на русский язык, 2022
. ООО «Издательство «Эксмо», 2024
Введение
В почтовом отделении я бросила взгляд на стенд с марками. Во времена переписки Денниса Рейдера с полицией в 2004 году он выбирал марки в соответствии с содержанием посланий. Марку с поездом, например, он выбрал потому, что фантазировал, как поезд наезжает на связанную девушку, брошенную на железнодорожные пути. Это определенно повлияло на то, как я сама смотрела на марки. Марка с портретом пропавшего ребенка теперь казалась мне инструментом в игре серийного убийцы.
В отделе бакалеи Рейдер выбирал коробки с хлопьями не из-за их питательной ценности или вкуса, а отталкиваясь от своего секретного кода. Кукла из отдела детских игрушек превращалась для него в сексуальный объект, как и модели из каталогов или девочка-актриса из детского телешоу. Рейдер глядел на кабинет для занятий воскресной церковной школы как на студию для посмертного фотографирования связанных жертв, а на шее соседки ему мерещилась затянутая веревка. Взгляд убийцы накладывал пугающий отпечаток на самые обыденные предметы.
Он видит мир по-другому. Вот что мне пришлось понять, приступая к написанию этой книги. Однако из-за другого взгляда на мир человек не становится преступником. Все не так просто. Этот текст, изложенный преимущественно Рейдером, посвящен постепенной трансформации обычного американского мальчишки в человека, которого большинство считает монстром. Он называл то, что подтолкнуло его к преступлениям, «Фактором Х». Ему легко было переключаться с одной своей жизни на другую, видеть вещи по-разному: этот феномен Рейдер называет кьюбингом. Гораздо труднее понять, как может внешне нормальный человек переключаться на роль серийного убийцы. Рейдер и сам говорит, что это загадка.
Эта книга – своего рода автобиография. Рейдер написал мне множество писем, и мы подолгу говорили по телефону. (Разговор через тюремные мониторы оказался в данном случае непродуктивным.) Это его история, в том виде, в котором он ее рассказывает, и я вмешиваюсь, только чтобы уточнить хронологию или добавить необходимую информацию. Местами я привожу также материалы исследований или дополнительные сведения. Например, если Рейдер упоминает Теда Банди либо мы с ним обсуждаем какую-нибудь книгу или фильм, я излагаю общий контекст. Я уделяю также внимание современному состоянию исследований по серийным убийцам, особенно в эпилоге.
Я старалась сохранять тексты Рейдера нетронутыми, не исправляя даже грамматических ошибок, если они не слишком мешали пониманию. Мы обсуждали важность того, чтобы он сохранил собственный голос, без моего вмешательства. Его стиль и манера рассказчика так же важны, как содержание того, что он говорит. Думаю, криминалисты смогут сделать из его слов немало полезных выводов.
Хотя эта книга опирается на факты, я не отношу ее к жанру тру-крайм. Для читателей, которых интересуют подробности расследования, я привожу список источников в библиографии. Я рекомендую также «Связать. Пытать. Убить» от журналистов «Уичито Игл»[73], поскольку они находились в центре событий. (Я же больше полагалась на материалы следствия и суда, а также на личные документы Рейдера.) Эта книга не отражает также взгляды семей жертв. Мне не хотелось помещать их истории рядом с историей Рейдера.
В соответствии с увлечением Рейдера числом три, которое кажется ему магическим, в этой книге переплетаются три ветви: история Рейдера, рассказанная его словами, контекст этой истории в тех местах, где он его упускает, и мой структурирующий нарратив. Это введение, однако, изложено с моей точки зрения, как и последняя глава. Пока что вам придется удовольствоваться моим голосом; Рейдер подключится чуть позже. Итак, да начнется разоблачение.
Взлом шифра
Мое знакомство с Рейдером произошло по переписке. На тот момент я знала из новостных сообщений и тру-крайм-книг о том, что он считался добропорядочным отцом семейства и председательствовал в церковной общине, одновременно ведя жизнь серийного убийцы. Среди его жертв была семья из четырех человек. Хотя официальное количество жертв Рейдера равнялось десяти, если бы он убил всех, на кого нацеливался, их было бы в четыре, а то и в пять раз больше. Он сумел сохранять свой секрет от жены, двоих детей, братьев, родителей, соседей, друзей и коллег целых три десятилетия.
Рейдер впустил меня в свою «пещеру» через посредницу, которой доверял (назовем ее Доунетт). Мы обсуждали множество тем, от рутины тюремной жизни до путешествий и уроков испанского. Я заметила, что он отслеживает даже мельчайшие детали и все записывает в свои подробные дневники: что он ел на обед (рис с бобами), сколько часов спал, какие звезды видел из своего маленького окошка в ту или иную ночь, в какое время охранник принес ему еду и лекарства. Он подсчитывал страницы в каждом письме. Все это он фиксировал в своих дневниках. Он иллюстрировал их подробными рисунками, картами и диаграммами. Он рассуждал очень подробно и сразу на несколько тем. Иногда он мог отвлечься и не вернуться к теме, о которой шла речь ранее. Это порой раздражало, но таково его свойство, выдающее особенности личности. Важный вопрос, который стоит задать, исследуя человека, в биографии которого мы не нашли предикторов насилия, – что другое в ней можно найти?
После серии писем про пересмешников и фазы Луны я попросила Рейдера описать мне одну из его фантазий о пытках (которые он в дальнейшем называл «пещерными цветами» или «грибами»). Я видела рисунки из его секретной папки, где были изображены связанные женщины и дети, которых пытают различными приспособлениями, а также фотографии реальных жертв, также связанных и уложенных в определенные позы. Рейдер подписывал их рядами цифр и букв; у каждого изображения было имя, например «Моника». Я хотела понять, что это означает.
Он сказал, придется подождать. Что же, я подождала.
Меня удивляли представления других людей о Деннисе Рейдере. Узнав, что я пишу о нем, они начинали задавать вопросы. Многие основывались на стереотипах о серийных убийцах из кино. У него монотонная речь? Правда же, что психопаты не испытывают никаких эмоций? Еще кто-то настаивал, что он наверняка подвергался в детстве насилию; если Рейдер этого не признает, то просто лжет мне. Другой человек был убежден, что так называемая «триада Макдональда» – поджигательство, энурез и жестокое обращение с животными, – это необходимые прекурсоры серийных убийств.
Иными словами, людям казалось, что они уже знают, о чем будет моя книга. Они искали подтверждения своим представлениям. Но Деннис Рейдер отличался от остальных убийц. Он брал с них пример, но обладал уникальными качествами и опытом.
Одним из наиболее сложных аспектов моего проекта было разгадывание кодов Рейдера. Со временем я даже стала его соавтором в
