— Боюсь, нам придется обрить вашу голову, — решительно, словно бросаясь в прорубь, закончил маг. Сам бы Лукас никогда бы не пошел на такое надругательство над своей неотразимой внешностью и шикарной шевелюрой, в которую так любили запускать пальчики дамы, но мосье полагал, что Эсгал, равнодушный к собственному облику, во имя дела может и согласиться на столь кардинальное изменение прически.
— А шрам скроем тональным кремом, — внесла предложение Элька, — у меня в косметичке где-то валялся, прыщи замазывать.
— Ясно, — подозрительно легко согласился Эсгал, видно, ожидавший от изобретательного мага гораздо худшего. — А глаза? Брови?
— Что ж, тут без магии не обойтись, но я в совершенстве владею чарами роста волос и окраски. Ткань этих заклинаний проста и очень прочна, поэтому, надеюсь, выдержит даже недолгий период вашего влияния, мосье, — скромно признался Лукас.
Елена хотела было рассказать о цветных контактных линзах, но вовремя вспомнила, что Связиста под рукой нет, а подходящий магазин вряд ли найдется прямо за углом. Во всяком случае, раньше там был только огромный парк с озером, а дальше равнина, лес и снова озера.
— Хорошо, — Гал поднялся со стула.
— Ты куда? — удивился Рэнд.
— Брить голову, — процедил воин, с некоторым озлоблением сверкнув зелеными глазищами, и сказал Лукасу. — Закончу, приду в комнату магии. Жди меня там, маг.
— Я буду скучать по твоему пушистому хвостику, но искусство требует жертв, — чистосердечно призналась Элька и, быстро вскарабкавшись с ногами на стул, встала, чтобы сделать то, что ей уже давно хотелось. Теперь девушка смогла легко дотянуться до шевелюры Эсгала и осторожно погладила удивительно мягкие, уже распушившиеся после мытья светлые волосы воителя.
— Я тебе его подарю, — проявив невиданную щедрость, предложил Гал с кривой усмешкой.
— А не боишься? — удивилась девушка, округлив глаза.
— Чего? — не понял мужчина, иронично выгнув бровь.
— Я же хаотическая колдунья, а через волосы можно порчу навести или приворотное заклинание, — зловеще прошептала Элька. — А вдруг, когда колдовать буду, ошибусь и вовсе чего несусветное сотворю?
— Это ты можешь, — излишне охотно подтвердил Фин к явному негодованию девушки. Нет, конечно, хаотическая магия действовала довольно своеобразно, но все-таки чаще с пользой, чем во вред, и вовсе не заслужила столь явной критики. Тем более от кого? От Рэнда, всегда готового подключиться к любой забаве и без магии частенько вытворявшего Творец знает что!
— Порчу не станешь, мы — одна команда, это противоречит клятве, а приворот — тем более. Зачем? Я же не вампир, — небрежно скривил губы воитель, никогда не считавший себя писаным красавцем.
— А вдруг мне захочется разнообразия? — коварно предположила девушка, подергав Гала за еще существующий хвостик.
— Утихомирься, — не поверил ей воин, бережно выпутал Элькину руку из своих волос и, кивнув магу, быстро вышел из гостиной.
Девушка осталась стоять на стуле. Оглядев сверху сидящих за столом коллег, она поделилась с ними своими ностальгическими ощущениями:
— Чувствую себя, как ребенок на празднике Нового года.
— Солнцеворота? — уточнила Мирей.
— Нет, у нас Новый год празднуют на второй месяц зимы по календарю. Считается, что Дед Мороз — это такой старик с мешком подарков — и Снегурочка — молодая красивая девушка или девочка — ходят по домам и дарят гостинцы.
— Старик и девушка? — игриво переспросил Рэнд.
— Снегурочка его внучка, — укоризненно поправила приятеля Элька и продолжила. — Так вот, родители могут пригласить актеров, изображающих эту парочку. Они приходят, ребенок забирается на стул, читает стишок или поет песенку, а ему за это дают заранее приготовленный подарок.
— Странный обычай в вашем мире, — констатировал донельзя удивленный Лукас, — приглашать актеров, чтобы их развлекал ребенок. У нас делают наоборот.
— Не важно, — отмахнулась Элька. — У нас много дурацких обычаев, да их и везде предостаточно! Я веду к тому, что на стуле постояла, а спускаться должна с пустыми руками.
— Можешь прочитать стишок, а мы дадим тебе пирожное, — великодушно предложил Шпильман, пододвигая тарелку с еще оставшимися на ней эклерами.
— Пытки запрещены! — горестно взвыла и без того объевшаяся девушка. — Я же просто лопну, вы даже отойти не успеете!
— Ну тогда пой песенку, а Мирей даст тебе слабительное, — тут же выдвинул другой вариант изобретательный Рэнд.
— Нет, уж лучше я пока останусь без подарка. Подожду обещанного Галом хвостика, — поспешно решила Элька, не соблазнившись ни одним из предложенных друзьями вариантов, и слезла со стула. — Пошли в комнату магии?! Хочется посмотреть, как Лукас будет колдовать!
— Скорее уж, мадемуазель, вам хочется увидеть, во что превратиться мосье Эсгал, — легко догадался проницательный Лукас.
— Ну не без этого, — не стала отпираться девушка. — Если мы уже будем там, когда придет Гал, он не станет тратить время, чтобы вытурить нас из комнаты.
— Айда! — радостно подхватился со стула Рэнд.
— Галу это может не понравиться, — рассудила Мирей, но любознательность пересилила, и эльфийка все равно пошла за командой.
Так что десять минут спустя шесть пар глаз, горящих любопытством, уставилось на обритого воителя, когда он перешагнул порог комнаты магии. Вся команда, включая снующего по полу Рэта, была в сборе.
— Что вы здесь делаете? — вскинулся Гал, не желавший иметь свидетелей своего будущего позора.
— Умираем от любопытства, — непосредственно и очень правдиво призналась Элька, изучая преображенного воителя, и, обратившись к остальным, негодующе добавила. — Нет, это просто возмутительно! Так не бывает! Просто не честно! Этому гаду идет даже лысина!
Все согласились с девушкой. Обритая голова придавала облику Гала еще большую нездешность и отстраненность, но отнюдь не уродовала. Красивый череп удивительно правильной формы, заостренные, почти как у Мирей, уши, плотно прижатые к черепу, большие раскосые ярко-зеленые жгучие глаза с узкими полосами вертикальных зрачков под изящным изгибом бровей, нос с горбинкой — воин-оборотень был грозен и нечеловечески прекрасен.
Эсгал не поверил словам Эльки, расценив их как еще одну неудачную шутку, но вступать с девушкой в перепалку не стал. Спорить с женщиной по пустякам, тем более спорить о внешности, недостойно мужчины. Он опустился на свободный стул рядом с большим столом и скомандовал Лукасу:
— Давай, колдуй!
Как и предвидела Елена, Гал понял, что даже великому воителю не под силу выставить из комнаты всю пронырливую компанию.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
