— А не сможем мы связаться с Советом Богов и вызвать Доримана по-настоящему? — уточнила Мирей. Искренней эльфийке все-таки претил обман.
— Конечно, теоретически это нам по силам, нужно лишь вызвать Связиста. Но подумайте, мадемуазель, разумно ли разыскивать бога, оставившего мир и допустившего истребление верующих, для того, чтобы он образумил их? Не будет ли от этого еще большей беды, чем от имитации явления божества? — вежливо спросил Лукас.
— Не знаю, — признала эльфийка, задумчиво водя ложкой по тарелке с прозрачным бульоном, в который накрошила мелких зеленых листиков салата. — Дориман, наверное, весьма сердит на кельмитор, раз до сих пор не помог им.
— И я не знаю, — с охотой согласился маг, элегантно уплетая консоме. — Поэтому предпочитаю иметь дело с уже проверенными величинами. Конечно, Дориман — Черный Дракон может разгневаться на нас за этот розыгрыш, но мы в число его почитателей не входим и в мире под его влиянием не живем, поэтому серьезной опасности не подвергаемся. Тем более, нас защищает статус работников Совета Богов. В контракте есть на это указание, — маг процитировал: — "Божество, имеющее претензии к деятельности работника в подвластном ему мире, не имеет права принимать карательные меры на свое усмотрение. В случае несогласия с действиями работника, обжалование их надлежит осуществлять через Совет Богов, а именно Тройку (Онтра, Тиваль и Калаш)".
— Значит, Доримана на роль Доримана мы не приглашаем, — встрял Рэнд, уже приканчивающий лапшу ("Экономим фонды", — хихикнула Элька). — Но кто тогда его будет изображать?
— Я бы предложил кандидатуру мосье Эсгала, — с милой улыбкой прожженного коммивояжера, впаривающего негодный товар, ответил Лукас.
— Нет, — решительно буркнул Гал. — Я воин, а не паяц.
— Но мосье, никто иной с этим просто не справится, ни я, ни мосье Рэнд, ни Макс подходящей фактурой не обладаем, — горячо возразил маг.
— А я что, лысый, черноглазый и с черными бровями в пол-лица? — желчно удивился Эсгал, снизойдя до шутки.
— Нет, — невинно улыбнулся Лукас. — Но это легко устроить.
Гал от такой наглости просто поперхнулся лапшой. Элька, Рэнд и Макс от души рассмеялись, представляя себя преображенного таким образом воителя. Мужчина нахмурился еще сильнее.
— В жизни надо все попробовать, Гал, соглашайся, — вмешалась Елена, подавляя рвущееся наружу хихиканье. — Когда еще доведется выступить в роли бога и спасти целый народ от гражданской войны? Разве они должны быть истреблены только потому, что забыли о своей сути кельмитор? Хоть раз в жизни стань не зачинателем, а укротителем бойни! Будь оригинален!
— Хорошо, — неожиданно для всех, но не для Эльки, умело сыгравшей на памяти воина о трагическом, безумном прошлом, согласился Эсгал. — Дэктус с вами, делайте, что хотите, только потом прежний облик мне верните.
— Ну конечно! — обрадовано заверил Гала маг. — Обязательно!
— И если у тебя что-нибудь не получится, — зловеще посулил воин Лукасу, смерив взглядом его пышную шевелюру, — ты об этом пожалеешь.
— Все будет прекрасно! — сглотнув невольно подступивший к горлу комок, пламенно пообещал мосье.
— Одного Доримана будет недостаточно, — задумчиво констатировал Рогиро, когда кандидатура на роль Черного Дракона была утверждена единогласно.
— Предлагаете клонировать? — удивилась Элька, накладывая себе эскалопов из телячьей печени с белыми грибами и салата с куриными грудками и черносливом. — Тогда Авандуса точно удар хватит!
— Нет, сеорита, — усмехнулся призрак. — Я имел в виду иное. Бог — высшая сущность, он всегда потрясает, заставляет трепетать людские души, безжалостно обнажая их и указывая истину, но вам нужно придумать еще что-то, чтобы чудо явления Доримана принесло в Дорим-Аверон не только благоговение, но радость и свет, очистило их от скверны ложной веры.
— Вы правы, — задумчиво согласился Лукас, потерев подбородок. — Именно ощущение чистой радости бытия и свободы оставляет на душе посещение настоящего святилища Доримана. Мы должны постараться вызвать эти чувства в людях. Их слишком долго пугали, чтобы новый страх мог стать по-настоящему глубоким впечатлением. Да, нужно будет поработать над спецэффектами.
— Я уже знаю один! — прищелкнула пальцами Элька, аж подскочив на месте, так не терпелось ей поделиться сногсшибательной идеей с друзьями. — Зеркало Истинного Зрения!
— Это что такое, мадемуазель? — заинтересовался маг.
— А может сработать, — оживился Рогиро, находя идею Эльки подходящей.
— Зеркало из дворца Дорим-Аверона, показывает людям их истинный облик. Шарль в нем отражался драконом, — наскоро пояснила девушка. — Так значит, и другие кельмитор смогут свой истинный облик узреть.
— Неплохая идея. Столь мощный магический артефакт нам без сомнения пригодится, — покивал головой Лукас.
— Но не мало ли одного зеркала для целой толпы? — задала вопрос Мирей.
— Кроме того, каждый видит в нем только себя, — уточнил Макс техническую характеристику изделия.
— Ну и что? — пожала плечами девушка. — А маг нам на что? Пусть сделает проекцию зеркала на всю толпу и расширит радиус его действия до восприятия всеми отраженными всех окружающих.
— Ты это можешь? — уточнил Рэнд.
— Пожалуй, это не трудно, есть подходящее заклинание купол света, — не ломаясь, согласился маг. — Если наложить на него магию зеркала, то, скорее всего, получим нужный результат. Когда взгляну на зеркало, скажу поточнее.
— Да, эффект от созерцания собственной драконьей сути должен быть силен. Жаль, что вы рассчитываете освободить пленников-оборотней заранее, — деловито продолжил Рогиро. — Их избавление стало бы прекрасным романтичным зачином представления, до явления зеркала и Доримана.
— Раз можно сыграть Доримана, почему нельзя изобразить и пленников? — робко предложила Мирей, неожиданно поднимая голову от куриной грудки в клубничном сиропе.
— Sharman! Великолепная идея, мадмуазель, — воскликнул маг, даже пальцами прищелкнул. — Меня и мадемуазель Эльку уже видели в Дорим-Авероне и пригласили на завтрашний ритуал очищения в качестве зрителей, но вы и, скажем, мосье Рэнд, никому в городе неизвестны и вполне сможете сыграть любящую супружескую пару, обреченную на сожжение и спасенную милосердным Дориманом.
— Клянусь Джеем, всегда думал, что кончу танцем в петле на Площади Веревок, а выходит, гореть придется, — пошутил Рэнд и, подмигнув Мири, спросил. — Ну что, супруга, согласна?
— С тобой до самого конца, — трепетно выдохнула Мирей, подыгрывая шутке Фина. — И в смерть и после смерти!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
