они мигом появились, даже успели причесаться...

 - Ну что ты говоришь, мама! - едва ли не дуэтом смущенно воскликнули они.

 - Ладно, шучу... Познакомьтесь: та, что постарше и повыше, - кивнула мать на девушку в очках, - Людмила, а вторую зовут Наташей...

 - Ага, постарше... И всего-то на какие-то паршивые пятнадцать минут, - надула губки Людмила, кокетливо протягивая Савелию изящную ручку с ярко наманикюренными ноготками.

 - Серафим... - произнес Савелий и тут же добавил: - Кузьмич.

 Он несколько смутился от такой детской непосредственности и не сразу решился поцеловать протянутую руку.

 Из-за возникшей паузы девушка зарделась, но руку не отдернула, пока ее не оттеснила сестра, которая тоже протянула руку, присев в книксене:

 - А я - Наташа, - представилась она, с вызовом посмотрев на гостя.

 Легко было догадаться, что между сестрами, любящими друг друга, идет постоянная борьба за лидерство. Ко второй руке Савелий приложился незамедлительно, и Наташа победоносно взглянула на сестру.

 "Что, получила?" - кричал ее взгляд.

 - Какие у вас милые доченьки! - с восхищением воскликнул Савелий.

 - Из-за них, дурочек, и все мои переживания, - печально произнесла женщина.

 - Поэтому я и пришел, - заявил он.

 Хозяйка внимательно посмотрела на гостя, потом повернулась к дочерям.

 - Девочки, вы, наверное, еще не были в ванной? - нашлась она.

 - Сказала бы прямо: нам нужно поговорить, - Людмила подхватила сестренку под руку, - пошли, Наташ, не будем мешать важным переговорам...

 - Вы действительно хотите помочь нам? - спросила женщина, когда девушки вышли.

 - Действительно.

 - Но это же полные отморозки! Не страшно?

 - Знаете, Александра Семеновна, я давно отбоялся свое: пусть теперь другие боятся, - твердо ответил Савелий.

 - Думаете, получится?

 - Мне кажется, что на "думать" у нас времени нет, или я не прав?

 - Правы, к сожалению, - горько вздохнула женщина.

 - Тогда сообщите все, что вы знаете о тех, кто вам, Александра Семеновна, угрожает...

 - Что конкретно?

 - Имена, клички, адреса, то есть всю необходимую информацию, чтобы поскорее найти их...

 - А их и искать незачем: сегодня вечером сами явятся за документами, которые сделают их владельцами нашей мастерской. Грозились даже своего нотариуса привести.

 - И что взамен?

 - Обещают оставить меня и моих девочек в покое.

 - Не густо, - покачал головой Савелий и шепотом произнес: - Подонки!

 - Может, мне согласиться, как вы считаете? Устала я, сил больше нет жить в постоянном страхе... - Она обреченно вздохнула и добавила: - Проживем как-нибудь... Представляете, девчонок заметили в одном столичном модельном агентстве, пригласили на учебу в Москву, там, глядишь, и за границу уедут...

 - Насколько я знаю, эту фирму создавал ваш покойный муж, не так ли?

 - Всю душу вложил, а сколько сил... - Она с досадой махнула рукой.

 - Уверен, вы очень любили друг друга...

 - Это вам Роман сказал?

 - Не надо ничего говорить, достаточно взглянуть на ваших девочек: такие красивые дети родятся только от большой любви...

 - Вы правы, мы очень любили друг друга. - Ее глаза повлажнели от нахлынувших воспоминаний.

 - За свое дело он с жизнью расстался, а вы готовы так просто отступить и отдать этим свиньям ЕГО дело...

 - Просто?! - с горечью воскликнула женщина. - Да вы не знаете, что мне пришлось вынести. - Она, ни-сколько не стесняясь Савелия, распахнула халат: весь живот и бедра ее были покрыты шрамами от ножевых порезов.

 - Господи! - не выдержал Савелий. - Роману-то вы рассказали об этом?

 - Как я могла ему рассказать, он ведь в то время был еще в колонии? Потом тоже не смогла, понимая, что он бросится убивать тех, а у него тоже семья, дети... - Хозяйка дома всхлипнула и торопливо заговорила, заливаясь слезами: - Они же мне все порвали внутри: и бутылки совали, и пульты от телевизоров, и ногами в живот пинали... Слава богу, что у меня девочки есть: рожать-то больше я не могу. Не знаю, как я только выжила...

 Слушая откровения потерявшей от горя чувство стеснительности женщины, Савелий вспомнил, с какими зверствами ему приходилось сталкиваться в Чечне, и понял, что ни при каких обстоятельствах не сможет остаться в стороне от этой трагедии. Зло обязательно должно быть наказано.

 - Я понимаю, вам, Александра Семеновна, отвратительно вновь окунаться в эту грязь, но прошу, опишите по отдельности всех, кто издевался над вами...

 Немного помолчав, она взяла себя в руки, чуть прикрыла глаза и начала рассказывать о каждом из шести своих мучителей. По-видимому, издевательства над несчастной женщиной длились долгие часы, и потому она описала этих мужчин настолько подробно, что Савелий словно увидел их воочию, будто был свидетелем всех издевательств.

 - Во сколько они придут?

 - В десять часов вечера...

 - Вы убеждены, что во главе банды стоит Мелидзе, капитан внутренних войск?

 - Так он же самолично меня и порезал... Видите? - Она снова оголила живот. - Тут тонкие такие, а на ногах толстые... У него в рукаве всегда припрятан узенький стилет, острый, как бритва. Боль от этих порезов дикая! Чиркнет так по коже и приговаривает: "Нэ заплатыш, как говору, сука, совсэм зарэжу и отправлу тэба к твоэму дарагому...", - очень достоверно спародировала она.

 - Как его найти?

 - Думаю, он сам сегодня явится, чтобы проконтролировать подписание документов.

 - На ловца и зверь бежит... - прошептал Савелий. - В мастерской кто-нибудь работает?

 - Нет, сегодня я всем дала отгул: будет только сторож.

 - Позвоните ему и скажите, чтобы в девять вечера его тоже там не было... Пусть для посторонних у него заболеет кто-нибудь из близких, - многозначительно посоветовал Савелий.

 - Так у сторожа нет никого, - растерянно ответила хозяйка.

 - Он молодой?

 - Двадцать девять...

 - Значит, к подружке пусть завалится на всю ночь... И так всем потом говорит, мол, бес попутал.

 - Поняла.

 - Дайте ключи от мастерской...

 - Вам? - Она несколько растерялась...

 - Я потом положу их в ваш почтовый ящик.

 - Хорошо. - Женщина достала из сумочки связку, отсоединила три ключа и протянула Савелию. - Этот от входной двери, этот - от моего кабинета, а этот - от склада.

 - От склада мне не потребуется, - улыбнулся Савелий, вернув ключ хозяйке.

 Потом задумался ненадолго и спросил:

 - Вам есть куда уехать на пару дней?

 - Из дома или из города?

 - Лучше бы из города...

 - Так у меня мама живет в Краснодаре: давно обещала ее навестить, да все никак не получалось...

 - Вот и чудненько! - Савелий и не заметил, как повторил ее словечко.

 - А когда нам уехать?

 - Чем раньше, тем лучше.