Хозяин дома смотрел на незваного гостя довольно долго. Молчал. В его взгляде уже не было того покровительственного налета. Была опаска и расчет.
— Хорошо — наконец-то сказал он спокойным, ровным тоном — пойдемте, обсудим все в доме.
* * *
Когда ты находишься за городом, то даже ночи кажутся темнее и тише. Но не сейчас. В отдаленном поселение служителей веры не было тихо. Шумно и оживленно, не смотря на позднее время. Правда большая часть паствы возилась сейчас в подвальных помещениях, слушая наставления преподобного и располагая «новых гостей». Но даже так… Дело было не в активности людей. Какой-то иной раздражитель.
Громкий звук мотора, что в загородной тишине все сильнее нарастал и усиливался. Усиливался, пока не показался сам автомобиль… если его можно было таковым назвать… с большой натяжкой.
Выбитые стекла. Изъеденный ржавчиной корпус. Едва работающий передний фонарь освещения, и то только один. Что творилось с его мотором говорить было сложно, но судя по этому нереальному рыку — ничего хорошего и оптимистичного. Металлолом на колесах, доживающий последние дни.
Но даже в таком состоянии он ехал, развивая приличную скорость, тем более по грунтовой дороге.
Кстати, о скорости. Автомобиль приближался к закрытым воротах поселения. Приближался, а притормаживать, кажется, даже не собирался.
Оказалось… что не казалось.
Рухлядь на полной скорости влетела в ворота. Смяла их, вывернула во внутрь. Искорёжила полностью металл и затихла в клубах пыли и выхлопов. По грунтовой дороге начали растекаться свежие пятна бензина.
Двое мужчин из верующих выскочили со двора, осматривая все повреждения и проговаривая молитвы. Они прервались, когда увидели, что внутри автомобиля сидит человек.
Подбежавшие люди начали вытягивать пострадавшего. Это был здоровый, накачанный мужчина. Двери автомобиля открылись легко, да и само авто было, кажется, целым — сказался хороший металл старых выпусков серии. Но самого мужика вытянуть не получалось, он сильно застрял.
Один из охранников полез в салон посмотреть, что блокирует пострадавшего:
— Здесь какая-то… бита. Что…кхе…
Так и не договорив, он повалился на пол с разбитой головой.
Его коллега, возможно и вовсе не понял, что произошло, упав рядом от еще одного удара.
Широкоплечий мужчина неспешно вылез из салона. В руках у него была окровавленная бита. Он улыбнулся, глядя на два едва живых тела у себя под ногами.
Остальные жители поселения только начинали проявляться активность. Они лишь бледными тенями мелькали внутри жилых бараков и потихоньку начинали выходить на улицу к воротам.
А вот у самих ворот все было намного живее и интереснее. Рядом с ними, в куче пыли, быстро припарковалось несколько машин, из которых один за другим, игнорируя количество посадочных мест, выходили спортивные, подтянутые парни. Выходили, попутно вооружаясь разного рода битыми и трубами, находившимися в багажниках авто.
Вооруженные, они молча, не ожидая никаких команд, подходили к первому «гостю»:
— Ну что, джентльмены. Нужно немного поработать этой чудесной ночью. Женщин и детей не трогаем. С остальными не церемонимся, за ними Бог присмотрит. Хозяин дал добро. За работу, парни!
И вся эта… организованная группа, весело побежала на столпившихся чуть вдали «хранителей веры». Те обдумывали ситуацию недолго. Ни женщин ни детей на улице не было, лишь взрослые, здоровые мужчины. Мужчины, которые похватав все, что первым попалось им под руку, так же побежали на встречу "гостям". Лишь один преподобный предпочел этой компании уединение в своем укреплённом доме, выскользнув из общей толпы верующих.
Крики и ругань наполнили тишину пригорода.
Глава 26
Бой не был долгим. Те мужчины, что вышли к воротам, навстречу въехавшему автомобилю, оказались на земле крайне быстро. Не будучи вооруженными, имея, кроме своих кулаков из оружия, лишь возмущения и слово божье, те были избиты и лежали, испуская стоны боли при любом движении.
