Читаем без скачивания Вселенная Ехо. Том 2 - Макс Фрай

Следует помнить о том, что Шапитук, исконный хозяин Авуа, пребывает сейчас на Хомана, и время его возвращения на Авуа предопределено. Мы не знаем, сможем ли мы приходить после смерти на Авуа, когда Шапитук ступит на ее землю. Никому не дано знать такие вещи. Но можно пытаться предвидеть их. Мы думаем, что после этого события ничто не останется прежним. Но это дела и заботы других, не пришедших времен.

Хамарах говорил нашим предкам, что мы, шомго, должны научиться ценить и приумножать красоту мира, пока мы живем здесь, на этой земле. Он считал, что это поможет нам потом, когда мы попадем на Авуа. Он считал, что это умение необходимо, чтобы стать гармоничной частью мира Аббае. У нас нет оснований сомневаться в его словах. Многие по молодости лет недоумевают, зачем они, мужчины, должны научиться вышивать, рисовать и мастерить красивые безделушки. Они думают, что это искусство для слабых и старых, а они должны уметь воевать и готовить пищу. Изгоните сомнения из своего сердца: нет занятия более священного для шомго, который когда-нибудь снова станет снолли. По этой же причине мы не открываем чужим секретов нашего мастерства, но стараемся научиться тому, что известно им, но неведомо нам. Подобного рода знание для нас священно.

Птихт

Народ птихт относится к категории мустамэка. В шапитукской версии Атубо Аббае довольно подробно говорится о том, каким образом возник этот народ. Сведений об этом народе очень мало, т. к. они живут очень замкнуто, не поддерживая с соседями даже торговых взаимоотношений. Немногие путешественники, посетившие земли людей птихт на материке Уган, были радушно приняты на границе, но не допущены в глубь играны. Принимавшие их «пограничники» с искренним интересом выслушивали новости о событиях в других местах, но на просьбы сообщить что-либо о себе отвечали вежливым, но решительным отказом. Одежда и вооружение «пограничников», архитектура и убранство их жилищ говорят о крайне высоком уровне развития цивилизации птихт. Говорит этот народ на смеси масанха и гархнаргского языка, который был родным языком их предков, людей конш. Впрочем, посланцев народа шапитук ожидал иной прием: их не только допустили в столицу, описание которой сохранилось в летописях людей шапитук, но и преподнесли им экземпляр своих Атуба Аббае, видимо, потому, что они были посланцами (и тезками) самого Шапитука.

Что мы помним? Что помнит каждый из нас? Огонь в небе, огонь на земле, потом – ничего, потом – жизнь. Мы родились тогда, хотя были и прежде. Этого никому не понять.

Что мы видим в своих снах? Всегда одно и то же: белые поля, непостижимо прекрасные. Чаши для воды стоят там, и так хороши они, что нет в них воды, ибо она уже не нужна. И много там других вещей, в чем-то подобных этим чашам. И еще нечто другое там, совсем живое и могучее. Это – существо с телом быка. Оно благожелательно с нами. Почему мы просыпаемся? Потому что нам нет места на этих белых полях.

Что мы знаем? Мы знаем имя: Аббае. Мы знаем, когда-нибудь оно поможет нам наяву найти это место. Странно, но имя это известно многим, даже тем, кто не ищет… Но это – истинное имя. Мы знаем имя Афуабо, но оно никогда не поможет нам ни в чем: он слишком могущественен, чтобы помнить о нас. Впрочем, его имя согревает нам сердце. Это немало. Мы знаем, что ничего не должны делать для него: он не нуждается в нашей помощи. Тем лучше – мы свободны. Мы знаем многие имена и вещи и умеем любить это знание, бесполезное для нас. Впрочем, кто знает, что полезно и что – бесполезно?

Что у нас есть? Многое. Руки наши – руки людей, и они создают лучшее, на что способны руки людей. Это – все, что у нас есть, нам не делали даров. Но этого вполне достаточно.

Кто мы? Мы хотели бы знать это. Мы знаем многое из того, что интересует нас меньше. Нам кажется, что мы не чужие в тех местах, которые видим во сне. И мы не чужие здесь, на Хомана. Вот что удивительно. Мы красивы, но не так, как те чаши для воды из наших снов.

Во всяком случае, существо с телом быка бродит по дивным полям Аббае, чаши для воды стоят на его пути. Афуабо, творец непостижимого, пребывает в месте, отведенном для его пребывания, огненный дождь проливался однажды на землю Угана, мы встретились с ним. С тех пор имя нам – птихт. Это достоверно.

