А я осталась стоять в коридоре, до боли закусив нижнюю губу. Только что я чуть не коснулась темы, запретной для нас обоих, чуть не заговорила о том, о чём мы молчали уже невесть сколько лет. Ещё немного — и случилась бы катастрофа. Одно-единственное неосторожное слово могло разрушить нашу дружбу, превратив нас в несчастных влюблённых, ставших жертвами строгих семейных законов.
Разумеется, никто не запретит нам быть любовниками. Против нас не станут применять серьёзных санкций — в конце концов, мы не родные брат и сестра, а только троюродные. Но и пожениться нам ни за что не позволят. Главы наших семей настроены на решительную борьбу с родственными браками и не склонны в этом вопросе ни к какому попустительству. А хуже всего то, что мы целиком согласны с ними и признаём обоснованность таких жёстких мер. Именно это, а не формальный запрет, стоит между нами неодолимым препятствием. Ведь мы вовсе не рядовые члены своих Домов: я — первая принцесса Света, а Феб — сын понтифика Олимпа, и наше высокое положение налагает на нас соответствующие обязанности. И одна из них, возможно, самая главная — подавать пример другим в законопослушании…
От этих невесёлых мыслей меня отвлекло поведение Вики, которая резко подалась вперёд и крепче ухватилась за поручни. Я не мешкая выбежала на балкон и поспела как раз вовремя, чтобы услышать её слова:
— Кажется, нашла… Да, точно, — говорила она, не отрывая взгляда от площади. — Тот, кто нам нужен. Он в отчаянии. Думает о разрушенной Тропе. Боится, что Агнцы уничтожили и Нергала. Или изгнали его из Вселенной…
— Кто он? — спросил Феб.
— Не знаю. Не рискую глубже забираться в его разум, иначе он почувствует вторжение и сразу закроется, а то и убежит.
— На каком языке он думает?
— На элланском. Похоже, он твой соотечественник. Или марсианин.
— Покажи его.
Вика провела в воздухе тонкую пунктирную линию, видимую только с помощью Образа Источника. Она протянулась наискось через площадь и уперлась в человеческую фигуру в задних рядах толпы. Обострив своё зрение, я разглядела невысокого коренастого мужчину, одетого в непритязательный костюм тёмных тонов, с коротким клинком в простых, без всяких украшений ножнах. Насколько я могла судить с такого расстояния, выглядел он вполне спокойно и внешне никак не выказывал тех эмоций, которые прочла в его мыслях Вика.
— Я знаю его, — произнёс Феб. — Он действительно Сумеречный. Правда, не могу вспомнить имя. Что-то такое вертится в голове… Ага! Это Агриппа Диоскур из рода Полидевкидов.
— Ты уверен, что не ошибся? — спросила Вика.
— Уверен, — кивнул он. — На сто процентов.
— Тогда я оставлю его, чтобы не спугнуть, и поищу других.
— Правильно. А я сейчас сообщу Янусу о твоей находке, пусть он…
Феб не договорил, так как в этот момент среди дымящихся развалин в самом центре котлована появилась из Туннеля какая-то женщина в длинном тёмно-красном платье. Гвардейский центурион, руководивший оцеплением, крикнул ей, чтобы она убиралась оттуда. Однако женщина не обратила на это никакого внимания и пала ниц, словно собиралась помолиться.
— Она из той же компании, — прокомментировала Вика. — Взывает к своему повелителю, чтобы он… О нет!
Женщину мгновенно охватило яркое пламя. Центурион и ещё двое гвардейцев немедленно бросились гасить её, но было уже поздно. В передних рядах толпы послышались изумлённые восклицания, а несколько человек, вопреки запрету, переместились по Туннелю внутрь оцепления, к самому краю котлована, чтобы лучше видеть происходящее.
— Провалиться мне в Тартар! — выругался Феб.
— Точно, как Уфуэ, — произнесла я потрясённо. — Вика, что думает об этом Диоскур?
— Он ещё не знает, что случилось. Оттуда ничего не было видно. Но слух сейчас дойдёт… Да, уже дошёл… Он шокирован, изумлён… и всё понимает. Та женщина решила умереть и возродиться в Огненной Купели, чтобы таким образом узнать новый путь к повелителю. Агриппа считает, что это разумно… правда, не уверен, что Купель ещё существует. Он колеблется, последовать ли примеру неизвестной сестры по Братству Нергала, или обождать и прежде посоветоваться с каким-то братом Олафом… Ему страшно, он прежде ни разу не умирал… И вместе с тем его сводит с ума сама мысль, что он может лишиться своих сил, своих способностей, своего бессмертия, наконец. Думать об этом ему нестерпимо…
С противоположной стороны площади сверкнула вспышка, и ещё один человек превратился в ослепительный сгусток огня. На сей раз это произошло среди скопления народа, и несколько соседей самоубийцы, не успевших вовремя защититься, получили сильные ожоги. Началась паника, толпа стала быстро редеть — те из присутствующих зевак, чья осторожность перевесила любопытство, массово уходили по Туннелю, опасаясь новых самосожжений.
Агриппа Диоскур оставался на месте. И без Викиных объяснений было ясно, что он всё ещё колеблется. Я решила не рисковать и уже хорошенько прицелилась, чтобы отключить его, но Вика догадалась о моём намерении и остановила меня:
— Погоди, Фи, не торопись. Он немного успокоился и передумал. Решил, что всегда успеет себя убить, и лучше сделает это скрытно, а не на людях, чтобы никто не узнал о его смерти. Иначе после воскрешения он не сможет вернуться к прежней жизни, а будет вынужден стать отшельником, прятаться от всех знакомых, друзей, соотечественников. Надо признать, разумное решение.
— Всё равно, — настаивала я. — Нельзя позволить ему уйти. Он вполне может покончить с собой просто в Туннеле.
— Верно, — согласился со мной Феб. — Мы должны взять его сейчас. Действуй, Фи.
Я размашисто шваркнула по Диоскуру ошеломляющим заклятием, приготовившись немедленно совершить прыжок, схватить его бесчувственного и перенести для допроса в какой-нибудь необитаемый мир. Но, к моему изумлению, заклятие не подействовало, а отскочило от слуги Нергала, как мяч от стенки. Он вздрогнул и испуганно огляделся по сторонам в поисках источника угрозы.
— Вот чёрт! — выругалась Вика.
— С ума сойти! — потрясённо произнёс Феб.
— Ну-ка, все вместе! — скомандовала я.
На сей раз мы ударили втроём, и это подействовало — Диоскур рухнул наземь, как подкошенный. Я тотчас переместилась на площадь, но Феб меня опередил и первый подхватил пленника. Во всеобщей суматохе на нас никто не обращал внимания.
— Мотаем в Сумерки Дианы? — спросила я.
— Лучше сразу в Безвременье, — сказал Феб. — Там Хозяйка и Софи им займутся.
— Хорошо. Сейчас позову Дейд… — Тут я осеклась, поражённая внезапной догадкой. — Так ты же сам можешь!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
