о тайной встрече с Дарвином и Виктором, Эдвард и Терренс спокойно подходят к девушке как раз после того, как она прячет свой телефон в сумку.
— Все в порядке? — интересуется Терренс.
— Да… — слегка улыбается Ракель, делая вид, что она спокойна и не взволнована. — Все хорошо.
— Точно все хорошо? Может, что-то случилось?
— Нет, все отлично. А что? Что-то не так?
— Просто нам показалось, что ты какая-то обеспокоенная и немного нервничаешь, — задумчиво отмечает Эдвард. — Ты как будто нашла здесь что-то, что сильно шокировало тебя.
— Нет, я ничего не нашла. Здесь ничего нет. — Ракель медленно подходит к той стенке, где есть кровь Эдварда. — Кроме крови на этой стенке я не нашла ничего…
С этими словами Ракель медленно присаживается на корточки, рассматривая следы свежей крови.
— Это твоя, Эдвард? — интересуется Ракель.
— Моя, — кивает Эдвард. — Последствие удара, который чуть не отправил меня на тот свет.
— Боже мой… — Ракель легонько дотрагивается пальцами до крови, а ее руке появляется немного грязи. — Даже представить боюсь, какими ужасными могли бы быть последствия удара об кирпичную стенку.
Эдвард молча пожимает плечами и на секунду бросает взгляд в сторону.
— Кстати, пока ты стоишь здесь и о чем-то мечтаешь, мы с Эдвардом нашли кое-что, что принадлежит одному из типов, что напали на него и Наталию, — уверенно говорит Терренс.
— Правда? — слегка хмурится Ракель, быстро поднимается на ноги и скрещивает руки на груди. — Мобильный телефон?
— Нет, бумажник одного из этих отморозков, — спокойно отвечает Эдвард и протягивает Ракель черный кожаный бумажник.
— Бумажник? — Ракель неуверенно берет в руки бумажник. — А вы уверены, что этот бумажник принадлежит именно тому, кто причастен к похищению Наталии?
— Уверены.
— Ты лучше открой его, загляни внутрь и посмотри, что там есть, — советует Терренс. — Тебя это должно заинтересовать.
Ракель с недоверием смотрит на Терренса, но все же раскрывает бумажник и начинает изучать его содержимое. В нем она обнаруживает несколько мятых долларовых купюр, маленькие бумажки с какими-то номерами, на которые девушка не обращает внимания, и пластиковую паспортную карту, которая больше всего заинтересовывает брюнетку. Девушка быстро достает ее из бумажника и внимательно изучает все содержимое. Можно увидеть фотографию взрослого мужчины в анфас с ярко-зелеными, бешеными как у психически больного человека глазами, рыжими волосами и огромным шрамом на половину лица. Этого человек на фото выглядит настолько отталкивающим, что Ракель нервно сглатывает и чувствует, как ее пробирают мурашки при виде этого ужасного человека.
— Юджин Уолтер Уэйнрайт… — задумчиво произносит Ракель. — Господи, какой же он страшный! Кто такой этот Юджин?
— А это, дорогая моя, один из тех гадов, которые работают на дядюшку, — уверенно заявляет Терренс.
— Этот? — Ракель переводит потрясенный взгляд на Эдварда и Терренса. — Хочешь сказать, что он — один из тех, кто преследовал Наталию и Эдварда?
— Не только это — он сделал еще более ужасные вещи, — уверенно сообщает Эдвард.
— Еще более ужасные вещи?
— Юджин Уэйнрайт — это тот человек, который едва не изнасиловал Наталию пять месяцев назад. Познакомься с отморозком, который испортил твоей подруге жизнь.
Ракель слегка приоткрывает рот и резко уставляет свой потрясенный взгляд на фотографию Юджина.
— Что? — ужасается Ракель. — Вот эта обезьяна?
— Именно! — с легким кивком восклицает Эдвард.
— Боже… — Ракель резко встряхивает головой, убрав с глаз некоторые пряди волос. — То есть, именно он сотворил с Наталией эти ужасные вещи?
— Это он. Та мразь, которая была на тех снимках. Присланные мне месяц назад либо этой гориллой, либо своим дядюшкой.
— Надо же…
— Такого типа уж точно не забудешь, ибо его рожа настолько страшная, что потом можно запросто ночью не спать. Боясь увидеть его в своих кошмарах.
— Не удивительно, что Наталия так сильно тряслась и боялась этого типа, — говорит Терренс, смотря на фотографию Юджина. — Он и правда очень похож на гориллу… Хотя мне кажется, что даже горилла будет красивее, чем этот урод с бешеными глазами.
— Хм… — слегка хмурится Ракель и переводит взгляд на дату рождения, указанную на паспортной карте. — Судя по дате рождения, ему тридцать один год… Родился тридцатого марта тысяча девятьсот восемьдесят пятого года. В Солт-Лейк-Сити, штат Юта…
— Вот и оставался бы в Солт-Лейк-Сити! — хмуро бросает Эдвард, скрестив руки на груди. — Чего этот козел приперся сюда?
— Бедная Наталия… Представляю, как страшно ей было, когда она была рядом с этим типом. — Ракель резко вздрагивает. — Б-р-р-р, какой же он уродливый! Как взглянула на него, так сразу в дрожь бросило.
— Да, этот тип никакого доверия не внушает, — задумчиво отвечает Терренс. — Но меня пугают его глаза. Уж слишком они неестественного цвета… Да и взгляд у него похож на тот, который есть у какого-нибудь серийного маньяка. Ну или того, кто балуется наркотой.
— А я не удивлюсь, если он и правда серийный маньяк или убийца или употребляет наркотики.
— Он станет еще опаснее, если будет нюхать какой-нибудь порошок, — низким голосом говорит Эдвард.
— Да… — Ракель слегка прикусывает губу. — Я с тобой согласна…
А сама Ракель в этот момент думает:
«Интересно, а Дарвин и мистер Джонсон знают что-нибудь про этого типа? Вдруг этот Юджин замешан в каком-нибудь преступлении? Не может быть такого, что человек с такой внешностью не совершил ни одного убийства или попытки покушения. Или… Наталия могла стать не первой его жертвой. Вдруг он уже и раньше кого-нибудь насиловал? Надо взять эту карту с собой и показать ее Виктору и Дарвину.»
— Что ж, по крайней мере, теперь мы знаем того типа, который издевался над Наталией по приказу дяди Майкла, — задумчиво говорит Терренс.
— Верно, — тихо произносит Ракель и кладет паспортную карту в бумажник, который затем прячет в своей сумке. — Думаю, этот бумажник нам еще пригодится…
— И я даже не мог предположить, что обидчик этой девушки будет как-то связан с дядей Майклом. Мне казалось, что эти два случая никак не связаны между собой.
— Ар-р-р, — тихонько рычит Эдвард, сжав одну руку в кулак и ударив им в ладонь другой руки. — Если окажется, что это дядя устроил все это, то я не знаю, что с ним сделаю. Эта падла и тот козел ответят мне за то, что сделали с этой бедной девушкой.
— Да уж, натворил ваш дядя дел… — задумчиво говорит Ракель. — И самое обидное, что мы сейчас ничего не можем сделать. Только сидеть и ждать.
— И это очень обидно, — медленно выдыхает Терренс. — Даже если мы пойдем в полицию, вряд ли они смогут найти Наталию.
— Эй, а разве эти типы не говорили, куда собирались отвести ее?
— Нет, они только сказали, что должны доставить
