Надо же, его это заботит куда больше самой Лауры. Хотя, конечно, он же не знает их отношений с Гюнтером, может решил что тот её бросил? Сама девушка была абсолютно уверена в своём парне и твёрдо верила что Гюнтер никогда так с ней не поступит. Это говорило сердце, наполненное любовью к нему и ещё не рождённому ребёнку. Да, она бы с удовольствием сказала ему «Да!», если он предложит ей пожениться, но и насильно заставлять Гюнтера это делать не собиралась. Мать недаром ей говорила что нельзя принудить мужчину жениться, даже если девушка забеременела. Счастья в такой семье точно не будет, приводя в пример какую-то свою подругу из молодости. Такой муж, вероятно, станет пить, бить или изменять жене, мучаясь в оковах брака. Решение взять любимую девушку в жёны должно быть осознанно и принято самим мужчиной, только тогда есть хорошие шансы жить счастливо и растить детей вместе.
— Очень просто, доктор Лейтман! Приду в больницу и рожу! — ответила она, кусая губы чтобы не улыбнуться. — У меня есть мама, она мне поможет ухаживать с ребёнком. Не беспокойтесь, он или она не останется без присмотра.
— Постойте, но кто же отец⁈ — никак не мог успокоиться её начальник. Наблюдать за ним девушке стоило изрядных усилий, поскольку предательский смех буквально рвался наружу. — Почему он… Ах да, вспомнил! Это же, скорее всего, оберштурмфюрер СС Шольке, командир разведки полка! Точно, я же помню, мне докладывали что видели вас с ним когда… — тут Лейтман снова замолчал и закашлялся от волнения.
Тут пришёл черёд засмущаться самой Лауре. Что значит «видели вас с ним когда…»? Неужели кто-то заметил их в кустах тогда, на привале, по дороге к передовой? Но вокруг, вроде бы, никого не было… Воспоминания о том волнительном дне нахлынули на девушку, заставляя вспомнить как она стояла с задранным платьем прижатая к дереву, а Гюнтер, словно сорвавшись с цепи, буквально вбивал в неё свой крупный и горячий член, заставляя нежные стенки влагалища сжиматься от острого наслаждения… Или доктор имеет в виду тот случай в голландском городке, когда они занялись этим в каком-то доме и забыли закрыть окно? Её крики и рычание Гюнтера, наверное, собрали под окнами десятки любопытных, смаковавших подробности пикантного приключения своего командира.
— Да, это он, доктор! — подтвердила девушка, решив не скрывать правду. Да и чего стыдиться? Это их отношения, и они сами разберутся насчёт них. — А что касается женитьбы… Когда мы сами решим тогда и поженимся! — она отважно решила взять часть ответственности на себя, помогая Гюнтеру.
— Нет, Лаура, это неправильно! — не согласился с ней начальник, и снова хлопнул ладонью по столу. Но на этот раз она была готова и не вздрогнула от неожиданности. — У каждого ребёнка должен быть отец! А если он офицер, тем более эсэсовец, то должен подавать пример во всём, в том числе в семейных ценностях, которые поддерживает сам фюрер! Исключение составляет только только смерть! Но, к счастью, он жив и я постараюсь как можно быстрее сообщить ему или его командованию о недостойном мужчины поведении, раз этот Шольке не торопится исправлять последствия своего… деяния! — нашёл Лейтман наиболее подходящее для этого слово.
Тут Лаура уже серьёзно встревожилась. Понятно, не за себя а за Гюнтера. Меньше всего девушке хотелось чтобы из-за неё у него появились дополнительные неприятности. Он и так каждый день рискует жизнью, сражаясь в городе, а теперь ещё доктор Лейтман добавится со своими взглядами на семейную жизнь и требованием насильно жениться. Нет, во многом медсестра была с ним согласна, но всё-таки это их с Гюнтером отношения, и решать что и как они должны сами!
— Прошу вас, доктор, не надо этого делать! — попросила девушка, умоляюще глядя на него. И, несколько секунд поколебавшись, призналась: — Дело в том что… Гюнтер ещё не знает что я беременна. Я ему не сказала…
— Но почему⁈ — эмоционально воскликнул доктор, снова забыв про карандаш. Тот опять свалился на пол но на этот раз начальник даже не обратил на это внимания, полностью поглощённый откровениями медсестры. — Почему вы ему не сказали⁈ Это же такая радость для любого отца!
— Я боялась что когда он узнает то отправит меня обратно домой… — тяжело вздохнула Лаура, чувствуя себя как на Голгофе. — Я же поняла что беременна только здесь, в госпитале. Только приехала, очень хотела работать, спасать раненых… А тут, получается, пришлось бы сразу возвращаться обратно. Вот я и решила немного подождать…
— Лаура! При всём моём к вам уважении… но вы ведёте себя как очень маленькая и глупая девочка! — не сдержался доктор, сурово глядя на уже почти бывшую подчинённую. — Что значит «немного подождать»? Чего ждать? Когда живот вырастет настолько что вы станете с трудом ходить? Знаете как это называется? Эгоизм! Вы обманывали не только меня, как вашего непосредственного начальника, но и своего будущего мужа! И всё ради того чтобы пойти на поводу у своего желания⁈ Это чёрт знает что! С той минуты когда вы поняли что беременны то для вас приоритетом должны были стать не собственные желания а интересы и безопасность ребёнка! Вы отвечаете за него не только перед вашим Гюнтером но и перед всем Рейхом, который прилагает все усилия чтобы наши женщины спокойно вынашивали и рожали здоровых и сильных детей! Вы меня разочаровываете, Лаура! — признался Лейтман, осуждающе качая головой.
Слова начальника были справедливы и давили горькой правотой, от которой вдруг захотелось расплакаться. Она знала что без работы в полевом госпитале или в Шарите не сможет долго жить, даже ради ребёнка. Сидеть дома, годами ухаживая за ним и не спасать людей, когда быть медиком её призвание и мечта с детства? Но говорить об этом доктору Лейтману не стала, опасаясь что он ещё больше рассердится. Да, он сам доктор и, скорее всего, поймёт её порыв работать во благо других, но обязанность женщины выйти замуж и родить детей для него намного важнее. Поэтому, раз уж не было никаких возможностей уговорить его не отправлять Лауру домой, осталось только попросить об одном…
— Хорошо, доктор, думаю, вы правы! — кивнула она, неосознанно погладив пока ещё плоский живот. — Признаю, я поступила неправильно, не подумав до конца о последствиях. Но я хочу последовать вашему совету и исправить хоть одну свою ошибку. Если
