— Безусловно, первое, — сказал я. — Оно главнее и важнее для меня.
Сейчас я мог говорить откровенно, чего не позволил бы себе в присутствии настоящей Фионы. Я давно мечтал о такой возможности, и Источник мне её предоставил. Поэтому я не стал упускать случая и, собравшись с духом, продолжил:
— Я люблю тебя, Фи. Уже много лет. Фактически с тех пор, как себя помню.
— Я тоже люблю тебя, — сказала она грустно. — И тоже давно… Жаль, что мы родственники.
— Не такие уж близкие, — заметил я нерешительно. — Только троюродные.
— Условно троюродные, а на самом деле… Да что и говорить, Феб, ты сам хорошо знаешь.
Да, я знал. Мы были родственниками не по одной линии, а сразу по нескольким. И родители Фионы, и мои приходились друг другу двоюродными братьями и сёстрами, а моя мама, ко всему прочему, была дочерью тётки и племянника — очаровательное родство…
— Да уж, — вздохнул я. — Наши предки здорово отличились на ниве кровосмешения.
— Хорошо хоть вовремя спохватились. Если бы и наше поколение подхватило их эстафету, случилась бы большая беда. И главы Домов были абсолютно правы, когда запретили родственные браки.
— Согласен. Но от понимания их правоты мне почему-то легче не становится.
— Мне тоже, — призналась Фиона. — Иногда так хочется наплевать на все запреты и… — Она умолкла, так и не закончив.
— Ты этого не сделаешь, — сказал я. — Ты очень правильная девочка.
— А ты правильный мальчик. Надо отдать должное родителям: в этом отношении они нас строго воспитали.
— Что, впрочем, не помешало нам полюбить друг друга.
— Сердцу не прикажешь. Зато можно приказать рассудку. И мы приказываем.
Фиона подошла ко мне вплотную. Я обнял её, она зарылась лицом на моей груди.
— Если бы дело было только в сексе, — произнёс я. — Без последствий, без обязательств…
— Но дело не только в нём, — ответила Фиона. — Ты нужен мне целиком — как друг, как муж, как отец наших детей.
— Да, — согласился я. — И ты нужна мне точно так же.
Я поднял к себе её лицо и приблизил свои губы к её губам. Но поцеловать не успел — она решительно отстранилась и с сожалением покачала головой:
— Это плохая идея, Феб. Не для меня — я всё равно этого не запомню. Но тебе станет ещё хуже.
— Ты права, — сказал я угрюмо. — Наверное, мне пора возвращаться. Меня ждёт второй уровень.
— Не спеши. Ты можешь отдыхать, сколько захочешь. За это Источник не дисквалифицирует тебя и даже не снимет очки.
— Хорошо… — Я вовсе не был уверен, хочу ли дальше оставаться с Фионой. Этот разговор причинял мне боль. — Кстати, мне не очень нравится моё прохождение Источника. Какой-то сплошной «экшин» получается. А я ведь человек неагрессивный, мне больше по вкусу мирные квесты.
— Сейчас ты не в том состоянии. Последние события переполнили тебя агрессией, а Источник позволяет избавиться от неё, употребить этот заряд в созидательных целях, для овладения Силой.
— Это здорово изматывает.
— Да. Тебе труднее, чем было мне и всем остальным… кроме, пожалуй, Кевина и Софи. Как и они, ты идёшь без поддержки Отворяющего — а это усложняет дело.
— Я бы хотел иметь Отворяющего. Но только тебя.
— Знаю. И Хозяйка знает. Поэтому она освободила тебя от этого условия. Понимала, что тебе хватит решительности попросить меня. А я не наберусь твёрдости отказать тебе.
— Но ты же выбрала себе другого. Ты смогла.
— Да, смогла. Но это не подействовало. Я всё равно люблю только тебя.
— А кто твой Отворяющий? — поинтересовался я. — Скажи хоть сейчас.
— Не скажу. Пусть это остаётся тайной. Я не хочу, чтобы ты возненавидел его. Причём совершенно незаслуженно.
На этом наш разговор прервался, и я перешёл на второй уровень. Игра возобновилась — но теперь уже не в жанре «экшин», а стратегии реального времени. Я командовал воинством Агнцев и других созданий Порядка в битве с армией Хаоса. Новая миссия нравилась мне ещё меньше, чем предыдущая, а особенное неприятие вызывал тот факт, что Источник, гарант стабильности и равновесия во Вселенной, по сути натаскивал меня на участие в Рагнарёке. Я же, если и соглашусь стать Стражем Порядка, то именно для того, чтобы никаких Рагнарёков на моём веку не случилось.
Виртуальная битва Стихий не ограничилась одним уровнем. Для её победоносного завершения мне понадобилось целых четыре. В промежутках между ними я отдыхал в поднебесье и не общался ни с какими фантомами. Но после прохождения пятого уровня, когда я наконец разгромил полчища Хаоса, ко мне пожаловал отец.
Причина его появления была для меня очевидна. Я чувствовал себя виноватым, что так много скрывал от него, и хотел как-нибудь это исправить — ведь прежде я всегда доверял ему, он был первым, к кому я обращался за помощью и советом. Источник предоставил мне возможность сделать пробное признание, и я убедился в том, что поступил правильно, не посвятив отца в свои проблемы. Его реакция была настолько же резкой, насколько и предсказуемой, а причастность к этой истории Ричи произвела на него действие подобное тому, какой эффект вызывает взмах красной тряпки перед носом разъярённого быка. Я так и не смог выяснить, чем же Ричи насолил моему отцу, но теперь окончательно убедился, что он (в смысле отец) знает нечто такое, о чём не ведает даже Кевин.
Вообще-то отец славился в Сумерках своим хладнокровием и невозмутимостью. Его привычка воспринимать любые неурядицы с олимпийским спокойствием и даже некоторым мрачноватым юмором давно вошла в поговорку и породила выражение «дионисийский пофигизм». Но как только дело касалось меня, его единственного сына, весь пресловутый отцовский пофигизм куда-то улетучивался. Я испытал огромное облегчение, когда наш разговор закончился, а ещё больше радовался тому, что он происходил не в реальности…
На шестом уровне Круга Адептов мне было предложено переиграть мой визит к Нергалу. На сей раз, обладая Силой Источника, я смог обойтись без вмешательства Агнцев — сам освободился из ловушки, затем разрушил храм и Тропу. Впрочем, я понимал, что это весьма условная модель ситуации, поскольку Источник не больше моего знал о природе Нергала.
В перерыве ко мне явился очередной гость — а точнее, гостья. Как и при нашей первой встрече, я на мгновение принял её за Фиону. Впрочем, нельзя сказать, что они были так уж сильно похожи, скорее лишь в общих чертах — ростом, фигурой, типом лица, цветом глаз и волос. А для меня их сходство усиливалось ещё и тем, что Лана тоже мне нравилась. Сейчас она была одета в красивый сценический костюм, с электрогитарой на перекинутом через плечо кожаном ремне, и смотрелась просто сногсшибательно. Этакий ангел рок-н-ролла.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
