радуги. Он уменьшался и уменьшался, пока не превратился в многоцветную горошинку. В этой руке его даже заметить сложно было, он просто терялся.
— Эликсир жизни, — тихо сказала она. Её голос оказался бархатным, и ласкал слух, заставив меня удивиться. — Это то, что я умею, моя сила. Возьми взамен. Община, скорее всего уничтожит меня, обычно мы можем создать подобное раза три за жизнь. Но я оценила, что ты для меня сделал. Потому дарю, даже если это будет последнее решение в моей жизни.
И в этот момент, как всегда неожиданно, я провалился в чужие воспоминания.
* * *
Стоял солнечный летний день. Девочка, совсем юная, стояла на краю деревни. Вокруг были невероятно высокие горы, которые, по легендам, воздвигла великая Мать, дабы обезопасить мир от злых внешних существ. Да, к ним иногда забирались огромные птицы, и убивали нескольких жителей. Но это было не чаще раза в два-три поколения.
— Вилка, Вилка! — раздался голос сзади, и девчушка обернулась. К ней бежала старшая сестра.
К которой недавно посватался лучший охотник. Вилка люто завидовала старшей сестре, ведь лучший охотник бывает только один на всё поселение. Да, каждый год происходят битвы, но именно этот был победителем уже третий год. Само собой, он был слабее её сестры, но как самец он был идеальным. От такого не стыдно получить потомство. Блин, поскорее бы вырасти.
— Вилка! — наконец старшая сестра, Лилиана, шумно выдохнула и остановилась рядом. — Ты почему опять сбежала с праздника?
— Скучно там, — пожала плечами девчушка. — Да и тревожно как-то. Я точно уверена, что именно сейчас я должна быть здесь. Да, я знаю, что все считают меня странной, чуть ли не старейшиной в будущем. Не знаю! Ничего не знаю, но знаю, что должна быть здесь. Прости.
В этот момент их накрыла тень. И это было не облако. Птица, огромная птица, раз в пять больше самой крупной женщины их народа, пикировала на сестёр. Вилка зажмурилась, но не двинулась с места. Лилиана же, наоборот, попыталась оттолкнуть сестру с места удара невозможно больших когтей, но словно на скалу натолкнулась.
И в этот момент раздался крик. Если его можно так назвать. Невероятной силы и тембра, он ввинчивался в мозг, заставляя всех, кто его слышал, как минимум замирать. Те, кто был ближе, просто падали парализованные. Что и произошло со старшей сестрой.
И потому падение огромной твари она просто пропустила, увидев конечный результат много позже. Тело птицы было просто расплющено о землю, было ощущение, что она сложила свои крылья и с размаху впечаталась в скалу. Суициднулась. Сама. Вот только это была заслуга Вилки.
И с тех пор дар начал пожирать девочку. До взросления он себя практически не проявлял, но исковеркал тело, не дав вырасти, сделал малявкой по сравнению с остальными сверстниками. Всего семь метров! Позорный рост в мире, где самки обязаны быть крупнее, сильнее и лучше самцов.
А два года назад он пробудился. Это был не только крик, который когда-то спас сестёр. Способности открывались одна за одной, быстро вытягивая силы и приближая смерть. И сейчас ей оставалось максимум пара недель жизни. Проклятие их народа сожрало её, но девушка стоически готова была принять свою кончину. Главное, она не раз помогала своему племени своей силой, а значит, всё было не зря.
Глава 7
Я выпал из чужих воспоминаний и с огромным уважением посмотрел на хрупкую, но такую сильную девушку из народа циклопов. В её болезненном теле находилась настоящая душа, стальная или даже титановая. Или, какой там материал самый крепкий на излом? Сопромат я, как строитель, когда-то проходил, но уже и не помню почти ничего.
Знать, что умираешь от каждого использования магии, которой ты не просил, и при этом постоянно ей пользоваться на благо своего народа! Честно, я не был уверен, что любой из моих знакомых, да и я в том числе, смог бы так же. Я был поражён до глубины души силой и волей девчушки. Просранный макр — минимальное, что я мог ей дать. И точно никогда не напомню о своей трате дорогого макра.
А она, тем временем, менялась. Болезненная худоба исчезала, тело немного округлялось, она уже внешне была моделью по человеческим меркам. И продолжала меняться. Жёлтая сморщенная кожа светлела и натягивалась, «куриные лапки» превращались в изящные ладони, правда, размером с мой грудак. Лилиана с огромным удивлением наблюдала за метаморфозами сестры.
— Благодарю за чудо… — прошептала она. — В мыслях я уже попрощалась с сестрёнкой, смирилась. После такой демонстрации мы готовы на всё, чтобы спасать наших старейшин. Что вы хотите? Убьём любых ваших врагов, сотрём с лица земли любые поселения! Отдадим десять жизней за помощь всего одному проснувшемуся. Это невероятно… Я рада, что не убила тебя, как бы сложно не было мне в этом признаться.
— Ну что, готова разговаривать? — усмехнулся я. — теперь смысл и повод проявился?
— Да, уважаемый! — низко склонилась громадина, отчего наши глаза оказались почти напротив друг друга. — Я безальтернативно согласна на переговоры, но кону намного больше нашей жажды убить вас всех! Что ты хочешь за подобное волшебство? Мой народ уничтожит любое количество твоих врагов, невзирая на потери! Главное — жизни пробудившихся!
— Думаю, воевать вам не придётся, — глубокомысленно и медленно «изрёк» я. — Нам нужна торговля, а не войны. И да, мир — одно из обязательных условий для начала сотрудничества. Этот момент тебя устраивает? Тогда можем продолжить переговоры. Только не со мной. За торговлю отвечает человечек из расы гномов.
— Что⁈ — Взревела одноглазая махина. — Чтобы я? Да общалась с мужчиной племени гномов? Не бывать этому! Мы не договоримся!
— Во-первых, это дама, как и вы, — попытался выправить ситуацию. — Во-вторых, она выглядит как женщина моего народа. Ну и, в-третьих, она разбирается в рынке, ценах, потребностях всех сторон. Она просто гений. Если ты против договорённостей с ней, значит, никаких договорённостей не будет вообще, а будет никому не нужная битва!
— Нет, ну это в корне меняет ситуацию! — радостно воскликнула Лилиан, показав довольно сильно подгнившие зубы размером с мой кулак. — Гномки, хоть и непозволительно слабые относительно своих самцов, умные! И адекватные! С женщиной из народа гномов вести дела не зазорно! Мы идём разговаривать! Отряд!
— Стоп! — тут же среагировал я. — Никакого
