змеи плохо видят. Они чувствуют вибрацию, тепло, но видят плохо. И если не двигаться, то кобра тебя не увидит. А большое количество тепла, которое она ощущает, – это не добыча. Скорее она опасается, как бы крупное животное не наступило на нее. «Что делать, что делать?» – запаниковала Алена, сидя, как камень, на стволе дерева.
Но тут боевики снова тронулись на своей машине в путь. Они не стали трогать брошенный автомобиль, может быть, решили, что он заминирован, а может, и по какой-то другой причине, но водитель второй машины решил попытаться объехать пикап. Из-под колес, пробуксовавших на обочине, полетела рыхлая земля, затрещали сухие ветки. И, о чудо! Кобра мгновенно повернула голову в сторону дороги, а потом опустила ее к земле и медленно поползла в противоположном направлении. Алена облегченно вздохнула, но все же боялась опустить поджатые ноги на траву. И пока она отвлеклась на змею, на дороге начался бой.
Когда женщина повернула голову в сторону дороги, то услышала две короткие автоматные очереди. Два боевика, которые топтались возле машин, один за другим повалились на дорогу как подкошенные. Водитель машины, которая пыталась объехать брошенный пикап, тут же нажал на тормоз и, схватив автомат, попытался выпрыгнуть из кабины, но чем-то он зацепился за сиденье, и выскочить сразу не получилось. И когда он все же выбрался на дорогу, то спрятался за задним колесом пикапа, настороженно глядя по сторонам в поисках того, кто стрелял. Боевик понял, что стреляли спереди, с той стороны, которая ближе к площадке. Но он никого не видел, вытянув шею, посмотрел на тела своих товарищей. Оба лежали, раскинув руки и ноги, и не подавали признаков жизни.
Боевик паниковал. Он то поднимался на ноги и озирался по сторонам, то снова присаживался на корточки. Ему было непонятно, кто и почему убил его товарищей. И где этот человек или люди? Почему они не появляются, куда они делись? Следовало что-то предпринимать, потому что скоро стемнеет, нужно бежать отсюда и рассказать командиру о случившемся. Надо спасаться. И тогда боевик вскочил и бросился к своей машине. Но он успел только поставить одну ногу на подножку, как сильная жесткая рука схватила его за горло, стиснула так, что невозможно было вдохнуть, а не то чтобы закричать. С легкостью эта рука опрокинула чернокожего бандита назад, и он полетел с подножки машины на землю. Несчастный не успел даже крикнуть в последний момент: когда его спина должна была коснуться земли, под лопатку ему вошло лезвие ножа, пробив легкое и сердце. Боевик захлебнулся кровью, задергался в руках своего сильного невидимого противника и затих.
Нестеров отпустил убитого, выдернул из его спины нож и вытер его о рубашку убитого. Положение хорошее. Пусть пикап так и остается стоять поперек дороги. На площадке слышали очереди? Ну и что! Мали ли кто в кого стрелял. Не масштабные же боевые действия ведутся в этой провинции. Просто кто-то из боевиков стрелял в животное или просто так дурака валял. Сейчас не было времени даже убирать с дороги трупы. Уже не важно, кто и как быстро их обнаружит.
Алена не могла двинуться с места. Она безумно была рада, что отец вернулся, что он победил и снова все хорошо, и она с отцом в безопасности. Но пошевелиться Алена не могла. Он должен позвать ее, нельзя подвести папу, нельзя раньше времени выйти.
– Аленькая, где ты? – закричал Нестеров и стал крутиться на месте, пытаясь уловить голос дочери. – Алена, отзовись!
И когда зареванная хромающая женщина вышла из джунглей, опираясь на палку, Дмитрий Иванович бросился к ней, схватил за плечи, прижал к себе. Какая же она замученная, как она устала. А он таскает ее по джунглям. Нет, все! Нужно идти напролом и спасать Алену. Не важно на чем, на вертолете, танке, да хоть космическом корабле! На всем, что угодно, лишь бы вытащить дочь к людям в цивилизацию, к врачам, туда, где есть горячая вода и ванна.
– Все, милая, все, – шептал Нестеров, целуя дочь, поглаживая ее по волосам. – Все, девочка, пошли в машину. Будем выбираться отсюда. Хватит с нас этих джунглей.
Нестеров с сомнением посмотрел на дочь. Чтобы выиграть несколько секунд предстоящего скоротечного боя, нужно хоть немного замаскироваться. Отец не ожидал, что его дочь-врач окажется столь брезгливой. Скорее даже не брезгливой, тут другого рода неприязнь. Надеть на себя футболку, снятую с трупа или обувь, – для Алены граничит с животным ужасом. Поэтому сейчас спецназовец усадил дочь в машину, чтобы она не видела, что он будет делать, а сам подошел к убитому боевику и стащил с него черную футболку. Это была единственная черная футболка, и пришлось использовать ее. Срезав ножом со спины большой кусок материи, Нестеров сделал из него маску на лицо. Надев футболку на себя, он испачкал в грязи руки, нацепил на голову бейсболку с головы другого убитого. Теперь не сразу через лобовое стекло приближающегося автомобиля кто-то сможет сообразить, что за рулем белый человек. Хоть несколько секунд неведения, а потом будет все равно.
Чтобы Алена не задумывалась об этом камуфляже отца, Нестеров сразу, как только сел в машину, стал инструктировать дочь:
– Вот тебе автомат, Аленькая. Когда я тебе скажу стрелять, поднимешь автомат стволом вверх и будешь стрелять очередями. Ни в кого не целься, исключительно вверх. Боже упаси тебе попасть в вертолет. Поняла? Дальше будешь выполнять все, что прикажу. Скажу прыгать, значит, просто выпрыгнешь из машины и будешь лежать, закрыв голову руками, скажу, беги к вертолету, значит, побежишь, что бы ни случилось. Сейчас голову вниз и не показывать лица, пока не разрешу… Все, поехали!
Спецназовец завел автомобиль и, вывернув на дорогу, погнал его в сторону заброшенной площадки. Опустив стекла на обеих дверях, он пытался прислушиваться к звукам. Не приближается ли еще машина, не взлетел ли вертолет? Это было бы обидно. Потом он приказал Алене нагнуться в кабине и закрыть голову, а сам положил ствол автомата на край двери. Машина выскочила из-за поворота, и перед глазами Нестерова снова появились площадка и стоявший на ней вертолет. «Ну и отлично, – подумал спецназовец. – Все на месте».
Боевики обернулись в сторону приехавшей машины, но, кажется, тревоги никто не испытывал. И тогда Нестеров, объехав вертолет, дал короткую очередь по боевику возле грузовика. Человек согнулся пополам, зажимая живот, и повалился в траву. Резко остановив машину, Нестеров вышел из автомобиля и обернулся в сторону пилота вертолета. Тот, опешив от неожиданности, пятился и потянул руку
