вещей. Думаю, мальчишки практически все в детстве представляют себя рыцарями. (J) Справедливый, красивые старинные замки, спасение девушек, или в роли Минотавра, наоборот».
Хотя этот абзац кажется практически бессмысленным, я понимаю, что он хотел мне рассказать о детстве ВТК и о фантазиях, которые начались у него тогда. Буква «J» обозначала собаку – собаку Рейдера некогда звали Дадли. «Дадли Справедливый» – мультфильм, впервые показанный по телевидению в 1960-х, когда Рейдеру было пятнадцать, – стал его любимым. И не из-за глуповатого канадского горца – главного героя; нет, Рейдер влюбился в рыжеволосую большеглазую Нелл, которую бросали связанную на железнодорожные пути. Рейдер возбуждался, слушая, как стучат по путям поезда на подъезде к Уичито, и представлял себе беспомощную девушку, лежащую на рельсах, которую вот-вот перерубит пополам.
«Вернемся к замку, – писал он. – Многие дети на фермах часто болтаются вокруг амбаров и силосных башен. Это для них запретный плод; из-за роста и размеров пробраться внутрь. Похоже на коробку с печеньем в буфете. («Убери оттуда руки»), хочется попробовать, стащить печеньице. Я помню одну такую башню, в Канзасе (F [одна из фотографий старых амбаров]). «Не залезай наверх», – сказал голос. Но со временем я стал старше и смелее. Какой вид – когда можешь смотреть и в темную бездну, и на окружающий пейзаж. Здорово было бы иметь там комнату, вроде собственного клуба! Мы играли в ковбоев и индейцев, и пленников сажали в башню. Иногда игры были жесткими (G [со связыванием]). Это часто происходило со мной, соседские хулиганы в конце 50-х, еще в (H [Уичито]). Странное чувство, когда ты связан и сидишь на дне бездны, совсем беспомощный. Крики улетают вверх, никто тебя не слышит. Наверняка те хулиганы чувствовали себя безнаказанными, ты был в их власти. Они могли делать с тобой что угодно, ты не мог им помешать. Как думаете, Темные рыцари из прошлого тоже чувствовали это? «Ты в моей власти». Помню один (F [амбар]) переделанный из вагона, к нему добавили разные пристройки, а вагон остался в центре, прямо с дверью, со всем оборудованием и с лесенкой снаружи. Внутри хранили зерно, разные инструменты, веревки, цепи, много деревяшек, разных жердей, и пахло соломой, сеном, старой мешковиной. Я до сих пор помню запахи амбара, и он был совсем близко к башне. Машинки [поезда] можно было бы держать там, скрытыми от глаз. Легко объединить между собой амбар и силосную башню».
В следующем абзаце он перескакивал на другую тему, но я понимала, что они связаны. Он упоминал, что в старом амбаре жило несколько кошек, которые гоняли там мышей и крыс. Мальчиком он ловил этих кошек и душил их или вешал на балках. Он возбуждался, наблюдая за тем, как они задыхаются, и кошки в амбаре олицетворяли для него жертв, которых он хотел бы там пытать.
Далее он упоминал, что из двух фотографий старых амбаров, которые мне отправил, сам предпочитает ту, где есть большая силосная башня. «Надо быть настоящим мастером на все руки, – писал Рейдер, – чтобы как следует отремонтировать амбар и башню». Иными словами, владелец амбара должен уметь конструировать пыточные приспособления, как Г. Г. Холмс. Холмс активно участвовал в создании инструментов пыток, ходя от мастера к мастеру, пока не получал именно то, что хотел. Холмс во всех подробностях представлял себе, как будут страдать его жертвы. «Ничего нельзя оставлять на волю случая», – как Рейдер любил повторять.
Снова упоминая о моих исследованиях «замков», Рейдер писал: «На мой взгляд, в современном замке (силосной башне) должен быть бассейн на самом дне, без спасателей, так что надо плавать осторожно. Естественно, хозяйственное помещение, обязательно со стиральной машиной и сушилкой и т. п. Надо соблюдать чистоту. Кухня, ножи, очень острые, чтобы резать. Хорошая кладовка с надежным замком, но не очень тесная, чтобы можно было развернуться, как тут в тюрьме, склад шесть на двенадцать, чтобы туда входить и искать все нужное. Там, кстати, никого нет, и ничего не просматривается. Хорошо, что там нет камер, но в современной кладовой они должны быть. Часть современной жизни – надежная система безопасности, внутри и снаружи. Я так думаю, по центру должна идти шахта лифта, а вокруг – спиральная лестница. Нужна гостиная, конечно, и спальня, для сексуальных моментов и сна Х. Подвал, с мишенью для дартса, зоной для игр, луками и стрелами – все в этом роде, мужские развлечения. Много деревянных балок под потолком, чтобы что-нибудь на них подвешивать».
Его упоминание о камерах отсылает к привычке Холмса наблюдать за пленными жертвами, задыхающимися от газа. Острые ножи, стиральная машина – он все учел и продумал, включая не только инструменты пыток, но и средства избавляться от следов.
«Если говорить о клумбах или о песочнице, то нужен сухой песок и тепло. Можно использовать солнечные лампы. Библиотека, чтобы хранить фотографии и сувениры. Сейчас, с цифровым форматом, можно на компьютере, но без интернета, чтобы другие не смотрели». Будучи коллекционером, он хотел иметь отдельную комнату для своих фотографий и рисунков с жертвами, прошлыми и будущими.
На полях этого листа Рейдер приписал: «Если инвалид – инвалидное кресло и т. п. – надо проложить рельсы, чтобы перемещать из комнаты в комнату». Думаю, он имел в виду, что ему нужно предусмотреть способ легко перемещать жертв, ставших инвалидами из-за его пыток.
Похоже, ему доставляло удовольствие свободно рассуждать о своих мрачных аппетитах. «Книги и подборки рецептов с темной стороны, больше горячих шоколадных фонданов! Возможно, в игровой комнате. В каждой будет своя идея. Нужен поезд и настоящие рельсы, только короткие, наверное, прямо в подвале. Мой поезд, какой был перед тем вагоном. Помню, как я прислушивался в детстве к поездам, такой мощный звук и одинокий».
Он упоминал о «железнодорожной теории» и Дадли Справедливом. «Может маленькая Нелл, – спрашивал он, – быть девой в беде из старинного замка? Раньше товарные вагоны для поездов делали из дерева. Я бы хотел иметь такой у себя в башне. Наверху будет логово, еще библиотека/спальня и рабочий кабинет с жалюзи, чтобы их открывать и закрывать». Далее он туманно добавлял, что в этом кабинете будет «принимать большие решения». Как Холмс в своем контрольном центре, Рейдер собирался заседать на верхнем этаже замка и обдумывать самые жуткие фантазии – что делать с добычей, когда она уже в его власти.
«Тут явно видна мужская рука, – писал он. – Женщина сделала бы все по-другому. Сама башня уже похожа на мужское достоинство. И логово сверху».
Да, он наслаждался. Он представлял себе ферму как обиталище для своего секретного «Минотавра»