В целом попустительское отношение «населения» этого поселения было странным. Обычные, мирные люди, что любят жить в уединении. Вроде бы так. И поведение такое же. Они выходили с мольбами и безоружными на столпившихся вторженцев. Странно, учитывая тот факт, что еще парой часов ранее совершили налет со взятием заложников. Хотя, этому можно найти объяснения, ведь в нем участвовали лишь «истово верующие», кто не задавал никаких вопросов и никогда бы не предал веру. Потому даже по приезду сюда полиция, она встретила бы лишь группу смиренных людей, а никак не агрессивное формирование, а потом в «верхах» решили бы вопросы окончательно.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Но такая «маскировка» сыграла злую шутку с ними теперь, ведь никто не рассчитывал, что на них, да еще с такими покровителями, как Торогава, нападут бандиты.
Неожиданные гости постепенно уходили вглубь территории секты. Они не встретили сколь значимого сопротивления у самого входа, поэтому свободно, вооружённые лишь битами, разного рода утяжеленными трубами и кастетами, шли вперед. Но не все. Пара человек, что вышли из самого дорогого автомобиля, по-прежнему стояли на месте, у входа.
— Признаюсь, не ожидал — глава Готэ смотрел на удаляющихся мужчин, что сейчас направлялись к ближайшему длинному жилому дому, громя все на своем пути — До последнего был уверен, что ты, Мора, побрезгуешь замарать свои ручки.
Ясуо стоял рядом с ним. Стоял, глядя на весь этот хаос, но не произносил ни слова, чтобы остановить его. В его взгляде не было ни брезгливости, ни страха, и тем более сожаления.
— Всегда считал, что закон равного обмена не справедлив — наконец-то холодно произнес он.
— Что? — заинтересованно повернулся к нему мужчина — Это что за закон?
— Когда кто-то причиняет эм… урон, то ответная реакция должна быть равноценна и ни в коем случае не чрезмерна. Так вломившегося в твой дом разбойника нужно остановить, обезвредить и передать полиции, если он простой грабитель и не причинил физического вреда. Или просто вызвать полицию и не трогать его. Общество будет вертеть недовольно носом, если ты застрелишь его сразу же, хоть и сделать тебе ничего тебе не сможет. Ты будешь в своем праве, но, как всегда, окажется что «у него была такая тяжелая жизнь и все такое, а ты, не разбираясь…». А вот если он первый начнет стрелять в твою семью, тогда да, пожалуйста убивайте сколько влезет. Я думаю, что это лицемерно. Кроме того, что он позволил себе что угодно, он — парень вздохнул — позволил… позволить что угодно. Это накладывается на общем фоне действий и забывается, но от этого не исчезает. Я считаю, что не должен подстраиваться под тех, кто причиняет мне боль только потому, что они решили не переходить определенные рамки в определенный момент. Они напали на мою семью. Хотели они попугать, убедить или силой заставить примкнуть к секте для меня не имеет значения. Эти люди сами решили сделать первый шаг, а значит только мне решать какой из шагов будет последним… и будет ли он вообще.
— Ого, какой философский штурм. Неожиданно такое слышать от молодого паренька. Ну да ладно — Готэ ударил ладонью по крыше автомобиля — мы здесь не для этого. Ты семью искать идешь, или здесь подождешь, пока парни сами найдут?
— Я пойду сам.
— Ну как знаешь, мы тут погуляем еще какое-то время, подходи к машине, когда решишь закругляться.
— Хорошо — погруженный в свои мысли парень неспешно пошел к дальним зданиям, не таким примечательным, как длинные жилые дома, но от этого не менее интересным.
— Ясуо! — окликнул его выглянувший из машины Готэ.
— Да?
— Мы решили наши вопросы?
— Решили… — парень кивнул в ответ.
— Хорошо, тогда ты поосторожней там, братишке еще реванш брать!
Ясуо коротко улыбнулся и еще раз кивнул, ничего не ответив. Парень продолжил движение к складским, кажется, помещениям.
А хаос лишь нарастал. Мужчины из секты все же смогли разобраться что к чему и начали организовывать сопротивление. Ничего летального с собой у них так же не было, но банальное количество людей было многим больше, чем «пришельцев». Древнее противостояние качества и количества приобрело еще один вариант своего отражения в реальности.
