иного писателя, поэта? Авторитет этого преподавателя среди курсантов был очень высоким, и выглядеть незнайкой было как-то стыдно. Вначале начал читать понемножку, а затем чтение заполнило все свободное время.
С благодарностью вспоминал его советы, долгие годы живя в отдаленных гарнизонах Тихоокеанского флота. Во многих из них не было не только оперного театра, но даже порядочного матросского клуба. Был в нашем взводе курсант Гена Орлов, который сильно увлекался поэзией и сам писал весьма приличные стихи. Как раз в это время, после снятия очередного запрета властей, моему поколению стали доступны стихи С. Есенина. Конечно, они покорили всех и прочно вошли в нашу жизнь. В них мы находили ответы на многие вопросы, волновавшие молодежь, причем ответы в классическом стиле русской поэзии. Раньше-то эти темы были широко представлены в ходившей в большом количестве самиздатовской уголовно-тюремной лирике.
За Есениным появился интерес к творчеству Р. Бернса, А. Блока, А. Твардовского, В. Маяковского, Е. Евтушенко, Р. Рождественского, Р. Гамзатова, Э. Асадова, Н. Коржавина, М. Светлова и других. Потрясли своим содержанием и высоким моральным духом стихи, репрессированного в 1938 году Б. Корнилова, поэтов фронтовиков Н. Гудзенко, Н. Старшинова, Ю. Друниной, С. Орлова, М. Дудина, М. Луконина, С. Наровчатова, Н. Майорова, П. Когана, М. Кульчицкого.
Обильное чтение стихов подтолкнуло к чтению некоторой литературы по теории стихосложения. В общем, как-то незаметно, даже для самого себя, мне открылся новый мир – мир поэзии.
Как я уже писал, Юра Калугин приобщил меня к театру. Да, годы учебы в училище – это самый насыщенный культурными мероприятиями период моей жизни. Безусловно, большую роль в этом сыграло то, что училище находилось в крупном культурном центре. Но главным все-таки было то, что посещение театров, музеев и других культурно-просветительных учреждений поощрялось командованием училища, и было финансово доступно даже при нашей курсантской зарплате в 7 рублей 50 копеек. При предъявлении театрального билета с вероятностью более 90 процентов можно было рассчитывать на увольнение в город в рабочий день.
Неизгладимое впечатление оставили первые посещения Одесского оперного театра. За время учебы мне удалось ознакомиться почти со всем репертуаром Одесского оперного и большей частью театра оперетты. Бесспорно, здание Одесского театра является достопримечательностью города и им одесситы гордятся, как любящая мамаша успехами своего сына-первоклассника. Можно часами любоваться этим уникальным зданием. Любой житель города на вопрос «Что вы скажете об оперном театре?», не задумываясь ответит: «Это наша гордость. В Европе только два театра: наш и венский. И хотя наш меньших размеров, но он таки лучший».
Такого же мнения и издание «Forbes» которое в феврале 2008 года включило здание Одесского Национального театра оперы и балета в перечень 11 самых интересных достопримечательностей Восточной Европы.
Правы оказались патриоты-одесситы, он стал единственным театром в этом списке.
К моему большому сожалению, с окончанием учебы и убытием на Тихоокеанский флот театральная составляющая моей жизни резко изменилась. Дальше все стало зависеть от случая. Приобщение к театральному искусству стало возможным только при редких визитах в Москву, Ленинград или Киев.
Была, правда, возможность кратковременно соприкоснуться с искусством, которое нам преподносили приезжающие «на чес» многочисленные бригады столичных и региональных артистов. Но это были только крохи того, что мог дать большой город. Причем даже это дозированное приобщение к культурной жизни не всегда приносило радость. Иногда вместо того, чего мы долго ждали, получали откровенную халтуру. Но это будет потом.
Пока же, чтобы быть допущенным к государственным экзаменам, нам нужно было пройти обязательную стажировку в войсках. Я стажировался в ракетном дивизионе, дислоцировавшемся в молдавском городе Бендеры. Нас, группу курсантов, разместили на территории старой турецкой крепости, в каземате, переоборудованном в солдатскую казарму. На построении представили личному составу и объявили, что мы будем выполнять обязанности начальников расчетов, командиров групп. Меня назначили исполнять обязанности начальника двигательной установки. В мои задачи входило руководить расчетом двигателистов при подготовке ракеты к пуску. Ежедневно я должен был проводить занятия с солдатами по всем видам подготовки (политической, специальной, строевой). Для проведения каждого занятия составлялся конспект, который в обязательном порядке утверждался командиром огневого отделения. Поэтому свободного времени у нас, курсантов-стажеров практически не было, а посмотреть город очень хотелось.
Город Бендеры расположен на берегу Днестра. Это обычный маленький провинциальный молдавский городок. Достаточно было одного выходного дня, чтобы познакомиться с ним. Смотреть там особо было нечего. Главная достопримечательность города – старая турецкая крепость. Так мы же в ней жили и знали даже лучше местных жителей. Ведь их в крепость по соображениям секретности не пускали даже на экскурсии.
Посещение в один из вечеров танцев во дворце культуры нового ничего не открыло. Хотя это был и молдавский город, но исполнялись все те же хиты, что и в нашей деревне – «полька», «краковяк», вальс и т.п. Правда, репертуар побогаче. Здесь уже звучало и про подарок из «ландышей целый букет» и про «черного кота за углом». Национального на танцах ничего не услышал и не увидел. Больше туда не ходил.
Через несколько дней моя командирская деятельность закончилась. Командир дивизиона майор Конкин каким – то образом узнал, что я несколько раз привлекался штабом Одесского округа к изготовлению схем и карт для различных оперативно – тактических игр. Вызвал меня на беседу и предложил оказать помощь дивизиону в изготовлении наглядных пособий для учебного процесса. В общем, нужно было на детской клеенке тушью начертить электрическую схему борта ракеты. Размер схем примерно 1,5 х 4,0 метра. Всего таких «пеленочек» нужно было начертить пять штук. Теперь, я думаю, понятно, почему в советское время не хватало клеенки для детишек. Ракетчики расхватали ее на свои схемы! А если говорить серьезно, то предстояла большая по объему работа
Для характеристики объема предстоящей работы можно привести такой пример. Наши курсанты подсчитали, что для того, чтобы при средних умственных способностях хорошо усвоить электрическую схему борта оперативно – тактической ракеты, типа известной немецкой ФАУ-2, нужно было прошагать вдоль развешенных на стене схем не менее 80 километров. Получается, что знания добывали не только головой, но и ногами.
Пока же мне выделили отдельный кабинет, тушь, перья, клеенку и секретную тетрадь с вычерченными схемами. Поставили задачу до конца стажировки закончить изготовление схем борта ракеты и наземного оборудования. Пожелали успеха и щелкнули замком с наружной стороны двери. Выходил я из кабинета только на обед и ужин.
Чертил схемы почти сутками, но не просто срисовывал, а старался разобраться в очередности срабатывания различных приборов и реле при нажатии определенных кнопок на пульте управления. Вечерами