Ансафа

Народ ансафа был рожден на материке Уган. Относится к категории муммэо, т. к. был создан большим семейством братьев-богов, детей одной Великой Матери Барфикансоф. Состоит этот народ из очень большого количества племен, в настоящее время, когда часть этих племен переселилась на Мёшаханланг, а часть – покинула родные места и скрылась из виду, невозможно даже назвать точное число племен ансафа. Известно только, что каждый из детей Великой Матери Барфикансоф создал по племени. Внешний вид представителей разных ансафских племен схож, а обычаи, темперамент и традиции разнятся, т. к. полностью зависят от полученного от Создателя «воспитания». В настоящий момент нас интересует племя ашифа – одно из четырех племен народа ансафа, осевших на Мёшаханланге. В свое время они были спутниками Хамараха, вместе с ним пересекали океан Хима, путешествуя с Угана на Мёшаханланг. Приехав на Мёшаханланг, племя ашифа поселилось вместе с народом шомго, многие выдающиеся представители этого народа были ближайшими помощниками и сподвижниками Хамараха, так что среди придворной знати империи шомго людей ансафа в то время было даже больше, чем самих шомго. После смерти Хамараха ансафская знать, несмотря на свои огромные заслуги перед империей, утратила свое, столь высокое при Хамарахе, положение, после чего племя ашифа предпочло покинуть империю шомго и поселиться отдельно, неподалеку от других племен ансафа, живущих на Мёшаханланге. Нельзя сказать, чтобы отношения между четырьмя ансафскими племенами складывались безоблачно, но эта история к Атуба Аббае отношения уже не имеет. Так или иначе, но, общаясь с Хамарахом, люди ашифа получили от него некоторые сведения о мире Аббае и запечатлели их в присущей всему народу ансафа лаконично-поэтичной форме.

Сначала было все, но не облеченное плотью. Великая Мать Барфикансоф помнит те времена, больше – никто.

Потом не стало ничего.

Потом опять появилось все, но уже облеченное плотью. Барфикансоф помнит те времена, их помнят и другие. Эти времена еще не закончились.

Далеко от нас земля есть. Это земля, хотя мы считаем ее светилом.

Двое Великих боролись за право быть в том месте, ибо оно – хорошее место. Один, тот что жил там долго, должен был уйти. Второй остался, чтобы уйти оттуда чуть позже. Но перед тем как уйти, он родил многих, и они живут среди нас.

Теперь это место пустует. Но это по-прежнему хорошее место. Есть люди, которые попадут туда, есть такие, кто никогда не увидит его. После, когда-нибудь, тот, кто жил там раньше, вернется туда, многое произойдет потом.

Есть много тайн в том месте, но кто мы такие, чтобы разглашать тайны, доверенные нам!

Бунаба

Народ бунаба относится к категории муммэо, т. к. имеет своего Создателя по имени Варабайба. Некогда Варабайба был весьма могущественным существом, из тех, что не снисходят до такой суеты, как сотворение человека. В недобрый для себя день он вступил в неравную битву с себе подобными, но был не уничтожен, как хотелось бы его противникам, а как бы «контужен». Он утратил большую часть своего могущества, память о прошлом (за исключением бессвязных образов, мелькающих порой в его сознании) и отчасти – способность к высшей форме мышления, так что его логика сейчас очень близка к человеческой. По большей части он сам не понимает, как ему удается делать то, что он делает. Созданный им народ бунаба отдает должное своему Создателю: слегка его побаивается, но не особенно ему доверяет и нередко решает все по-своему, не очень-то прислушиваясь к воле своего Творца, который любит, балует и никогда не наказывает их. Былые амбиции, живущие в воспаленном сознании Варабайбы, требуют, чтобы сотворенные им бунаба рано или поздно завоевали весь мир (для удобства общения с покоренными народами он даже выучил их всеобщему языку Масанха), но, к его величайшему сожалению, люди бунаба, достаточно агрессивные и воинственные, являются законченными домоседами, так что весь мир им и даром не нужен. Созданный Варабайбой вскоре после бунаба народ сибельтуунги был наделен Творцом страстью к путешествиям, которую удовлетворяет, постоянно переезжая с одного на другой из трех принадлежащих им островов. Так что желание Варабайбы завоевать мир руками своих созданий вряд ли когда-нибудь исполнится. Единственное, что он может предпринять, это создавать все новые и новые племена бунаба, но почему-то не везде это ему удается. Говоря откровенно, это удалось Варабайбе только дважды: на Хомайских островах, прилегающих к материку Мурбангон, и на Мёшаханланге, где и живут люди бунаба, охотно воюющие иногда с ближайшими соседями (исключительно для того, чтобы убедиться в своем превосходстве), но совсем не одержимые идеей завоевания новых территорий.